Юрий Семёнов – Явление (страница 3)

– Кто ты такой? – грубо рявкнул Джим.

Девочка подскочила и вырвала связку.

– Не трогай, не твоё!

– Я Вильямс Эванз, – и протянул руку Джиму для приветствия.

Джим подошёл вплотную к Вильямсу, и тут стало очевидно, что он совсем невысокого роста, почти на голову ниже Вильямса. Джим не принял рукопожатия и с ненавистью посмотрел в глаза Вильямсу.

– Ещё раз увижу рядом с ней – откручу голову! – с угрозой процедил сквозь зубы Джим и показал пальцем на девочку.

Юноша вспомнил слова отца: «Никогда не встревай в конфликты, старайся просто уйти». И Вильямс не был напуган местным пузаном, он просто ухмыльнулся.

– Ладно, – согласился Вильямс и повернулся, чтобы уйти, но тут Джим пнул его ногой, подумав, что тот испугался.

– Джим Бекер! – крикнула Мэри и ударила толстячка по спине.

Джим ухмылялся.

– Прощаю, – неохотно пробормотал Вильямс и повернулся.

– Как тебе не стыдно? – сердито обратилась Мэри к Джиму.

– До свидания, – попрощался Вильямс с Мэри. – И извините, если что не так.

– Давай, проваливай! – нагло усмехался Джим.

– Дурак! – сказала в сердцах Мэри и стукнула Джима по голове связкой бумаги.

Обратно на площадь Вильямс уже шёл подавленным. Ещё никто так не унижал его! Ему было неудобно перед той девочкой, потому что показал себя слабым, но он хорошо помнил слова отца. Тут он услышал шаги за спиной, которые быстро приближались.

– Вильямс, Вильямс, постой! – прокричала Мэри.

Он остановился, и девочка подбежала к парню.

– Подожди! Ты извини меня, что так вот произошло.

– Всё в порядке, я не в обиде. Я вот только не представился тебе: меня зовут Вильямс Эванз, – тихо произнёс он и протянул девочке руку.

Нежные щёки Мэри порозовели от смущения.

– Мэри Блайт. Взаимно приятно, – ответила она.

Они стояли, пожимая руки, и смотрели друг другу в глаза. Это длилось всего лишь мгновение, но его хватило на то, чтобы они утонули в глазах друг друга, а их сердца забились сильнее и в унисон. Но тут снова вмешался неугомонный Джим: он подбежал и схватил Вильямса за грудки.

– Я предупреждал тебя! – угрожающе прошипел Джим и ударил Вильямса по лицу.

Тот устоял на ногах, но кровь просочилась в уголке губ. Девочка взвизгнула от неожиданности и схватилась за голову.

– Ты совсем дурак? – накинулась она с криком на Джима.

Вильямс сплюнул кровь и вытер губы рукавом. Мимо проходящие люди ругали их и недовольно бурчали: «Делать вам нечего, шантрапа!» Тут Джим снова подскочил к Вильямсу и замахнулся, чтобы ударить его, но рука мимо проходящего мужчины остановила задиру.

– Опять петушишься, Джим Бекер? Отец твой больше не будет платить штраф за беспорядки, учинённые тобой. Вот отдаст тебя в солдаты, будешь знать! – гневно прорычал мужчина.

Джим вырвал свою руку и опустил глаза. Он-то хорошо помнил, как отец часто грозился за непослушание отдать его в армию.

– Да, я понял, – нехотя промямлил Джим.

Мэри подошла к Вильямсу.

– Тебе больно? – спросила она жалобно, пытаясь дотронуться до щеки Вильямса.

– Нет, ничего, всё нормально, но мне пора, – спокойно ответил он.

– До встречи, – тихо сказала Мэри и трогательно улыбнулась.

Вильямс шёл по улице и крепко сжимал кулаки. Его сердце билось так сильно и громко, что он слышал его бешеный стук, а душа была готова вот-вот выпрыгнуть из тела и помчаться вслед за Мэри. Он несколько раз оборачивался в надежде увидеть её.

Вильямс вернулся к отцу. Увидев сына с разбитой губой, Райли всполошился.

– Это что такое? – рассматривая повреждения на лице сына, недовольно буркнул он.

– Так, ничего, – наигранно безразлично ответил Вильямс и отдёрнул голову.

– А это откуда? – не унимался отец, указав пальцем на лицо, и недовольно покачал головой.

Вильямс рассказал отцу, как всё было. Выслушав его, отец посмотрел пристально в глаза сына и увидел, что Вильямс говорит ему правду.

– Ну что ж, ладно, пусть будет по-твоему, – похлопал парня по плечу и прищурился.

– На, держи! Купи, что хотел, – и протянул ему деньги.

В глазах Вильямса вспыхнула радость, но Райли заметил и удивление.

– Пап! – смущённо и одновременно восхищённо прошептал Вильямс.

Глаза его сияли от счастья, и Райли увидел в них благодарность. Ему было достаточно того, что сын был счастлив. Вильямс уже заметил, что отец продал несколько изделий и выложил даже всё, что было в повозке. Он обнял отца так, как обнимает только любящий сын.

– Какая прелесть! – донёсся женский голос.

У прилавка снова стояла та самая женщина, которая первой купила утром сумочку с кошельком. Но в этот раз она была с двумя дамами.

– Мы вас потревожим немного? – сказала женщина, а две её спутницы уже суетливо разглядывали товар. – Я вам ещё покупателей привела, – и лицо её озарила улыбка, а руки прижимали новую сумочку к груди.

– Что желаете, дамы? – улыбнулся Райли, сделав широкий приглашающий жест рукой, обведя весь товар на прилавке.

Одна из дам вертела в руках сумочку, примеряя к своему наряду, а другая рассматривала кошелёк с узорами.

– Какая прелесть! – восхищённо сказала одна.

– Сколько за сумочку? – спросила вторая с большой шевелюрой, на которой кокетливо примостилась маленькая шляпка.

Райли прищурился, думая, во сколько бы оценить сумочку.

– А сколько не жалко?

– Ну и хитрец, – заулыбалась дама, пробежала глазами по прилавку и взяла ещё одну сумочку. – За эту сумочку и этот кошелёк я дам вам три шиллинга.

Райли задумчиво и вопросительно приподнял одну бровь.

– Хорошо, четыре, но ни пенсом больше! – уже немного нервно ответила дама.

– Хорошо, мадам, благодарю вас! Отличный выбор, и вам очень идёт! – с улыбкой ответил Райли.

Женщина засияла от таких слов и протянула деньги.

– Какая красота! – радостно проговорила она, примеряя сумочку на себе.

Другая тоже выбрала себе товар по вкусу.

– Сколько за эту вещицу? – спросила она, приподняла голову, и её лицо показалась из-за шляпки.

Райли дёрнулся. Глаза его расширились и остекленели. Дама смотрела на него точно таким же удивлённым взглядом. Потом она посмотрела на Вильямса. Тот стоял рядом с отцом и улыбался ей так, как Райли учил его вести себя с покупателями.

– Хелен! – окликнула её подруга, но та всё ещё была в оцепенении от увиденного.

– Что это с тобой? – удивлённо спросила другая.