Юрий Ра – Всем сестрам по серьгам (страница 44)

— Добре рано. Здравствуйте.

— Вот уж точно, рано. Что случилось, по какому поводу побудка? — Я не уверен, что чех меня понял хорошо, но это не мои проблемы. Как бы.

— Вы не слушаете новости?

— На чешском языке? Не слушаю. А что, у вас кто-то снова полетел в космос?

— Сожалею, но нет. Вщехно е многом хорьши. Всё много хуже. Вам надо уезжать.

— Вот тут не понял. У нас неделя оплачена, куда это мы должны съезжать, с какой стати?

— Очень печально, — чех явно позабыл от огорчения половину русских слов, — вам надо ехать домой, в вашу Москву. Потом, когда всё снова будет хорошо, милости просим в Злату Прагу. А сейчас уезжайте.

— Что, прямо сейчас? В трусах?

— Сегодня лучше. Долго не ждите. Опасно будет завтра уже. Мы вам вернём ваши деньги, только улетайте. У нас, как бы сказать вам, у нас будет революция.

Здрасьте, приехали! Это что получается, у них тут Пражская весна началась с годичным отставанием от графика? Выбрал время и место для свадебного путешествия, нечего сказать. А главное, у нас вещей накуплено дофига, на полноценный отдых. И ни одного чемодана, чтоб это всё сложить. Кто-то скажет, о ерунде думаю, целым бы сбежать. А хрен там, не для того я кооператоров крышевал, чтоб всяким чехословацким товарищам, которые уже не товарищи, всё оставлять. И еще, получается, вчера на нас напала не гоп-кампания местная, а первые ласточки процесса освобождения Чехословакии от тирании коммунистов? Да уж, ласточки местные больно на грифов похожи.

— Иржи, спасибо вам за предупреждение. Нам требуется ваша помощь. Минуточку. — Я отошел к стулу, на котором висели джинсы, надел их, а потом достал из кармана пачку крон без счёта. — У нас неожиданно набралось много вещей. Вместо возврата оплаты за проживание не могли бы вы помочь с парой чемоданов?

— Потребуете новы кофры? — После короткого раздумья спросил администратор. — Вшечны обходы в центру миста заврене. Все магазины близко закрыты. — Всё-таки чешский язык похож на русский, если долго вчитываться или вслушиваться, то можно что-то понять. Но некогда, так что хорошо, что Иржи повторяет нормальным языком свои фразы. Позавчера он вообще нормально на русском шпарил. Может, это не волнение, а политическая ситуация на владение языком влияет?

— Не обязательно новые, какие есть. Если что, я доплачу. А в отель ваш мы еще наведаемся и вместе вспомним эти дни. Когда у вас всё утрясётся.

— Спасибо за понимание, и простите за случившееся. У нас раньше никогда туристов из Советского Союза не было. Если все они как вы, то будем рады таким гостям.

— Что, немцы сильно носы задирают?

— Западные, то есть.

— У вас кафе открыто?

— Сегодня будет закрыто весь день, но для вас мы приготовим завтрак в номер, если не возражаете. И я пойду искать кофры.

Жанна лежала под одеялом и уже не спала. На её лице читался интенсивный мыслительный процесс, она явно всё слышала и всё поняла. Ещё бы мне самому понять, как выпутываться из этой фигни. Впрочем, у меня есть номер телефона и кодовая фраза для своего коллеги «пятого секретаря посольства». Вот пусть он и думает, небось консульская помощь жертве туризма предусмотрена дипломатическими протоколами.

— Жорж, я правильно поняла, нас выгоняют?

— Угу, из страны.

— Всех или только тебя со мной?

— Хороший вопрос! — Я аж засмеялся в голос и успокоился. — Нет, дорогая моя, я не успел еще ничего такого натворить, чтобы нас персонами нон-гранта объявили.

— Кем? Какими персонами? — Из-под одеяло показалось соблазнительное голое явление природы и встало в полный рост.

— Нежелательными. Из-за одного прибитого чеха нас бы не выгнали из страны. Максимум, посадили бы. А тут дело гуще заварилось: русских всех национальностей сейчас попросят за дверь. Капитализм строить станут. Ладно, мне позвонить надо по работе.

— Ну вот, я так и знала! — Жанна вытянула палец в мою сторону в обвинительном жесте. Хороша, чертовка! Вот кого надо рисовать на плакате 'Ты записался добровольцем? От добровольцев бы отбоя не было. НА голове волосы растрёпаны в художественном беспорядке, ниже соски нацелены на противника как пулемёты, еще ниже узкий треугольник-курсор выстрижен. Ох, отвлёкся залюбовался.

— Что знала?

— Что ты наврал про свадебное путешествие, на самом деле у тебя очередная операция!

— Моя очередная операция — наша эвакуация. Мы что ли зря с тобой по магазинам ходили? Ты бы знала, какие моральные страдания претерпел, пока шопинг тебе устраивал!

— Какие страдания ты, Милославский, претерпел? Я не поняла.

— Не поняла она. А выбор, когда ты выходишь из примерочной и спрашиваешь: «Какое брать?» Я ж понимаю, что если чуть ошибусь, потом год будешь вспоминать и упрёками изводить, мол надо было другую сумочку купить, не эту. А какая из них «эта», как определить? Ладно, всё.

— Что всё?

— Надевай трусы, сейчас завтрак принесут.

— Мне стесняться нечего!

— Ну и ходи так, только не отвлекай, дай с мыслями собраться. В посольство звонить буду.

— Прямо из номера? — Умница Жанна уже надевала трусы, продолжая генерировать правильные вопросы.

— А какие варианты? Из автомата с улицы? Пожалуй, ты права, тогда сначала позавтракаем.

Черные очки, шляпа, пальто с поднятым воротником, кейс и пистолет — всё это я решил не брать с собой. Вместо этого взял горсть мелких монет и пошёл в сторону ближайшего автомата. Нет, я не стал уводить погоню или шпиков подальше, лишнее это. Ежели нас срисовали, то толку нет. А если нападение было случайным, то и нечего огород городить, завтра уже свалим. Или сегодня.

Зайдя в будку и прикрыв за собой дверь, я начал разбираться с аппаратом. А чего разбираться, система практически та же, что и Москве, бросай-крути, вот только цветовая гамма антиподная: будка серая, а аппарат оранжевый. Да мне плевать на цвет, какую монетку пихать туда — вот вопрос! Я заранее выгреб горсть геллеров и разложил на ладони. Вопрос решился легко, как и на нашем советском телефоне тут для дикарей написана стоимость звонка. Правда ответ удивил, позвонить по городу стоит целую крону? Десять копеек на наши деньги? Притом, что кружка пива сорок геллеров, то есть четыре копейки⁈ Охренеть, товарищи! Да любой нормальный человек скажет вам, что лучше пару пива выдуть, чем один раз позвонить, да и дешевле. Странные дела творятся в этой вашей Праге, понятно, что всё нафиг надо переделывать.

Ну ладно, дела сами себя не сделают, звоню в посольство. Вернее, не просто в посольство, а нужному мне человеку по известному номеру. И бумажку на всякий случай съем. Номер я запомнил, кажись, а улики в карманах в случае обыска нафиг не нужны. Хватит Маузера в сумке. Номер ответил, пароль сработал, человек опознался и моментом настроился на плодотворное сотрудничество:

— Слушаю вас. — А мне того и надо.

— Вы в курсе завтрашних беспорядков?

— Да, про провокации знаем.

— Да нет, провокаций не будет. Ждите массовые акции, сотни тысяч демонстрантов, переход армии и «ВеБе» на сторону протестующих. Короче, демонтаж Советской власти у нас с вами завтра будет. Без возможности отмены.

Я наложил информацию, слитую администратором на своё знание процесса в моём времени, и смело повесил её на уши второго или третьего секретаря. А может, он вообще садовник, мне без разницы.

— Это точная информация?

— Вас же предупреждали о моих полномочиях? — Сам не знаю, что этому типу сказали про товарища Милославского, но блефовать, так блефовать. — Дальше думайте сами.

— Вам самому что-то требуется?

— Эвакуация. Два лица, у нас паспорта на имена Милославского Георгия Николаевича, Милославской Жанны Маркленовны. Запомнили?

— Легко! — На той стороне линии хмыкнули. — Жанна Маркленовна Милославскиая, прямо артистка цирка. Неприметное имя. Багаж…

— Два чемодана. Без досмотра.

— Принято. Где вас подхватить?

— Отель «У пава», это…

— Знаю. Необычное место для советских туристов. В случае силового противодействия подключитесь? Наши люди будут…

— Наших людей я узнаю из тысячи. По своим, если что, стрелять не буду.

— Пароль «Вы заказывали экскурсию в Белый замок?»

— Какой, нахрен пароль, какая экскурсия! Пускай у кого-то просто будет кусочек пластыря на морде, типа порезался. А меня по фамилии пущай спросят. Нефиг шпионские игры разводить.

— По инструкции…

— Я сам инструктор, в жопу инструкции!

— А вот теперь верю! До вечера!

Вот и поговорили. Я положил в карман крону, которую держал на случай разъединения по времени, но тут как там, безлимитное соединение, говори, пока на пинках не вынесут из будки. Или еще как дадут понять, что ты не прав. Читал, в Италии одну даму наказали, уложив под дверь будки стопку бордюрных камней, которыми тротуар ремонтировали рядом.

После обеда, который нам тоже принесли в номер, администратор приволок два новеньких чемодана. С виноватым лицом он заявил, что старых, таких, чтобы было не стыдно дать, не нашлось. Двадцатка была моей реакций на его инициативу, реально хорошие чемоданы припёр, даже немножко слишком хорошие.

— Жанна, тебе задание. Бери ножнички и прямо сейчас спарывай все бирки, все этикетки, целлофан, упаковку с них. А потом будем их валять, тереть и кидать.

— Не дам вещи портить! Жорж, посмотри, какие они классные!

— Угу. Сразу видно, что куплены только что. Наша цель — не привлекать внимание. Поняла?