Юрий Павлов – Я, сука, русский. Лирика (страница 4)
Рубахой уже не скрою.
Она любила
Она любила горький шоколад,
Но не любила целоваться в губы;
От смуглой кожи терпкий аромат,
И белоснежные, в улыбке, зубы.
С утра сидела на очке,
Дезодорантом воздух пшикала;
Спуская кнопку на бачке,
Под шум воды, сбегавшей, пукала.
Она носила жёлтые трусы,
Ругалась матом и, бывало, грубо;
Пинцетиком, у зеркала, усы
Щипала. Целоваться, не любила в губы.
Она смеялась и, порой, до слёз.
Она. балась, не снимая шубы.
Любовь воспринимала, как курьёз,
И не любила: целоваться в губы.
Зачем целовал её лоно
Чахоткою похоть гложет
Плоть мою точит и точит
Зачем же, она, о Боже!
Меня колдовством морочит.
Душа уж давно иссохла,
И сам я бледнее тени,
Зачем целовал её ноги,
Зачем обнимал колени?
Воле уже не властен,
Груди и мял и трогал,
И, распаляясь страстью,
Она раздвигала ноги.
Зачем целовал её лоно?
Губами, лаская губы,
И, возбуждаясь стоном,
Жадным я был и грубым.
На день рождения
Я вспоминаю наше детство,
Мой дорогой, мой старший брат1.
Ты, всем мальчишкам, по соседству,
Был командиром, помнишь брат?
В войну играли ребятишки,
Вы в детстве бредили войной,
И, слава Богу, вам мальчишки,
Война запомнилась игрой.
Строгал из досок автоматы,
И пистолеты делал брат.
Маршировали аты-баты,
Ты улыбнулся, вспомнил брат?
А младший, Генка, вспомни братик,
Всё хныкал -Юлка, автомат,
И за тобой бежал, солдатик,
И плакал, вспомни, помнишь брат?
И вот уже виски седые,
Я вижу твой усталый взгляд,
Но мы душою молодые,
Мой повзрослевший старший брат.
Ласкали скалы
Ласкали скалы седые волны,
Сверкал зарницей в ночи маяк,
И были думы печалью полны,
И вспышки молний сгущали мрак.
Я слушал море, раскаты грома,
Волна лизала песок, шипя;
И этот берег, вдали от дома,
Где я, так пылко, любил тебя. 
