Юрий Ра – Знаменосец забытого бога 2 (страница 42)
Зачем всё это объяснять, когда кругом взрослые умные люди. Хотят себе искать приключения на свои задницы, их право. Назовут Тимура занудой и будут правы – людям хочется приключений на свои мягкие места и пищеварительный тракт.
С воровством вещей история другая, его чемодан лежит в купе тренеров, так что тут и Тимур может пострадать от расхлябанности сокомандников, а ему страдать неохота. Он нарочно практически всё имущество держал там, сохранности ради и чтоб не скакать с вещами, если попрут из первого купе. И вообще, он чувствовал – за этими товарищами нужен глаз да глаз. Что за молодыми оболтусами, что за пожилыми бухариками. Стоп! Почему он назвал их пожилыми, людям всего по сорок пять – пятьдесят лет? Да просто сам себя Тимур перестал ощущать таковым, не ровесники теперь ему эти старпёры. А сколько ему сейчас по ощущениям? Тридцатник, не больше!
В запендю первыми влезли тренеры, как ни удивительно. Проходя мимо их купе, Тимур услышал оживлённый разговор, причём там присутствовал и незнакомый голос. Странно, не могли же на его место кого-то подселить? Как вежливый человек, он не полез разбираться, пока не просят.
А потом он услышал эти же голоса из другого купе. А вот это уже непонятненько, к кому могли пойти в гости тренера (или тренеры?). То есть они могли отправиться в купе к каким-то феминам… но нет, не могли. А вот найти очередное дорожное приключение – это да. Тимур не стал стучать, он просто отодвинул дверь купе и широко улыбнулся. Всё было именно так, как он предположил – Иван Иванович, Эльдар Мухамедзянович и двое неустановленных расписывали пулю.
- Парень, тебе чего? – Один неизвестный.
-Ты чего, дверь не запер что ли? – Возмутился второй.
- Чирков, чего тебе? – Отметился Иваныч.
- Да, иди погуляй, мальчик. – Не смог промолчать четвёртый, который старший тренер.
- Отцы, а вы в курсе, что с незнакомыми людьми на деньги играют только лохи и каталы? Вы роли уже распределили?
- Это ваш пацан что ли? Решите вопрос.
Спокойно и по-деловому эту фразу бросил тощий незнакомец в кожаном пиджаке, не выпуская из зубов сигарету. Судя по его тону, этот тип не сомневался, что его указание будет выполнено. А Тимур возмутился: они тут еще и курят! Вообще, не много ли на себя берет этот кожаный! Или не его дело, может правильнее будет в самом деле свалить?
Ага, а эти пускай без штанов остаются? Мало того, они же еще могут общак проиграть. Не классический воровской, а деньги, выданные команде на прокорм, проезд, проживание. Знает он таких непутёвых, их девиз: «Раз пошла такая пьянка, режь последний огурец!» Тимуру очень не хотелось, чтобы старшие товарищи резали его огурец, его пайку.
- Так чего, народ, нашли катал и рады до усрачки? – Когда тебя не слышат, можно говорить громко, а можно обидное.
- За языком следи, Чирков!
- Пацан, за такие предъявы не по делу могут и спросить.
- Дядя, а ты в прокуратуру на меня заяву накатай. Или в газету «Сельская жизнь» напиши.
- Я сейчас кому-то руки сломаю или зубы вышибу, а потом из поезда выброшу, если кто-то не заткнётся! - Кожаный явно старательно фильтровал базар, чтоб не сойти за урку. Ему это удавалось, но сил следить за лицом уже не оставалось.
- Никто никому ничего ломать не станет. А юноша сейчас уже уходит. - Иван Иваныч давил харизмой на всех присутствующих, но получалось не очень.
- Так что, граждане шулера, вы будете меня из купе выкидывать? А потом из вагона. – Тимур понимал, что с этими двумя он не справится без гантелей, да он и одного не вывезет, если честно, но продолжал хамить.
- Чирков, вот чего ты нарываешься? Нам по-твоему, что делать в дороге, в дурачка подкидного играть? Гаврилыч твой в преферанс ни бум-бум, а тут попутчики нашлись, которые готовы компашку поддержать.
- Ага, а колода у вас их, или они уже вашу всю ногтями почиркали?
- Причём тут колода? – В глазах начальника команды начало сквозить некое подобие понимания ситуации. – А ты почему так уверен?
- Да вижу просто, какой маникюр у них на пальцах своеобразный. Явно не для того, чтоб вносу ковырять. Видел я во дворе такое.
- Какой у тебя двор непростой, похоже. Может, ты и в преферанс играешь?
- Играю, но со мной неинтересно, я выношу всех.
- Я не понял! – Напарник кожаного, заткнутый в угол у окошка, аж привстал. – Вы чо как фраера душные! Свалить что ли решили? Так дела не делаются!
- Какие дела, Владимир? Мы же просто время занять сели, разве нет?
- Так-то мой приятель прав, собрались игру бросать, отступные кидайте на стол. – Вежливо предложил кожаный дипломат.
- С хера ли?! – Пузико Эльдара, светлого эльфа под прикрытием, не помешало ему встать во весь рост и показать свою готовность к боевым действиям. – Чего, молодой прав что ли, вы шулера вагонные в натуре?
- Мы люди ровные, это вы гниль подзаборная, по слову пацана зелёного игру бросаете! Не по понятиям это.
- А нам ваши понятия побоку. Ищите лохов в другом вагоне и радуйтесь, что милицию не зовём.
- Чо сказал?!
- Что слышал. Расход. Валим к себе, мужики.
- Мужики! -Выделил интонацией уголовник, то есть тот, который сидел в углу, а до этого явно сидел. – На зоне такие не долго в мужиках ходят.
Тренерский коллектив хотел ответить, но кожаный первый одернул кореша: «За базаром следи», и на этом инцидент был исчерпан. Представители команды отбыли, прихватив авторучку и бумажку, на которой уже виднелась расчерченная «пуля».
Не сговариваясь, все трое зашли в свое законное купе, где продолжили разговор:
-Чирков, ты в самом деле в преф играешь или просто болтал?
- Играю, да только не даёт никто.
- Мал ещё, потому и не дают. – Подколол его Гаврилыч.
- Нет, серьёзно. Пацаны только в козла. А отцовы коллеги отказываются после того, как я их на полтинник обул.
- Ты с отцом что ли играл?
- Вместо него, ему позвонили в тот раз по важному вопросу.
- Странная у вас дома система воспитания. Я бы своим детям не разрешил. – Удивился начальник команды. – Без «бы», я им и не разрешаю. Так чего, поддержишь компанию?
- Если только по копеечке за вист. А то обидитесь.
- Вот наглец! А давай по копеечке!
Обсуждать произошедшее только что происшествие никто не рвался. Взрослым мужчинам явно было стыдно, что пошли как крысы за Гаммельским крысоловом. О чём они думали, где были их головы в этот момент? Не иначе, как под гипнозом.
Глава 25 Гостеприимный Улан-Удэ
По копеечке получилось не обидно, всего по паре рубликов Тимур и стряс со своего руководства. Игорь Гаврилович молчал, морщился и не влезал – его дело маленькое, взяли на Кубок Союза и хорошо. А то, что начальник команды и старший тренер играют с несовершеннолетним спортсменом в карты на деньги, так по копеечке всего, просто символически.
Насчет «необидно» - это как посмотреть. С одной стороны, парню просто тупо везло с прикупом, так выигрывать любой сможет. С другой стороны, так играть неинтересно, когда противнику прёт, причём даже без мухлежа. Кто бы не сдавал карты, всегда фарт был у Тимура. Так что вторую пулю расписывать на следующий день не стали.
А в остальном путешествие прошло штатно, кое у кого даже получилось отбить расходы на коррумпирование до того момента кристально честной проводницы, наш герой почти в ноль вышел с учётом выигранных копеек. А что, копейка рубль бережёт. Не зря же он пил чай, заваренный из своих пакетиков. Или просто не хотелось пробовать грузинский чай №36, заваренный с применением соды? Тимур в бытность Василием как-то прочитал на заслуживающем доверия ресурсе, что романтическое название «Номер тридцать шесть» этот сорт чая получил за купаж с тридцатью шестью процентами индийского чая. Индийский чай в эту смесь добавлять перестали довольно быстро, а название осталось. Красивая легенда, блин.
Выходил из вагона Тимур, неся на шее сумку с мелочёвкой, на плече – чехол с разобранным луком, а за его спиной катился, тихонько погромыхивая на трещинках асфальта, чемодан на колёсиках, чёрный как гроб из детской страшилки. У видевших этот перфоманс моментально возникали идеи насчёт расчленёнки внутри. Но милицию никто не вызвал – субъект со страшным чемоданом двигался в группе с нормальными, а все знают у нас – маньяки командами по стране не ездят. То есть, все знают, что маньяков в Советском Союзе не водится, а которые порой встречаются, это психически нездоровые люди, достойные жалости.
Восемь человек с чемоданами, сошедшие с московского поезда – это добыча! Так решили все таксисты, то есть оба. А третий оказался бывалым, он по одному взгляду просёк, что это спортсмены, а спортсмены не офицеры, не нефтяники, не геологи, они никогда не платят. Потому и не едут на такси обычные спортсмены, не Заслуженные, не Международного класса, не Олимпийские чемпионы.
- И куда теперь?
- На автобус, или что у них тут ходит.
- Надо в «Горсправку» обратиться, киоск рядом с вокзалом должен быть непременно.
- Отставить «Горсправку»! – Начальник команды чуть не впервые за время поездки проявил начальственные замашки. – Мы кто?
- Спортсмены?
- Лучше. Мы динамовцы, а значит милиция нам в помощь.
Составляя краткосрочный план, руководитель прошёл насквозь здание вокзала, а за ним тянулась вся команда. Привокзальная как таковая отсутствовала, вместо неё раскинулась совершенно обычная проезжая часть улицы. А на тротуаре к вокзалу жались ларьки, бочка с квасом, милиционер.