Юрий Романов – Часовые любви (страница 7)
– Вы не подскажите, как мне найти доктора Ларина?
«Зайдите в триста шестую комнату, что на третьем, доктор Дадашев вам обязательно поможет», – сразу же отреагировал интеллигент с портфелем из восходящей кабинки, в сером пиджаке в большую коричневую клетку. Воспользовавшись подсказкой и очередной восходящей кабинкой, Оскар тут же проследовал на указанный этаж…
Узкий коридор третьего этажа был основательно заставлен большими коричневыми сейфами, древними деревянными шкафами, набитыми какими-то умными бумагами, старыми диванами и другой, похожей на домашний антиквариат, мебелью. В промежутках между этой мебелью и сейфами с обеих сторон «притаились» двери в ожидании очередного прохожего. Двери располагались с обеих сторон. Дверей было очень много, и они, как живые, под мелодии своих пружин, хаотично открываясь и закрываясь в сторону узкого пространства, выталкивали и втягивали потоки людей. Те же, оказавшись в коридоре, резво и умело проскакивали между этими циркулирующими «заслонками», умудрялись благополучно достигать своей цели. Явно здесь сказывался многолетний опыт сотрудников, проживавших в ограниченном пространстве!..
Оскар, с намерением быстрее достичь желаемой цели, также ринулся вперёд, но, не успев влиться в «научный» поток, был отброшен к противоположной стене неожиданно открывшейся дверью. Обошлось без особых травм, но первое «крещение» состоялось, проявившись в виде синяка на лбу. После «боевого крещения», но уже без дополнительных потерь, Оскар Остапович короткими перебежками вскоре достиг заветного номера, где, по его разумению, в кожаном кресле должен был гордо восседать солидный, преклонных лет и убелённый сединами доктор наук.
Триста шестая оказалась заперта и он, не раздумывая вошёл в дверь, напротив. В комнате, среди многочисленных приборов и устройств, над спинкой стула виднелась белобрысая юношеская голова. Оскар уверенно подошёл к нему и спросил:
– Послушай, парень! А триста шестая, действительно кабинет Дадашева?
«Да… да… да…» – и Оскар, получив ответ, уверенно направился к двери, но уже приоткрыв её, вдруг услышал: «Да… Дадашев, это я!
Оскар в изумлении закрыл открытую было дверь и уставился на юного доктора наук, думая, что парень пошутил. В это время дверь с шумом распахнулась, и в комнату вошёл высокий, в меру упитанный, приятной наружности человек. Комната сразу наполнилась какой-то положительной энергетикой.
«Привет, Дадашка! Говорят, что с острова «Япономамы» и одноименного симпозиума «О саморождаемости автоматов» тебе звонил сам А. Я. (Александр Яковлевич)?» – пророкотал он нараспев своим мощным оперным басом, как будто собираясь петь арию.
– Да! Yes!
– Тогда обнародуй тайную дату возвращения горячо любимого нашим творческим коллективом шефа!
Дадашев взял чистый лист бумаги и крупно вывел: «Десятого сего месяца, а номер рейса совпадает с датой моего рождения».
– Дадашка, прими благодарность и признательность от нашего многочисленного «коллектив-вар» за своевременность и конфиденциальность информации! И он, взяв листок, свернув его вчетверо, положил в карман, собрался уходить, но, увидев Оскара, поинтересовался: «А Вы к кому, молодой-красивый? Может, я могу быть чем-то полезен?!»
– Я из «ящика», к профессору Ларину. Вот бумаги… – начал было объяснять Иванов.
– А!.. Вы Иванов Оскар! Видимо, Вы и есть то молодое дарование, на которое возлагает свои надежды наше новое научное направление! Как я догадываюсь, Вам, с нашей помощью, всё же удалось вырваться на научные просторы мировой науки! С чем я Вас от души поздравляю!
– Благодарю.
«Тогда вам ко мне, – и он протянул руку, – Хлебосолов Сергей Павлович, но для друзей я – СП, так что можете использовать это буквосочетание! Я зам нашего начальника отделом, А. Я. Лернера, – и, прихватив бумаги, предложил, – пошли на «обмывание!»»
Хлебосолов шёл быстро, искусно лавируя между «дверными заслонками» и коридорными шкафами. В его уверенной поступи ощущалась многолетняя отработка движений на этом «коридорном тренажёре». Оскар же, хотя и был уже наделён некоторым «дверным» опытом, с большим трудом держался в фарватере мощной, импульсивно перемещающейся фигуры Хлебосолова.
Войдя в свой кабинет, Хлебосолов поймал удивлённый взгляд Оскара на толстых двойных дверях, разделяющих кабинет и приёмную:
«Что хороши?! По моей просьбе соорудили! Я их использую как «глушитель» громкого театрального мата! А то, когда меня доводят до кондиции, от моего «интеллигентного» баса у милой секретарши, без этого фильтра, ушки в трубочку сворачиваются!.. Секретарша у меня умница. Владеет несколькими языками и стенографией. Виртуозно «играет» на пишущей машинке. Она у меня талант! А вообще-то из этой специальности большинство могут выполнять три команды: лечь, встать, телекс! Шутка!» И он засмеялся заразительным смехом.
После передачи документов Иванова на оформление в отдел кадров
– Ну что, обмоем значимое в твоей жизни событие, да и мы не каждый день на должность замлаба берём молодых талантов! А как говорят – нанявши начальство, нужно нанять и подчинённых!
Некоторое время Хлебосолов молча оглядывал свой кабинет – затем продолжил:
– Да, кстати ознакомься с моим подарком «Совета молодых специалистов», который они закрепили на внутренней стороне второй двери.
Оскар открыл массивную дверь кабинета и прочитал:
– А в принципе, если кратко, чем я должен заниматься после усвоения «Дельных советов»?
– Задача у тебя потрясающая! Решишь – это уважение, диссертация, патенты, Госпремии! Понимаешь, твой шеф не так давно получил докторскую, но не подумай, что колбасу. Он создал какие-то «дисперсионные функции», используя которые можно, с учётом всевозможных факторов, оптимально управлять различными процессами. Например, крекингом нефти, распознавать по шумам самолёты, подводные лодки и так далее, в общем, решать многочисленные технические мирские и военные задачки. Но есть одно большое «НО!».. Ещё нет вычислительных машин, которые смогли бы обработать информацию по его алгоритму, хотя бы за несколько минут. На настоящий момент времени они это могут делать в лучшем случае за несколько месяцев, то есть когда «поезд давно ушёл»! Так что, как видишь, существует «небольшая проблемка»!
– Нечего себе небольшая!.. А почему выбор пал на меня?
Не знаю, но думаю, что да. Такие корифеи науки, которые тебя рекомендовали, не промахиваются! Потом заглянем к Науму Самойловичу, твоему завлабу. Он тебе задачу разложит по полочкам.
– Ещё бы понять, что он будет рассказывать!.. Впрочем, не боги горшки обжигают!
– Вот это уже по-нашему! Да, кстати… Я недавно для этого дела привёз от военных превосходную элементную базу – вот полюбуйся, – СП отдёрнул шторки.Практически – в ящик коньяка, который вместе с ними и выпили! Дело в том, что как раз в это время мы чествовали моего большого друга и огромного учёного в военной сфере, он меня знал ещё по «Большому театру». Так вот, когда уже многие подустали от спиртного, я начал удачно травить анекдоты, а затем по его просьбе спел пару романсов. В результате все, кто дремал, сразу вдохновились, и юбилей раскрутился с новой силой! Так что считай, что «сей пода-ро-чек отвалили сему Отроку за красивые глаза» и во благо нашего Свята-га О-те-чес-тва! – пропел СП «арию» мощным басом.
– И во что обошлась эта радость Академии?
– Практически, – в ящик коньяка, который вместе с ними и выпили! Дело в том, что как раз в это время мы чествовали моего большого друга и огромного учёного – в военной сфере, он меня знал ещё по «Большому театру». Так вот, когда уже многие «подустали» от спиртного, я начал удачно «травить» анекдоты, а затем по его просьбе спел пару романсов. В результате, все кто дремал, сразу вдохновились и юбилей раскрутился с новой силой! Так что считай, что: «сей пода-ро-чек отвалили сему Отроку за красивые глаза» и во благо нашего Свята-га О-те-чес-тва! – пропел