Юрий Розин – Демон Жадности. Книга 5 (страница 21)

— Но на этом история не закончилась, — я предположил, видя, как ее взгляд становится острее.

— Верно. В верхах Коалиции сидят не дураки. Им не улыбалось превращение корпуса в игрушку для аристократов. И они поступили хитро. Начали поощрять, а потом и организовывать браки между офицерами из дворянских родов и детьми наследственных офицеров Коалиции, чьи семьи поколениями служили здесь. Союзы были выгодны обеим сторонам. А затем из этих браков начали формироваться совершенно новые, самостоятельные военные династии, уже лояльные Коалиции, а не своим исконным дворянским домам.

Она развела руками.

— В итоге получилась странная смесь. С одной стороны, эти новые семьи уже не пляшут под дудку старых аристократических родов. В лучшем случае поддерживают с ними хорошие отношения, да и то далеко не всегда. Но с другой… в них осталось немало аристократических замашек и предрассудков. В частности, то самое презрение к набираемым по объявлению добровольцам и, уж тем более, к выходцам из малых стран, которых здесь привыкли считать людьми третьего сорта. Так что, когда ты, майор, устроил перевод целого батальона «деревенщины» разом… — она усмехнулась, — у очень многих в этих военных семьях подгорело. Ты бросил вызов их картине мира.

— Вы не похожи на продукт такой военной семьи, — заметил я, отодвигая пустую миску.

Шарона рассмеялась, но в ее смехе не было веселья.

— Из десяти комдивов корпуса восемь — как раз оттуда. А я — одиночка. Взобралась наверх благодаря таланту, упрямству и… — она на мгновение замолчала, — кое-чему еще. Той самой копии Маски. Потому я и заинтересовалась тобой. Хочу посмотреть, чего сможет добиться владелец настоящей Маски Золотого Демона.

— В таком случае, кого мне стоит опасаться больше всех? — спросил я прямо.

Ее лицо снова стало серьезным.

— Больше всех о «чистоте кровей» корпуса печется комдив Второй дивизии, Годрик ван Хорн. И он вполне способен ради сохранения этой чистоты пойти на куда более бесчестные и подлые поступки, чем драка в баре. Держи ухо востро.

После этого разговор постепенно перетек от дел корпусных к более личным историям. Она расспрашивала о моих пиратских похождениях, я — о ее первых шагах в Коалиции. Вечер проходил удивительно легко, несмотря на всю серьезность нашего предыдущего разговора. Когда пришло время уходить и мы уже стояли у выхода из закусочной, Шарона повернулась ко мне.

— Итак, майор. Теперь, когда ты знаешь подноготную, что ты планируешь делать с выданной миссией? Как ты выиграешь свое пари?

Глава 11

На следующий день утренний туман еще клубился над доками четвертого корпуса, смешиваясь с паром от разогревающихся мана-двигателей. На двух соседних пирсах выстроились наши батальоны. Мой, «Желтый Дракон», и седьмой батальон из дивизии 4−2.

Как и предупреждала Шарона, больше всех хотел устранить нас и потому больше других вкладывался в пари именно комдив 4−2, ван Хорн.

Вид у моих ребят был, скажем так, боевой. Многие щеголяли синяками под глазами, ссадинами на лицах, а у иных руки были зафиксированы в лубках или перевязаны плотными бинтами.

Это были трофеи прошедшей ночи — следы стычек, в которые они ввязались, следуя моему приказу. Но что важно — серьезных травм почти не было. Наши внезапно возросшие стадии стали для задир шокирующим сюрпризом. Они ожидали легкой добычи, а получили сокрушительный отпор.

Я перевел взгляд на соседний пирс и активировал «Юдифь». Сила батальона из дивизии ван Хорна была пугающей.

Десять густых бронзовых свечений Предания, причем половина — на стадиях выше моей. Более сорока ярких белых огней Развязок и Эпилогов Хроники. И каждый из них был облачен в сияющие, идеально подогнанные артефактные доспехи и вооружен оружием, от которого исходило ровное, мощное гудение.

У моих же бойцов ауры были тусклее, а их снаряжение — в основном артефакты уровня Сказания — смотрелось бледно и убого на их фоне. Мы были стаей голодных волков против закованных в сталь рыцарей.

Но я не терял энтузиазма. Сила — не всегда главное на войне. Иначе маркиза Маэрльяла давно бы уничтожила партизанские отряды повстанцев.

К нашему пирсу направился их командир. Высокий, с идеальной осанкой, в безупречном мундире с золотым шитьем. Его аура пылала бронзой Развязки Предания.

— Майор Мак Марион, — произнес он с холодной вежливостью, которая была оскорбительнее любого крика. — Майор Марнот ван Хорн. Рад видеть, что ваши люди… в строю. Надеюсь, они успеют привыкнуть к виду кормы нашего корабля, прежде чем мы скроемся из виду.

— Майор ван Хорн, — кивнул я с подобной же ледяной учтивостью. — Не беспокойтесь. Мы как раз любим разглядывать тех, кто слишком полагается на блеск своей брони. Тем веселее потом смотреть, как эта сияющая броня покрывается пеплом. Желаю вам не заскучать в ожидании нашего прибытия.

Его губы на мгновение искривились в подобии улыбки, не достигающей глаз.

— О, мы не будем скучать. Мы будем подсчитывать вашу будущую компенсацию. Удачи, майор. Она вам понадобится.

— Взаимно, капитан. Постарайтесь не разбить свой дорогой корабль о первую же скалу.

Он развернулся и ушел, не удостоив меня больше взглядом. Я повернулся к своим.

— Батальон, на корабли! Быстро и организованно!

Мы начали погрузку. Как только последний боец поднялся на борт, я отдал приказ отчаливать.

Двигатели наших кораблей загудели и мы двинулись от пирса в открытое Небо. На «Золотого Демона» и остальные суда эффект плотной маны Роделиона тоже распространялся, но из-за ограничений мощности скорость по сравнению с малыми странами стала выше максимум втрое.

Почти сразу же с соседнего дока плавно, почти бесшумно, тронулась громада. Корабль седьмого батальона был втрое больше «Золотого Демона», его полированный корпус отливал синевой усиленной стали, а мана-двигатели издавали лишь низкий, мощный рев.

Он без усилия набрал скорость, прошел мимо нас и через минуту был уже далеко впереди, превращаясь в стремительную точку на фоне бескрайнего Неба.

Три дня мы летели через бескрайнее Небо, пока на горизонте не выросли громады Руин Облачного Заката. Насколько я успел изучить, они были заметно меньше Руин четвертого корпуса или Алого Ворона, но все равно территорией могли похвастаться очень внушительной. Достаточной, чтобы в бескрайних джунглях на протяжение нескольких лет могли скрываться повстанческие войска.

Мы пришвартовались в крошечном порту на самом краю Руины, где нас уже ждал нервный представитель маркизы с кипой бумаг. Разгрузка прошла быстро, а потом началось самое муторное — полуторасуточный марш-бросок к нашему форту.

Форт «Сторожевая Застава № 17» выглядел представительно, поблескивая новизной, но тут все равно ото всего разило тоской и обязательствами. И я не сомневался ни секунды, что батальон Марнота уже как минимум пару дней обживал свою крепость, плавно долетев на своем громадном корабле прямо к месту назначения.

Сидеть здесь два месяца означало автоматический проигрыш. Как только мы вошли внутрь и отдали первые распоряжения по обустройству, я приказал собрать всех офицеров в командном центре.

Команда у меня собралась теперь иная, отражающая нашу новую силу. Рядом со мной стояли все Артефакторы Предания: Ярана, с ее привычной собранностью и мечом у бедра; Силар, чья массивная фигура казалась еще больше в тесной комнате; Хамрон, чье лицо все еще сияло от восторга перед собственным прорывом; Ралот, с его холодной, аналитической манерой держаться, и Силиан, его бывший зам, с внимательным, вдумчивым взглядом.

Их заместители, достигшие Эпилога Хроники, стояли чуть поодаль: Эланд, Бьянка, Фавл, а также Ленар и Йонек — офицеры из третьей дивизии, чья первоначальная надменность сменилась настороженным уважением после нашего роста.

И, наконец, командиры взводов, двенадцать человек на Развязке Хроники. Среди них были и мои старые спутники: Лорик, Карина, Корвин, Дивр, и Юлария, — и семеро других: трое из бывшего «Алого Шквала» и четверо из третьей дивизии, чьи имена я уже запомнил, но характеры еще не успел изучить.

Когда все собрались, в комнате повисло напряженное молчание. Все они понимали нашу дилемму.

— Итак, вопрос на миллион, — нарушил я тишину, обводя их взглядом. — Как мы выиграем пари, если наша миссия — отсидеть в этой каменной коробке два месяца, а корабли противника быстрее наших в три раза?

Я выдержал паузу, давая вопросу прочно осесть в их сознании.

— Ответ прост. Мы не будем их отсиживать. Защита форта — это следствие. Пока есть угроза, форт нужно защищать. Следовательно, наша задача на эти два месяца — не оборона. Наша задача — полное и тотальное уничтожение повстанческого сопротивления. Мы выкурим их из джунглей, найдем их базы и раздавим их. Чтобы через два месяца защищать этот форт было уже попросту не от кого.

###

Поднявшись по узкой винтовой лестнице на смотровую башню, я оказался под открытым небом. Прохладный ветер обдувал лицо, принося с собой запах влажной земли, свежего камня и далеких, непролазных джунглей. Отсюда, с высоты в почти двести метров, открывался вид на наше новое, временное владение.

Форт представлял собой квадратное сооружение из темного, пористого камня, добытого прямо здесь же, в карьере неподалеку. Стены толщиной в пять метров и высотой в пятьдесят образовывали почти правильный четырехугольник со стороной примерно в четыреста метров.