Юрий Романов – Геном дьявола. Часть 2: Очищение (страница 4)

– Я твержу себе это уже с того момента, как поступил в университет МВД, – с обреченной интонацией ответил Васильев.

– Вы обязательно достигнете своей цели, я в этом уверена даже без ясновидения!

– Хотелось бы верить, – Васильев тяжело вздохнул. – Давайте пока закроем эту тему. Я даже думать об этом стараюсь как можно реже, не то, что обсуждать.

– Вы правы. Извините.

– Лучше скажите, наконец, куда мы едем? И что это за специалист по дьяволу и чертовщине, покрытый пеленой тайны?

– Ах, да, – Лещинская видимо, и сама уже подзабыла, куда и зачем они сегодня едут. – Мы поедем сейчас в небольшой действующий храм в Сергиево-Посадском районе. Там нам понадобиться помощь русской православной церкви. Точнее, не совсем обычного её представителя.

Майор вскинул брови от удивления.

– Я не ослышался? Русская православная церковь?

– Верно.

Хоть Васильев и был крещеным, но в Бога не верил. А само словосочетание «Русская Православная Церковь» в последние годы вызывало у него лишь горькое раздражение.

В светской России сложился незыблемый, почти государственный авторитет православия. Пропаганда веры лилась отовсюду – из уст влиятельных «верующих», с экранов телевизоров, из ура-патриотических фильмов, снятых на государственные деньги. Результат не заставил себя ждать – волна православного рвения вновь накрыла умы граждан.

А после введения уголовной статьи за оскорбление чувств верующих, как грибы после дождя, появились православные активисты, чье агрессивное поведение мало напоминало смиренных и кротких «ангелов божьих». Под прикрытием веры и при попустительстве чиновников они были готовы запретить и «линчевать» любое, по их мнению, неугодное Богу проявление искусства – будь то концерт рок-группы или художественная выставка. Запретить все, что могло задеть их столь «ранимые» чувства. И все это в стране, где декларировались свобода вероисповедания и свобода слова. Выходило, что Конституция сама себе противоречила.

Абсурд ситуации с РПЦ доходил до того, что бородатых попов привлекали к «освящению» ракет перед полетом в космос – тот самый космос, существование которого христианская церковь веками яростно отрицала. Алексей, будучи прагматиком и атеистом, не понимал, откуда в стране, прожившей семьдесят лет в атеизме, взялось столько православных фанатиков. Да еще в XXI веке, когда наука шагнула так далеко и может объяснить практически любой природный феномен.

То, что творилось в Ховрино, конечно, наука едва ли могла объяснить. Но дело было не в том, что Алексей не верил в Христа. Его бесило это грубое, на государственном уровне, навязывание православия. Он ничего не имел против самой веры и верующих. Кому-то православие реально помогало обрести новый смысл в жизни. Верите в Бога? Верьте на здоровье. Но не навязывайте все это мне и миллионам других. Взрослый человек сам в состоянии выбрать, во что верить и как жить. Он сам решит, что ему смотреть, слушать и читать.

Неважно, верующий ты или нет. Важно, какие поступки ты совершаешь и что делаешь для других. Если ты по жизни мудак, то никакие походы в церковь и иконы в салоне тачки тебя не исправят.

– И каким образом этот представитель РПЦ сможет нам помочь? – слегка недовольным тоном спросил майор. – Будет выгонять демонов из Ховринской больницы, как тот священник из девочки в фильме «Изгоняющий дьявола»?

– Почти в точку. Его зовут отец Матвей, с виду он обычный настоятель в маленькой подмосковной церкви, но на самом деле этот священник – тайный специалист РПЦ по экзорцизму и белой магии. К его услугам обращаются лишь в самых крайних случаях, когда в каком-либо месте стопроцентно существует угроза потустороннего происхождения для жизни человека или группы людей. О его истинной деятельности в России знают лишь десяток человек, среди которых ваша покорная слуга и сам Патриарх всея Руси.

– О как, – сдержанно удивился Васильев и саркастично добавил: – А президент тоже в курсе его талантов?

– Не иронизируйте, Алексей. Этот человек действительно сейчас единственный, кто сможет нам помочь. Он настоящий и исключительный профессионал своего дела.

– Хорошо, хорошо, я вам верю. Я уже согласен на любую помощь, лишь бы был результат.

Глава 3

Дорога до пункта назначения заняла около часа с небольшим. Васильев с Лещинской приехали в небольшую, словно заснувшую во времени, деревушку, приютившуюся в нескольких километрах к северу от Сергиева Посада.

– Вот она, – произнесла в машине Лещинская и показала пальцем налево. – Мы на месте.

Алексей взглянул в указанном направлении и сквозь ряды деревьев увидел на небольшом, поросшем молодой травой возвышении каменную церковь. Храм, сложенный из потемневшего от времени белого камня, был невелик и скромен. Несколько куполов цвета ночного неба мягко выгибались вдоль крыши, а сбоку, словно свеча, возвышалась колокольня с узкими арочными окнами. Это была тихая, ничем не примечательная русская церквушка, каких по всей стране были тысячи.

Майор подъехал по узкой, ухабистой дороге и припарковал машину на небольшой поляне рядом с храмом.

– И кто бы мог подумать, что в такой глуши обитает реальный укротитель бесов, – спокойно произнес Васильев, выйдя из машины и взглянув на округу.

– Именно поэтому отец Матвей здесь и обосновался, подальше от мирской суеты.

– А мне к нему так и обращаться? Отец Матвей?

– Ну да, к нему все прихожане так обращаются. Его реального имени и фамилии не знаю даже я.

– Прям как агент 007, только на службе небесных сил.

Лещинская, как женщина, следуя правилам церковной этики, начала надевать на голову платок.

– Идемте, – приглашающе сказала Анна Эдуардовна.

В этот момент у майора в кармане зазвонил телефон. Алексей тут же достал его и посмотрел на экран. Звонил Валера Савкин, которого Васильев вчера оставил следить за бывшим омоновцем Мавриным у его дома. Неужели есть результаты?

– Сейчас, одну секундочку подождите… – остановил Лещинскую Алексей и поднес трубку к уху.

– Алло! – ответил майор.

– Саныч! – резко закричал на ухо майора Савкин.

– Что такое, Валера?

– Тут… Тут короче беда случилась! Мужика, которого ты меня пасти оставил, чуть не убили полчаса назад!

– Что!? – взбудоражено воскликнул в трубку майор. – Как это произошло, кто это был?

– Я не знаю. Час назад он вышел из дома, пошел в магазин. Все вроде спокойно было. Вышел с пакетом продуктов, пошел обратно к дому. Потом, когда зашел в свой двор, на него там в подворотне напали двое с ножами. Этот бывший мент хоть почти на пенсии, но видно, навыки и реакция остались. Он, видать, почуял, как на него хотели сзади накинуться и успел резко увернуться. Одного сразу приложил с вертухи и начал мутузить, а второй в это время напал на него сзади и ударил ножом под ребра. Бывший мент этот упал и схватился за рану. Второй напавший хотел его добить и вскинул руку с ножом, но тут уже подлетел я. Первый напавший, которого бывший мент приложил, к этому времени очухался и встал на ноги. Они сразу убежали от меня, я попытался их догнать, хотел уже стрелять в воздух, но они забежали за угол дома, а потом как по волшебству испарились! Я тебе не вру, Саныч! Они просто исчезли, как призраки! Я их упустил.

– Приметы тех двоих запомнил?

– Нет, слушай, не успел как следует рассмотреть. Одежда темная, неприметная.

– А с этим мужиком самим что? Сильно его порезали?

– Не особо. Повезло ему, лезвие едва до печени не дотянулось, так бы уже холодный валялся. А в целом жить будет. Ты извини меня, товарищ майор. Не уследил я, и этих двух тоже упустил. Просто я никак не ожидал, что такая жесть посреди утра произойдет.

– Ничего, Валера, это ты меня извини, я сам подобной ботвы не предусмотрел, иначе бы тебя одного там ни за что не оставил. Ты сам-то в порядке?

– Да я-то в норме.

– А мужик этот где сейчас?

– В 68-й городской больнице.

– Нашим никому не говорил про это?

– Нет, а надо было?

– Ни в коем случае! Ты молоток, Валера! Прости, пожалуйста, я твой должник! А теперь забудь про этого мужика и про то, что я велел тебе следить за ним.

– Без вопросов, потом хоть расскажешь, кто это был на самом деле?

– Непременно всё узнаешь!

– Ладно, я понял.

– В 68-ю его повезли, говоришь?

– Да.

– Ладно, спасибо. Давай, Валер, на работе увидимся.

– Так точно, товарищ майор.

Васильев нажал на кнопку сброса и взглянул на Анну Эдуардовну, ожидающую его у входа в церковь.

– Что-то случилось? – тут же тревожно спросила она.

– Да, – задумчиво ответил майор и продолжил: – Я, к сожалению, не смогу надолго здесь задержаться. В Москве кое-что стряслось. Так что давайте быстро пообщаемся с вашим священником, отдадим ему артефакт, а потом я сразу поеду обратно.

– Ну, хорошо. Идемте.

Переступив порог церкви через массивные деревянные ворота, Алексей окунулся в знакомую атмосферу. Воздух был густ и сладок от запаха ладана и старого дерева. Внутреннее убранство было аскетичным и каноничным. Они прошли через притвор в главный зал. Стены, расписанные потемневшими от времени фресками, смотрели на них ликами святых. Перед иконами, за стеклами киотов, мерцали огоньки лампад и свечей, отбрасывая на стены трепетные тени. В конце зала возвышался иконостас, а с высокого потолка, словно небесное светило, свисал хорос – кольцевидный светильник с зажженными лампадами.