Юрий Попов – Одинокий, грустный и весёлый. Недетская сказка (страница 2)
Словарь и его соседка дружелюбно переглянулись.
– Простите… Пожалуйста… – мягко промолвил Словарь.
– Какие могут быть счёты! – мило защебетала соседка. – То, что в вас так много пыли – вы совсем не виноваты.
– А особенно мы должны уважать Учебники, – продолжала книжка. – Они выполняют самую тяжёлую и неблагодарную работу – учат людей. Но, к сожалению, мальчики и девочки этого ещё не совсем понимают и очень обижают наших заслуженных коллег.
– Разрешите вам помочь, – галантно обратился красивый иллюстрированный Журнал к миловидной Грамматике, и через мгновение Грамматика уже стояла с ним на верхней полке.
– Людям нужны красивые, некрасивые, с картинками и без картинок, но умные и интересные книги. Вот я, например, – сказала потрёпанная книжка. – Я рассказываю ребятам о замечательных дальних странах, где растут пальмы и вечно плещет изумительное море, где много удивительных зверей и птиц. Я рассказываю о храбрых и гордых людях и хочу, чтобы мои маленькие читатели были хоть чуточку похожи на них. Я рассказываю о том, как двое молодых людей ищут своего пропавшего отца, как им помогает в поисках благородный лорд, о том, как они совершают удивительное путешествие, борются с непогодой, разбойниками и в конце концов находят своего любимого отца.
– Скажите пожалуйста, как интересно! – восторженно воскликнула «Сказка о царе Салтане». – А я думала, что ребята любят одни только сказки. Продолжайте, пожалуйста!
И до тех пор, пока луна не скрылась за большим новым домом, потрёпанная книжка рассказывала историю двух молодых людей.
Алик слушал, затаив дыхание и боясь пошевельнуться, чтобы не испугать книжек. Какая интересная история, какие замечательные книжки! Алик с уважением и любовью посмотрел на этажерку.
– Ну вот и всё, – среди гробовой тишины закончила книжка свой рассказ.
– Позвольте познакомиться – «Сказки Тауэр», – кокетливо представилась беспокойная соседка Словаря.
– «Дети капитана Гранта», – любезно ответила потрёпанная книжка. – Очень приятно.
– Как вы истрёпаны! – решила поддержать разговор изящная собеседница.
– Варварство. Вандализм, – ревниво прошипел Словарь, но его никто не понял.
Наступило тяжёлое молчание. Каждый думал о своей трудной жизни.
– Какие всё-таки есть нехорошие люди! – вдруг промолвила Грамматика. – Вот ещё ужасный мальчик Алик. Я сама видела, как он вырезал картинки из самого хорошего Иллюстрированного Журнала, – она с любовью посмотрела на своего соседа.
Алик заёрзал под одеялом. У него было такое чувство, как будто его сейчас поставят в угол.
– А из меня он вырывал страницы и делал какие-то глупые кораблики. Скажите, из вас никогда не вырывали страницы? – обратилась Арифметика к маленькому Томику Стихов.
– Нет, никогда, – ответил Томик, – но зато я так пропылился, что у меня, наверное, скоро будет чахотка.
– А вы обратили внимание, друзья, – начал Иллюстрированный Журнал, – что этот маленький разбойник никогда нас не прибирает. На полках всегда беспорядок. А в прошлый раз он совсем разлучил меня с моей милой Грамматикой!
– Ужасно, ужасно… – зашелестели книги.
– Эврика! – воскликнула потрёпанная книжка. – Посмотрите на мой титульный лист и семнадцатую страницу! Вы видите этот треугольный штамп? Это штамп публичной библиотеки. Друзья, бежим скорее туда. Там специальные люди будут за нами ухаживать. Они никому не позволят вырывать страницы и делать кораблики, там совсем нет пыли, и никто не разлучит Иллюстрированный Журнал с его любимой Грамматикой.
– Бежим, скорее бежим от этого изверга Алика! – подхватили книжки. – А главный у нас пускай будет Словарь. Он такой толстый и знает столько непонятных слов! – предложил скромный Томик Стихов.
– Согласен. Спасибо, – важно промолвил Словарь и тяжело соскочил с полки.
… Алик проснулся от какого-то стука. Он открыл глаза и посмотрел на этажерку. Около этажерки лежал толстый словарь, а на верхней полке сидел и виновато вертел пушистым хвостом кот Васька – известный бездельник и задира. Алик посмотрел на книжки – они были в ужасном беспорядке! Алик привёл книжки в порядок, любовно вытер пыль, поставил Словарь на место, рядом с изящной книжкой «Сказки Тауэр», поставил Грамматику рядом с Иллюстрированным Журналом, и с тех пор никто не видел, чтобы на маленькой беленькой этажерке в детской был беспорядок.
Папа и Мама очень удивились. А самой любимой книжкой Алика стала потрёпанная книжка «Дети капитана Гранта».
Две девочки
Жили две девочки. Одну звали Нина, другую Галя. Мама с папой называли их Нинуся и Галюся. А старший брат, такой противный – противный – Нинка и Галка. А Галочку он ещё дразнил: «Галка – палка! Галка – палка!» Выйдет во двор, чтобы позвать девочек к обеду, такой противный-противный, и кричит:
– Нинка, Галка – палка, идите обедать. Мама зовёт!
Мальчишки во дворе смеются, а Галочке обидно. Стоит она дома перед зеркалом, растирает слёзы и думает: «Ну разве я чем-нибудь похожа на палку? Наоборот! Мама говорит, что я толстушка. А он… у, противный!» Впрочем, брата она любила. Он был добрым и иногда помогал решать задачки. А Ольга Фёдоровна, как нарочно, задаёт всегда такие трудные, такие трудные…
Родились эти девочки в один и тот же год, месяц и даже день. Все знакомые очень удивились. Только Галочка была на пятнадцать минут старше Нины и поэтому всегда задирала нос. «Я, говорит, старшая» и, когда мама давала деньги на мороженое, сама всегда выбирала, какое купить – сливочное или шоколадное – сама платила и давала Ниночке с таким видом, как будто это не она, Галочка, а мама даёт мороженое. Подумаешь тоже! На 15 минут старше! Первый ученик 3 кл «Б», в котором учились сёстры, Миша Костин, даже задачку за 15 минут не решит!
Были эти девочки очень похожи друг на друга. И глазки у обеих карие, и носы курносые, и у обеих косички. Только маленькие. Потому что ещё не выросли. Брат их называет крысиными хвостиками. Это тоже очень обидно. У Гали на носу пять веснушек и у Нины тоже. Одевала их мама одинаково: у Нины синяя кофточка и у Гали синяя кофточка, у Гали красные бантики на косичках и у Нины красные бантики, ну совсем, совсем они были одинаковые. Их даже путали. На Нину говорили – «Галя», на Галю – «Нина».
Раз пришёл дядя Коля. Посадил Галку на одно колено, Нину – на другое:
– Ну, говорит, признавайтесь, кто из вас Галя, кто Нина?
Галя говорит: – Я – Галя, Нина: – Я – Нина. А дядя Коля не верит:
– По-моему, наоборот. Вы меня, пожалуйста, не обманывайте. Как не стыдно взрослых обманывать!
И смеётся. Он очень хитрый, этот дядя Коля. Как девочки ни старались ему доказать, так и не удалось. А Нина даже заплакала. Она вообще плакса.
Только не совсем они были одинаковыми. Галя была прилежной девочкой и хорошо училась, а Нина ленилась и часто приносила в дневнике «посы» и даже «плохо», отчего мама всегда говорила, что «Нина её в могилу сведёт», а папа смотрел на Нину строго-строго и уходил к себе в кабинет. А потом не разговаривал с ней, как будто она его очень обидела. Сначала Нине было очень стыдно. Она начала учиться лучше и даже несколько раз принесла домой отличные отметки. Она всё-таки была способной девочкой. Но потом опять начинала лениться, и всё шло по-старому.
Придёт, бывало, из школы, пообедает, погуляет немножко во дворе и вместо того, чтобы потом заниматься, играет с куклами, бегает по комнатам, кричит, мешает Гале учить уроки или сидит на подоконнике (хотя мама и не разрешает этого делать) и смотрит в окно. Правда, окно было очень интересное. Посмотришь прямо и видишь: идёт прохожий – ноги у него тонкие и длинные, как у цапли, туловище маленькое и толстое, а голова длинная-длинная. Очень смешно! Склонишь голову, и ноги у прохожего становятся маленькими, а туловище – длинное и тонкое, как папина палка. Ещё смешнее! Но ведь нельзя же всё время смотреть в окно, тем более что уроки ещё не выучены! Придёт мама с работы, рассердится и заставит сесть за уроки.
Но как Нина занимается! Даже противно смотреть! На стуле всё время ёрзает, пыхтит, в носу, извините, ковыряет. Или откроет рот и мух считает. Один раз одна муха ей в рот залетела. Вот смеху-то было! Все смеялись: и мама, и Галя, и Даша-домработница, а у брата даже слёзы на глазах выступили. Пришёл сосед узнать, в чём дело. Это был очень мрачный человек, он никогда не смеялся. Так и он, поверите, не выдержал и так хохотал, что одна синенькая стекляшка на маминой люстре стала раскачиваться.
Вот так занималась Нина.
А ошибок у неё было всегда много! Вместо «свинья» напишет «звиня» или вместо восклицательного знака поставит вопросительный. А об арифметике и говорить нечего. Помножит 15 на 5, а получится 40, или скобку забудет закрыть, а потом сидит два часа и решает. Часто списывала в классе у своей подруги Мани примеры и задачки. А разве это хорошо?
А что было, когда начались в четвёртом классе первые экзамены? Рассказать? Только вы, пожалуйста, никому не говорите об этом, а то мне будет очень стыдно. Нина ведь в моей бывшей школе училась.
Это было в майский солнечный день. В саду уже пробилась травка, и начали распускаться деревья. Весеннее солнце как будто ласкало своими лучами ребят, которые весёлой гурьбой шли на экзамены. Шли ребята и из 4 класса «Б», где учились наши девочки. У них сегодня был экзамен по арифметике. Все пришли нарядные, а Вася Иванов, классная задира и забияка, даже шею вымыл. Это было целое событие, и его все поздравляли.