Юрий Розин – Демон Жадности. Книга 5 (страница 20)

Ее единственная бровь поползла вверх.

— Продолжайте.

— Видите ли, согласно условиям пари, наши оппоненты должны будут взять максимально похожее задание. И если моя миссия окажется на грани выполнимости, то и их — тоже. Я не могу быть на все сто процентов уверен в превосходстве грубой силы моего батальона, но я абсолютно уверен в своих навыках решения… нестандартных проблем. Пусть сложность станет тем уравнителем, который склонит чашу весов в нашу пользу.

Шарона смотрела на меня несколько секунд, а затем ее губы растянулись в медленной, довольно ухмылке. Она потянулась к стопке папок на краю стола, перебрала их, достала одну.

— Вот именно то, что вы просите, майор. Миссия, с которой вы ни за что не сможете победить в вашем пари, если только не совершите чуда. — Она протянула ее мне. — Подходит? Если да, то я распоряжусь выдать вашим оппонентам ровно такую же миссию.

Я взял папку, ощущая ее неожиданную тяжесть.

— Идеально, господин комдив.

— Что касается вашего первого вопроса… — Шарона сложила руки на столе. — Объяснение тому, что вы назвали «ксенофобией», не будет кратким. У меня на это сейчас нет времени. Но если вам действительно интересно… — она посмотрела на меня с внезапной легкостью, — присоединяйтесь ко мне сегодня вечером. Скажем, в ресторане «Хрустальный Лебедь» в нижнем городе. В неформальной обстановке мы сможем поговорить обстоятельнее. Скажем, в двадцать часов.

Это был не приказ, а предложение.

— Вы оказываете мне огромную честь, господин комдив, — я склонил голову, на мгновение позволив своему тону стать чуть более личным. — И, должен признать, мое любопытство сейчас борется с предвкушением возможности провести вечер в компании такой блестящей и, осмелюсь сказать, ослепительной женщины. «Хрустальный Лебедь» в двадцать часов. Я буду там.

Шарона фыркнула, но в ее единственном глазу мелькнула искорка удовольствия.

— Не опоздайте, майор.

— Так точно. До вечера, господин комдив.

Я четко развернулся и вышел из кабинета, плотно прикрыв за собой дверь, с тяжелой папкой в одной руке и новым, гораздо более интересным назначением на вечер — в другой.

Вернувшись в свою комнату, я отбросил мундир на спинку кресла и устроился за столом, тяжелая папка легла передо мной как обвинительный акт. Я расстегнул кожаные завязки и открыл ее. Внутри лежали аккуратно подшитые листы, карты и отчеты разведки.

Миссия, если смотреть на нее поверхностно, была до смешного простой. Помощь в обороне форта «Сторожевая Застава № 17» в Руинах Облачного Заката.

Эти Руины уже две сотни лет принадлежали самопровозглашенному государству Лиадерия. Роделион, обладающий гигантскими территориями, даже не смотрел в их сторону — никаких ценных ресурсов на Руинах, сложный горно-лесистый ландшафт с жаркими джунглями и множеством болот и, что главное, полчища прирученных местными небесных странников, делали захват бессмысленной травой сил и средств. Зачем воевать за пустырь, когда у тебя и так есть целые континенты?

Но тут на престол взошел новый император, и маркиза Маэрьяла, видимо, решила выслужиться. Ее войска разгромили основные силы Лиадерии и заняли столицу.

Однако одному из отпрысков королевской семьи удалось сбежать и собрать под свои знамена партизан. Несколько лет эти повстанцы, как гнус, терзали новые владения маркизы, скрываясь в непроходимых джунглях, которые покрывали значительную часть Руин.

Выкурить их оттуда без риска уничтожить всю хрупкую экосистему — а с ней и потенциальную будущую ценность территорий — было невозможно. Оставался один путь — построить цепь фортов по границе джунглей и держать оборону.

Наша задача заключалась в том, чтобы занять один из таких новопостроенных фортов на два месяца, пока маркиза формирует и перебрасывает постоянный гарнизон. Сидеть, смотреть на джунгли и отбивать редкие вылазки. Скучно, просто, безопасно.

Если бы не пари.

Я откинулся на спинку стула, смотря на потолок. Вся хитрая задумка с выбором сложной миссии наталкивалась на суровую реальность.

Как можно завершить досрочно задание с фиксированным сроком? Наш отбытие будет привязано к прибытию смены. А это два месяца. Ровно.

И тут крылась главная ловушка. У нашего батальона были свои корабли, доставшиеся от тридцать пятой дивизии. Корпус не стал бы выдавать нам новые за просто так, а на покупку нового корабля у меня не было денег.

Наши же оппоненты наверняка располагали куда более быстрыми и современными судами. Они могли бы спокойно отсидеть свои два месяца в другом, таком же скучном форте, а потом просто рвануть к базе, пока мы будем ползти на своих утлых посудинах.

По идее в этой гонке мы были обречены на поражение еще до старта.

Папка лежала передо мной, полная безмолвных фактов и тактических карт, но ответа на главный вопрос в ней не было. Как превратить эту оборонительную рутину в победу в пари?

Я думал об этом до самого вечера. И хотя задумка появилась, времени развить ее уже не оставалось. Меня ждало свидание.

С грохотом отодвинув стул, я поднялся и направился к шкафу, чтобы выбрать что-то подходящее для ужина в «Хрустальном Лебеде». Вечерняя встреча с Шароной могла стать ключом к пониманию четвертого корпуса. Или, по крайней мере, отличным отвлечением и времяпровождением.

Ровно в двадцать часов я стоял у входа в «Хрустального Лебедя», сверкая начищенными сапогами и в свежевыглаженном мундире, который подчеркивал, что я все-таки придал своему внешнему виду некоторое значение.

Я ждал, наблюдая, как мимо проходят пары в дорогих нарядах, их смех и блеск украшений казались чуждыми на фоне моего собранного, почти боевого спокойствия.

Шарона появилась без опоздания. Но вместо того, чтобы направиться к роскошным дверям ресторана, она лишь мельком кивнула мне и пошла дальше по улице. На ней была та же практичная форма, что и днем в кабинете, без каких-либо знаков отличия, кроме тех, что невозможно скрыть — осанки и взгляда.

— Не та обстановка для разговоров, которую я предпочитаю, — бросила она через плечо, не замедляя шага. — Слишком много ушей, слишком много глаз, которые считают, что имеют право что-то видеть и слышать.

Я, слегка ошарашенный, последовал за ней. Мы свернули за угол, прошли по узкому переулку, где стены домов почти смыкались над головой, и она уверенно толкнула дверь в неприметное заведение с вывеской «У Глорга». Дверь скрипнула, пропуская нас внутрь.

Внутри пахло жареным луком, специями и чем-то сытным и мясным. Воздух был густым и теплым.

Это была простая закусочная, с деревянными столами без скатертей и стульями, которые явно видели лучшие дни. Пара завсегдатаев в углу неспешно доедали свои порции, даже не подняв головы на наш приход.

Стоило нам войти, как крупный мужчина за стойкой, вытирая руки о фартук, кивнул Шароне.

— Как обычно, господин комдив?

— Как обычно, Глорг.

— Буду то же самое, — быстро сказал я.

Мой интерес к этой внезапной смене локации перевешивал всякое желание изучать меню. Я сел напротив Шароны, оценивая обстановку.

Мы устроились в углу, за столом, на котором были выцарапаны чьи-то инициалы. Через несколько минут нам принесли две глубокие миски с дымящимся рагу, от которого шел такой аромат, что у меня засвербело в носу и предательски заурчало в желудке, хотя физически я в еде и не нуждался. Я зачерпнул первую ложку и отправлял ее в рот.

И… обомлел. Это было не просто вкусно. Это был взрыв вкуса, который я не мог даже вспомнить. Мясо таяло, овощи отдавали сладостью, а соус был настолько сложным и насыщенным, что каждая его нота играла на языке.

Продукты в Роделионе, выросшие в густой мане и обработанные артефактами, уже и так были на другом уровне. Но это рагу в захудалой забегаловке переплюнуло бы любое блюдо из самого пафосного местного ресторана. И я знал о чем говорю, ведь мой язык, улучшенный Маской, теперь было ой как непросто удовлетворить.

Мы ели молча несколько минут, я — с почти неприличным энтузиазмом, она — с привычной, сосредоточенной медлительностью. Когда миски наполовину опустели, Шарона отпила глоток темного пива из кружки, которую ей поставили без лишних слов, и посмотрела на меня своим единственным глазом.

— Так, о «чистоте» корпуса, — начала она, отставив кружку. — Ты прав, Коалиция должна смотреть на талант. Но Четвертый корпус — это не просто Коалиция. Это Роделион. А Роделион… он живет по своим законам.

Она сделала еще один глоток пива, прежде чем продолжить. Ее рассказ был размеренным, но не лишенным эмоций. И главной имоцией было пренебрежение.

— Четвертый корпус из-за своего расположения исторически был тесно связан с фракцией Мечей Роделиона. Эти связи сформировались задолго до того, как нынешний император и его покойные братья начали свою возню за власть. Но и фракция Меча — не монолит. В ней разные дворянские дома, у каждого свои амбиции и интересы, которые далеко не всегда совпадают. Со временем у этой знатной шушеры стало традицией посылать своих отпрысков служить именно в Четвертый корпус. А потом сравнивать их успехи. Своеобразное продолжение светского соперничества.

Она отломила кусок хлеба из корзинки на столе.

— Часть этих балованных детей, отслужив положенное, уходила обратно в свои поместья. Но другие оставались. Понимали, что карьера в Коалиции — это тоже мощный социальный лифт и отличный способ обзавестись связями. Их семьи продолжали их поддерживать — деньгами, ресурсами, влиянием. Так внутри корпуса постепенно сформировались… скажем так, «филиалы» дворянских кланов фракции Мечей.