Юрий Романов – Геном дьявола. Часть 2: Очищение (страница 2)

– Прости мам, я пока так и не нашел тех выродков, которые убили тебя. Но я догадываюсь, кто это сделал, и скоро они ответят за все!

– Ты ни в чем не виноват, Леша. С тех пор прошло много лет. Зато ты защитил сотни других людей.

В этот момент комната резко озарилась. На стенах, словно по мановению волшебной палочки, вспыхнули десятки факелов, отбрасывая на пол длинные, пляшущие тени.

Открывшаяся их взору картина была адской. Пол был усеян человеческими черепами и костями, в липких, черных лужах застывшей крови валялись отрубленные конечности, по которым копошились отвратительные насекомые. Потолок пылал, и на месте логотипа «Нимостора» теперь наблюдалась та самая демоническая печать, сияющая багровым светом.

Васильев и его мать в ужасе огляделись, и в следующее мгновение невидимая ударная волна отшвырнула их в разные стороны. Тело Алексея с силой прижало к холодной стене, и тут же из камня выползли ржавые железные прутья, с хрустом оплетая его, сковывая каждую мышцу. Та же участь постигла и его мать – ее пригвоздило к соседней стене, прямо в центре огромной демонической печати, которая словно ожила и пульсировала.

И тут в комнате из ниоткуда появился виновник всей этой метаморфозы, происходящей во сне Алексея.

Это был Аполлион. Он шествовал по комнате с невозмутимым видом, а его ступни с противным хрустом раздавливали кости и разбросанные останки. Лицо и глаза упыря как обычно были красными и налитыми кровью своих жертв.

– Мразь! – крикнул Васильев, пытаясь освободиться от железных прутьев, сковавших тело.

Аполлион дошел до середины комнаты, остановился и пристально посмотрел сначала на Васильева, потом на его мать.

– Семейные встречи – это всегда так трогательно, – спокойно произнес Аполлион.

– Тебя здесь нет! Это сон! – злобно ответил ему майор.

– Безусловно. Как и твоей матери. Разве не так?

Васильев промолчал, его взгляд встретился с испуганным взглядом мамы.

– Ты совершил большую ошибку, ввязавшись в дела нашего братства.

– Ошибку совершил ты, когда эту секту создал! Я уже приблизился к вам вплотную и скоро положу конец всей вашей дьявольщине!

– Скажи мне, Алексей, вот зачем тебе всё это? Почему тебя так задело это дело? Другой бы давно бросил всё, увидев ту жуть, с которой можно столкнуться по ночам в Ховрино. Но только не ты. Ты снова пришел сюда, на этот раз даже с подмогой: экстрасенс-недоучка и твой полудурошный дружок.

– Зачем мне это? Да затем, что я всю жизнь боролся с такими, как вы. А ваша секта оказались для меня настоящим апогеем бессмысленного и жесточайшего зла, которое только можно увидеть в этом мире.

– Что за чепуху ты несешь? Тебе сколько лет? Двенадцать? Зла или добра нет, есть мир и люди, его населяющие. И люди эти в массе своей совершенно бесполезны. Этот мир требует очищения от излишков человечества. А очищение возможно только через насилие. Ты думаешь, что невинные люди должны быть защищены от агрессии и насилия. Но это не так. Человек должен защищать себя сам, иначе он бесполезный червь. Так было всегда, и не надо строить глупых иллюзий насчет вселенской справедливости.

– Очищение через насилие? Это как раз ты чепуху несешь. Очищение может быть только через созидание и помощь окружающим, а не через бессмысленную кровавую резню.

– Ты сам-то себе веришь? Думаешь, я не знаю, почему ты на самом деле хочешь с нами покончить? Геном дьявола, как ты его называешь, здесь не причем.

Аполлион повернул голову в сторону матери Алексея и указал на неё пальцем.

– Это из-за неё ты прицепился к нам! Тобой, Алексей, движет банальная месть, а не тяга спасти как можно больше совершенно незнакомых тебе людей.

– Это неправда! – воскликнул майор, прекрасно понимая, что Аполлион в чем-то прав.

– Ты же думаешь, что это я убил твою мать. Ведь из-за её смерти ты и пошел в ментовку.

– Так это ты сделал, тварь?! – закричал Васильев.

– Отец хоть и не отговаривал тебя, – проигнорировав вопрос Алексея, продолжил Аполлион. – Но предупреждал, что работа в милиции сильно изменит тебя и сделает более черствым человеком. И он оказался вполне прав. Со временем твой характер постепенно грубел, ты становился более жестким и не терпимым. Тобой двигала справедливость, но на самом деле тебе постепенно становилось все больше плевать на посторонних людей, потому что они в большинстве своем представляют никчемный биомусор. Тебе и сейчас по большому счету плевать на тех, кто может стать нашими жертвами. Ты жаждешь только мести за убитую мать, которую даже толком не помнишь! Мести любым, даже непричастным к её смерти убийцам и насильникам, которых ты в итоге поймал за годы своей службы.

– Ты ничего обо не знаешь, тварь! Но я обещаю, что скоро ты будешь гореть в аду!

Аполлион рассмеялся и направился к матери Алексея. Мама испуганно посмотрела на упыря, который приблизился к ней вплотную. Затем Аполлион снова повернул голову и устремил взгляд своих красных глазниц на Васильева.

– Ад – это есть то, чего мы добиваемся, неужели ты еще не понял? Только гореть в нем будешь ты. А мы – править.

Аполлион снова повернул голову к матери Алексея.

– Не повезло твоей маме, что она зачала и родила тебя до своей смерти. Иначе она тоже могла бы стать нашим вкладом в пришествие Антихриста.

– Что!? Что это значит? – встревожено спросил Васильев.

– Ну, хоть здесь, в твоем сне можно провести с ней ритуал. Тебе, я думаю, понравится, – вместо ответа с довольной интонацией произнес упырь.

Аполлион резко, с размаху, вонзил руку в живот матери Васильева. Пальцы, словно когти, пронзили плоть, и она издала пронзительный, разрывающий душу крик.

– Нет! – закричал майор.

Мама кричала, а Аполлион с довольным лицом сильно проворачивал руку внутри её живота.

– Прекрати, сука! Я тебя голыми руками разорву, слышишь, урод! – истерично кричал Васильев упырю, ерзая внутри прутьев.

– Леша, срочно просыпайся! Это только сон! – между криками услышал речь матери Васильев.

Мысль, как молния, пронзила панику. Он и правда забыл. Забыл, что все происходящее – иллюзия. Картина была слишком невыносимой. Пора было выбираться.

– Проснись! – снова, уже слабее, крикнула мама.

Глава 2

Сознание вернулось к майору внезапно, словно его выдернули из ледяной бездны и швырнули обратно в реальность. Он резко сел на кровати, сердце бешено колотилось, а легкие жадно хватали воздух. Резкое движение отозвалось в спине острой, раздирающей болью – безжалостное напоминание о вчерашнем падении в затопленный подвал Ховринской больницы.

Кошмары были ему не в новинку, но этот… этот был иным. Он не просто пугал, он впивался в душу, оставляя после себя ощущение осквернения. Та реалистичность, та плотная, почти осязаемая ткань ужаса, из которой был соткан сон… И мама. Его мама! Что этот исчадье с ней сделало?

Васильев заставил себя дышать глубже и ровнее. «Спокойно, это всего лишь сон. Плод переутомления и пережитого стресса. Нервы на пределе – вот психика и выплескивает всю эту грязь».

Он окинул взглядом комнату. Лены в постели не было – сегодня у нее дневная смена, и она, судя по всему, уже уехала на работу. За окном лился рассеянный утренний свет.

Алексей потянулся к телефону. Черт! Без двадцати девять. Он чуть не проспал встречу с Лещинской. Пора срочно бежать!

Он стремительно сполз с кровати, плеснул в лицо ледяной воды в ванной, наскоро оделся и вылетел из квартиры.

За рулем своего «Опеля» Васильев нырнул в поток машин, взяв курс на МКАД. Взгляд его то и дело метался к зеркалу заднего вида, выискивая в потоке знакомые очертания черной «Тойоты» или любой другой машины, что могла бы неотступно следовать за ним. К счастью, ничего подозрительного он не обнаружил.

До Песчаной улицы ехать было прилично, минут тридцать без пробок, а с учетом московского утра он уже точно опаздывал.

Майор набрал номер Анны Эдуардовны, предупредив, что задержится минут на двадцать, а то и больше.

– Ничего страшного, Алексей, – с привычной теплой интонацией ответила Лещинская. – Я назвала время ориентировочно. Неудивительно, что вы проспали после такой насыщенной и тяжелой ночи. Буду ждать вас, сколько потребуется.

Ее слова слегка успокоили его. Интересно, куда они направляются? И что это за таинственный специалист, не выходящий из своего жилища?

По дороге мысли вновь и вновь возвращались к кошмару. А вдруг это был не просто сон? Вдруг Аполлион и впрямь каким-то извращенным образом способен проникать в его сновидения? Возможно ли это? Почему бы и нет, учитывая те невиданные, богохульные способности, которыми обладал этот упырь. Даже мама… она явилась ему впервые за все эти годы.

Допустим, сон был не совсем обычным. Что он может из него вынести, помимо очевидного – что с Аполлионом и его сектой нужно покончить как можно скорее?

Даже во сне он не получил ответа на главный вопрос: причастен ли «Нимостор» к убийству его матери в 85-м? «Повезло твоей матери, что она родила тебя до своей смерти. Иначе она тоже могла бы стать нашим вкладом в пришествие Антихриста». Что Аполлион имел в виду? Какое отношение рождение Алексея и его мать имеют к концу света? Пока единственная догадка: сатанисты обычно приносили в жертву девственниц, а мама Васильева под этот критерий явно не подходила.

И тут в голове у майора созрела идея, как можно проверить подробности гибели матери и возможную причастность «Нимостора». Но для этого ему сейчас понадобится помощь Лещинской. Пусть поездка к загадочному специалисту еще подождет.