Юрий Розин – Демон Жадности. Книга 2 (страница 26)

Глава 13

Официант скользил перед нами по коридору, похожему на звериную глотку — узкому, обтянутому бархатом цвета запекшейся крови.

Когда он остановился перед дверью, обитой черной кожей, его пальцы провели по сложному замку, через окуляр я увидел движение маны. Механизм щелкнул с тихим, почти живым звуком.

— Можете подготовиться здесь, — произнес он.

Комната оказалась крошечной, но роскошной. Стены обиты темно-синим шелком с вытканными серебряными созвездиями. В углу стояло зеркало в раме из черного дерева. На низком столике лежали два номерка из обсидиана, холодные на ощупь, с выгравированными цифрами 18 и 19, а также пара масок.

Маски были истинными произведениями искусства. Моя — тигр с полураскрытой пастью, где каждый клык был увенчан микроскопическим алмазом. У Яраны — голубка с сапфировыми глазами, чьи перья на самом деле оказались сотнями крошечных перламутровых пластинок.

— Напоминаю, что допустима, хотя и нежелательна, только обувь, — проговорил официант. — Кейс также оставьте здесь, когда будет нужно, пошлите за ним слугу.

Не став слушать подтверждений или вопросов, он развернулся и вышел. Дверь закрылась за ним беззвучно, оставив нас в тишине, нарушаемой только мерцающим светом хрустальной люстры в форме распростертых крыльев.

Ярана стояла, сжимая кулаки так, что ее пальцы побелели. Я видел, как капли пота скользят по ее шее, исчезая в вырезе платья.

— Это что, черт возьми, за место? — ее шепот напоминал шипение раскаленного металла в воде.

Я приложил маску к лицу, и она мгновенно прилипла безо всяких застежек.

— «Бал Невинности», — ответил я, с любопытством глядя на свое отражение в маске. — Слышала о таком?

Я медленно расстегнул первую пуговицу камзола, наблюдая за ее реакцией.

— Нет, не слышала. И как-то не горю желанием слышать что-то впредь!

— Поздно, — пожал я плечами, снимая рубаху через голову. — Мы уже здесь, назвали кодовые имена, прошли во внутренние комнаты. Если мы сейчас скажем, что хотим уйти, к нам вполне могут возникнуть вопросы, на которые мы не сможем дать ответы. Все-таки о настоящих Тигре и Голубке я мало что знаю. Даже не уверен, что Зарог должен был быть Тигром, все-таки, хотя он и контрабандист, это место совсем не его уровня. Так что лучшим вариантом сейчас будет продолжать играть свои роли.

— И для этого нужно… раздеваться?

Я расстегнул ремень с характерным щелчком.

— Не переживай, там все будут без одежды.

— Об этом я как раз и переживаю! — огрызнулась она, резко обернувшись, но тут же отвела взгляд, уставившись в пол. Ее дыхание участилось, грудь под темно-синим шелком заметно вздымалась. — Ты… ты специально это делаешь, — ее голос дрогнул.

Я медленно подошел ближе, взяв со столика ее маску, следя, как она напрягается с каждым моим шагом. Пол был холодным под босыми ногами.

— Делаю что? — я наклонил голову. — Ты — мой наблюдатель и должна везде следовать за мной. Я просто обеспечил тебе такую возможность. И что теперь, дашь заднюю потому, что надо немного оголиться? На палубе «Лиса» ты не стеснялась загорать так, как тебе хочется.

Она резко выхватила маску у меня из рук.

— Это другое! Там… там был только ты.

— И ты чувствовала, что можешь играть со мной, так как, грубо говоря, являешься моим начальством? — я усмехнулся. — Как это низко, майор Жермин. Но ты ведь тоже будешь в маске, как и все, кого ты увидишь в первый и скорее всего в последний раз в жизни. Так чего стесняться, раз уж твои взгляды действительно настолько широки, как ты хотела, чтобы я думал?

Ее пальцы сжали маску так, что фарфор затрещал. Я видел, как по ее обнаженным плечам пробежала дрожь.

— Ты мерзавец, — прошипела она, но в голосе уже слышалась обреченность.

Маска скрыла ее лицо, превратив в безликую «Голубку». Затем последовал резкий рывок — шелк соскользнул с плеч, обнажая стройное, подтянутое, загорелое тело. Белья она не носила.

Вау. Просто вау.

Она даже не попыталась прикрыться, стоя передо мной во всей своей… я бы сказал «красе», если бы не знал, какая ярость сейчас кипит за этой фарфоровой маской.

— Доволен, извращенец? — ее голос звучал как напильник по стеклу.

— Прекрасна настолько, что если ты убьешь меня после сегодняшней ночи, я умру без сожалений, — улыбнулся я.

В следующую секунду прекрасные изгибы тела Яраны начали покрываться ожогами, ссадинами и кровавыми порезами, а во лбу образовалось пулевое отверстие сквозь которое я смог увидеть противоположную стену.

Охнув, я отступил на пару шагов. К горлу подступила рвота, на лбу и спине проступили крупные капли ледяного пота.

— Мак⁈

Ярана, обезображенная, с одной отсутствующей рукой, продолжающая гнить заживо прямо у меня на глазах, подскочила, подставила руку под мою спину. В единственном оставшемся глазу, видимом через прорези маски, я прочитал искреннюю обеспокоенность…

Не было похоже, что ей больно или что она хотя бы замечает, что с ней происходит. А значит…

Наваждение. Галлюцинации, последствия того, что я пережил в Руинах Маски.

Раньше это были просто видения мертвых друзей, но теперь гребаное подсознание решило показать мне ужас наяву. То, что может произойти с этой девушкой, если она останется рядом со мной.

Активировав татуировку «Сотни порезов», я вонзил заострившийся ноготь себе же в ногу. Боль ударила в мозг, ослепительно яркая и обжигающая, но эти свет и жар сработали так, как я и надеялся: выжгли отвратительное видение, вернув реальность в норму.

— Я… я в порядке, — прохрипел я, с огромным трудом вставая ровно. — У меня иногда бывает… ничего смертельного.

— Это из-за того, о чем ты говорил про «недопустимое»? — тихо спросила Ярана.

— Ты запомнила? — хмыкнул я сквозь боль. — Мило. Да, именно из-за этого.

— Расскажешь мне?

— Может быть, но точно не сейчас.

— Ладно. Пойдем?

— Да. Пойдем.

Когда она складывала платье и туфли на кушетку, в ее движениях еще ощущались неуверенность и скованность. Но затем, когда она направилась к двери, противоположной той, через которую мы вошли, ее спина уже была прямой, шаг — уверенным. Солдат есть солдат, даже голый и в птичьей маске.

Я скользнул взглядом по безупречному изгибу Яраниной спины, где капли пота стекали по мелким шрамам. Один был особенно заметным, длинный и зубчатый, явно от зазубренного клинка. Ее загорелая кожа в тусклом свете казалась позолоченной, а напряженные мышцы плавно перекатывались под кожей.

К сожалению, после увиденного жуткого зрелища того, как эти изгибы, кожа и мышцы превращаются в гнилье, настроение фантазировать о чем-то особенном совершенно пропало. Тем не менее, Ярана явно почувствовала мой взгляд на своей пояснице и ниже.

— Что-то мне подсказывает, — ее голос звучал насмешливо, — что ты задумал все это только для того, чтобы насладиться видом.

Я улыбнулся в ответ.

— И меня никто бы не смог за это осудить. Вид по-настоящему шикарный.

Дверь с глухим стуком отворилась перед нами, выпуская волну горячего, тяжелого воздуха, насыщенного смесью дорогих духов, пота и возбуждающих благовоний.

Зал представлял собой круг диаметром метров тридцать, с мраморным полом, по которому струились золотые узоры, окруженный колоннадой. В центре на огромной, скорее похожей на озеро шелка, круглой кровати, двигались, в парах, тройках и группах, обнаженные тела. Воздух наполняли сладострастные стоны.

По периметру на меньших кроватях под полупрозрачными балдахинами располагались отдельные компании, видимо, не желающие присоединяться к общей оргии. Одна из занавесей приоткрылась, и я увидел как мужчина в маске быка методично хлестал плетью женщину в маске кошки, прикованную к позолоченным кольцам в изголовье кровати.

Не успели мы сделать и трех шагов, как перед нами возникла фигура в гладкой серебряной маске. Его тело — подтянутое, с рельефными мышцами и многочисленными боевыми шрамами — выдавало профессионального воина.

— Господа здесь для удовольствия или для дела? — вежливо поинтересовался он.

Я почувствовал как Ярана непроизвольно прикрыла грудь рукой, но мой ответ прозвучал уверенно:

— В первую очередь для дела. Хотя… — я бросил взгляд на центральную платформу, — ваше заведение производит… неизгладимое впечатление.

Серебряная маска наклонил голову, изучая нас.

— Благодарю, господин. Ваши номера?

Я показал ему свой номерок 18, Ярана показала 19.

Он подозвал жестом ожидающего в сторонке другого слугу с большим подносом, на котором были разложены большие таблички на рукоятках. Из них он выбрал 18 и 19 номера и протянул нам.

— Следуйте за мной, пожалуйста, — резко развернулся серебряная маска.

Мы двинулись вдоль стены, минуя сцены, которые могли бы шокировать даже бывалого пирата. В одной из ниш мужчина в маске скорпиона методично вводил иглы в спину стонущей партнерши, в другой — три фигуры в переплетении конечностей напоминали странный живой механизм.