Юрий Розин – Демон Жадности. Книга 2 (страница 25)

— Ну? — Ярана сделала неуверенный поворот перед зеркалом.

Я поправил складку на ее плече. Она вздрогнула, но не отстранилась.

— Теперь ты выглядишь как женщина, которая может убить взглядом, — я ухмыльнулся. — И при необходимости — не только взглядом.

Оставив артефакты в номере гостиницы, мы, арендовав такси элитного класса, остановились у входа в ресторан «Яркая Ночь», сверкающего в вечерних сумерках огнями, как как бриллиант в оправе из черного мрамора. У входа толпились разодетые аристократы, томно обсуждая свои аристократские дела.

Метрдотель с лицом вырезанным из гранита преградил нам путь:

— Извините, но все столики…

Я положил ему в руку пятисотенную банкноту. Его лицо тут же расплылось в улыбке.

— … ваш столик готов, — он сделал шаг в сторону. — Пожалуйста, следуйте за мной.

Ярана схватила меня за локоть, когда мы проходили мимо возмущенных гостей.

— СКОЛЬКО ТЫ ЕМУ ДАЛ⁈

— Это для дела, — уверенно ответил я.

Наш столик находился на террасе под открытым небом, откуда открывался вид на весь город. Мы сели, я сразу заказал вино и закуски, вскоре официант принес меню с горячими блюдами.

Однако выбирать что-то Ярана была явно не намерена. Глядя на меня таким взглядом, будто хотела прожечь в моем лбу дыру, она наклонилась вперед через стол. Ее пальцы впились в крахмальную скатерть, оставляя морщины на безупречно белом полотне.

— Ты объяснишься сейчас же, — прошипела она, — или мне пришлось наряжаться в это дурацкое платье просто для твоего развлечения?

Принесли вино. Под яростным испепеляющим взглядом Яраны я оценил на цвет, запах и вкус налитую мне небольшую порцию, кивнул официанту, дождался, когда он наполнит бокалы. Медленно отпил, наслаждаясь терпким послевкусием.

— Месяц назад, — продолжила Ярана, понижая голос до опасного шепота, — ты говорил, что каждую монету пустишь на оперативные нужды. А теперь? — Ее рука описала круг, указывая на хрустальные люстры, серебряные приборы и официантов в шикарных ливреях.

— Во-первых, — провел я пальцем по ободу бокала, заставляя его звенеть, — ты в этом «дурацком платье» выглядишь так, что у меня перехватывает дыхание. Разве это не достаточная причина?

Ее щеки слегка подернулись румянцем, но глаза продолжали сверкать холодным гневом.

— Во-вторых, если бы ты читала дневник Зарога внимательнее, то поняла бы, зачем мы здесь, и не задавала бы таких вопросов.

Ярана нахмурилась.

— В смысле?

— В прямом. Твое платье, мой костюм, такси, «чаевые» для метрдотеля, дорогие вина и закуски — все это необходимо. Нам надо создать образ настолько богатых людей, насколько это возможно, чтобы к нашим личностям уже не возникло вопросов.

— Но для чего⁈

— Узнаешь после девяти, — Ярана резко повернулась к большим стилизованным часам на стене. Они показывали половину восьмого. — А до тех пор я тебе ничего не расскажу. Это будет твое наказание за невнимательность. Так что отпусти ситуацию, устройся поудобнее и позволь себе насладиться моментом. Вино очень рекомендую, давно такого хорошего не пил.

— На заданиях я не пью, — буркнула она, следя, как я наливаю себе уже второй бокал.

Я позволил напитку подышать, наблюдая, как свет от люстр из венецианского стекла играет в его глубине.

— Это не задание, — сделал я небольшой глоток, ощущая, как терпкие танины обволакивают язык. — Это ужин с прекрасной женщиной. Разве это не повод расслабиться?

Ее нос сморщился, но она не ответила, лишь отодвинула свой бокал подальше.

Пожав плечами, я подозвал официанта, заказал для Яраны воду и какой-то безалкогольный коктейль. Вскоре принесли закуски, а потом и горячее.

Устрицы с золотой икрой и лимонной пеной Ярана пробовала с выражением человека, ожидающего немедленного отравления. Но когда подали основное — мраморную телятину с трюфельным пюре и обжаренными побегами спаржи в медовой глазури, я заметил, как ее плечи постепенно расслабились, а поза стала менее скованной.

Хотя, манерам ей стоило бы поучиться. И это я говорил даже не с точки зрения человека, вынужденного два года пробыть поддельным принцем.

— Ты ешь, будто тебя месяц кормили армейскими пайками.

— Войска Коалиции считают изысканной кухней тушенку с черносливом, — она откусила кусочек, и ее глаза невольно расширились. Зрачки стали большими, как у кошки. — Ох… Это…

— Хорошо? — я склонил голову, скрывая улыбку.

Она не ответила, но принялась за еду с новым рвением, лишь изредка бросая на меня подозрительные взгляды, будто я подмешал в блюдо какой-то наркотик.

Когда подали десерт — шоколадное суфле с малиновым соусом и съедобным золотом — Ярана уже смеялась над моей историей о том, как в семнадцать я пытался украсть артефактный меч у пьяного капитана, но по ошибке уволок его жену, перепутав ножны с ее поясом.

Полная чушь, естественно, и она это скорее всего понимала. Но иногда можно было позволить себе и подурачиться, почему нет?

— И что? — она прикрыла рот ладонью, но смех все равно прорвался сквозь пальцы. В уголках ее глаз собрались мелкие морщинки. — Он что, не заметил?

— Проснулся от того, что жена орала на весь корабль, — я развел руками, задев бокал. Вино расплескалось, оставив кроваво-красные пятна на скатерти. — В итоге мне пришлось прыгать за борт лишь в «Прогулке» и прикрываясь этим проклятым мечом.

Ярана фыркнула, чуть не поперхнувшись своим вишневым ликером «Алый рассвет», который все-таки заказала после третьего отказа. Капля ликера упала на ее декольте, оставив темное пятно на синем бархате.

— А у тебя? — я наклонился вперед, ловя аромат ее духов — что-то холодное, с нотками мяты и металла. — Наверняка есть истории покруче. Войска Коалиции не скупится на приключения.

Она задумалась, вращая бокал в длинных пальцах. Огранка хрусталя отбрасывала блики на ее острые скулы.

— В восемнадцать меня отправили под прикрытием в бордель «Бархатные грезы», где собирались боевики «Черного прилива».

— Ого, — я приподнял бровь. — И как?

— Я просидела там три недели под видом новенькой, — ее губы искривились в подобии улыбки. — В день зачистки была так зла, что прикончила захваченного оперативной группой главаря, получив строгий выговор и назначение на охрану торговых толстяков на год.

Я поднял бокал, поймав отражение ее лица в темном вине.

— За гневных женщин. Пусть мир трепещет.

Она чокнулась со мной без возражений, и хрусталь звонко запел.

Когда часы с маятником из черного дерева пробили десять, я осознал, что мы просидели здесь уже два с лишним часа вместо запланированных полутора. Время текло, как вино из нашего последнего бокала.

— Счет, — я поймал взгляд старшего официанта.

Тот склонился в почтительном поклоне и через мгновение вернулся с серебряным подносом, на котором лежал пергаментный свиток с выжженной золотой окантовкой. Я отсчитал банкноты.

— Без сдачи.

— Благодарю, господин. Вам понравился ужин?

— Невероятно, — я обвел взглядом наш столик, уставленный пустыми блюдами и наполовину осушенными бокалами. — Но мы все еще не наелись.

— О? — его брови, светлые как лунный свет, поползли вверх. — Может, предложить вам…

— Нам бы чего-нибудь… пикантного, — я сделал паузу, давая словам повиснуть в воздухе. Мои пальцы постукивали по столу в ритме вальса, который играл где-то вдалеке.

Официант замер, затем медленно кивнул.

— Ваши имена?

— Тигр-456124014, — ответил я без колебаний, ощущая, как Ярана напряглась рядом. — И Голубка-627098235.

Официант склонился в поклоне.

— Одну секунду, господа.

Через минуту он вернулся, поклонился еще раз.

— Пожалуйста, — он сделал жест в сторону темного коридора за золотой ширмой, — проследуйте за мной.

Ярана встала, поправляя складки платья.

— Что ж, — я прошептал ей на ухо, чувствуя аромат ее духов, — теперь начинается настоящее веселье.