Юрий Окунев – Первый Артефактор семьи Шторм 3 (страница 29)
Перед ней оказался Дар смерти. Настолько мощный Дар смерти, что даже фонтан жизни не устоял, развалившись на куски.
Однако, несмотря на чудовищную силу атаки, пирамидка из камушков осталась непоколебимой, словно издеваясь над всеми, кто убегал с площади. Сергея тоже уводили подальше, оставляя разрушения позади. Тьма смерти захватывала мрамор статуи, а камушки стояли, игнорирую происходящее.
А затем случилось то, что заставило её вздрогнуть: из пространства, из ниоткуда вдруг появился странный зверёк с четырьмя ушами и обрезанным наполовину хвостом, огляделся, проверяя есть ли кто вокруг, а затем встал на задние лапы, схватился за нижний камушек в пирамиде и…
… лёгким движением уронил всю башенку на землю.
На фоне криков и приказов, никто не услышал лёгкого рокота и не заметил зелёного сияния вокруг непонятного существа с куском хвоста. А затем существо повернулось, посмотрело прямо на Роксану золотистыми глазами, подмигнуло и исчезло в пространстве, словно его и не было.
А камушки как упали, так и остались лежать на разломанном парапете фонтана.
Стоя в очереди у лифта, я в первый раз обратил внимание, что здесь нет рамок металлодетектора. А значит и детектора божественной силы.
Это показалось мне странным, но затем я принюхался, стараясь воспринимать мир магическим даром, а не глазами и носом, и понял, что всё логично: здесь столько энергии, что детекторы постоянно будут выходить из строя.
Почему же мы стоим в очереди, а не несёмся по лестнице вниз, надеясь укрыться от обстрела?
Во-первых, потому что мне откровенно лень. Десять километров в высоту таже на движущихся дорожках — это долго и неудобно. Не говоря об обычных лестницах. С моими то трясущимися ногами самое то, ага.
Во-вторых, тревогу уже отменили. По громкой связи объявили, что злоумышленника поймали и повторных атак больше не будет. Все в безопасности, но лучше проследуйте к выходу, чтобы больше никто не пострадал.
Ну и третья причина в том, что меня допрашивают. Полиция, служба безопасности Храмового комплекса, непонятные лица в неприметных костюмах — все хотят узнать, что я натворил, чтобы понять, в какую дыру меня засунуть. Только Церберов, да людей Вороновой не хватает.
О, вот и они: ко мне подошёл Суворов, показал всем свои документы, после чего приказал идти за ним.
— Эй, у нас ещё есть вопросы к господину Шторму! — попытался остановить Суворова главный полицейский, но представитель антитеррора отмахнулся.
Мы вышли с отреставрированного флигеля недалеко от спуска с горы, после чего пошли к служебному лифту. Сейчас его оцепили люди Суворова и пара Гончих. Последние первыми напряглись и шагнули ко мне, доставая оружие.
— Стоять! Он свидетель! — рявкнул Суворов, но его проигнорировали.
У одного из Гончих в руках появились наручники, второй активировал свой Дар, от которого у меня заныли зубы даже на расстоянии.
Делать нечего, придётся показать всё как есть. Я резво развернулся, содрал с себя куртку и показал спину. На ней чёрными корнями расползлись пятна от Дара смерти. Лишь капли, что отскочили в сторону при атаке, но даже они частично прожгли кожу.
И не дали закрепиться циклу перерождения окончательно, пусть в моих зелёных нитях жизни теперь колосилось три белых нити перерождения.
Глянув через плечо, увидел, как люди Суворова и Гончие отшатнулись. Да, приятного мала: чёрные, как отравленные вены линии от левого плеча к правой ягодице, воспалённая кожа, местами потёки крови от шипов, что протыкали мне спину.
— У меня всё больше вопросов, — пробормотал Суворов, после чего молча завёл нас в лифт и спустя несколько минут мы оказались на парковке.
Мы расселись по машинам и поехали в сторону штаба антитеррористического подразделения, которым руководила бабушка.
— Почему не Церберы в этот раз? — спросил я, когда меня завели в небольшой кабинет и поставили стакан воды. Подорожников и Черкасов остались за дверьми ожидать своих допросов.
Дежурный врач осмотрел мою спину и сообщил, что жить буду, нужно только ходить к лекарю два раза в неделю.
Повезло, что у меня есть свой.
— Потому что они сейчас не готовы с тобой общаться, — ответил Суворов.
— Фёдор Петрович, чем же я им так насолил?
— Ты всем успел насолить. Странно, что до сих пор не убили.
Мы оба вежливо улыбнулись, понимая, что смерть Сергея не случилась лишь по стечению обстоятельств. Просто каждый знал о своей части обстоятельств.
— А теперь расскажи, что произошло. Почему ты оказался в бассейне, и кто мог на тебя покуситься.
Я и рассказал про то, что бассейн, на самом деле, мощный артефакт. Узнал об этом я из книг, которые мне оставил покойный брат. Что даёт артефакт? Позволяет исполнить желание, вы разве не знали? Да, камушки можно тягать, а можно окунуться в воду, это эффективнее. Жаль, что кто-то его уничтожил. Нет, не знаю кто. Не демоны, энергия не похожа. Но это был явно кто-то сильный.
В общем, гонял он меня по вопросам, но так и не смог получить однозначный ответ. Но ведь я действительно не знаю, кто это был! Кто мог не просто ударить Даром смерти, но сравниться с богом по этой силе!
У меня закрались подозрения, которыми я не хотел делиться с обычными людьми. Иначе получается, что в этом мире сейчас существует как минимум ещё один бог кроме меня. А ведь местные говорят, что их уничтожают, причём быстро.
Что-то не складывается. Тем более с такой силой. И вообще, почему он меня атаковал? Или целью был не я, а фонтан? Всё-таки жизнь и смерть одновременно антагонисты и главные партнёры. Пока непонятно, но явно опасно.
Хотя, может стоит найти этого раздавателя смертельных люлей и привлечь к борьбе с демонами?
Суворов помучил меня примерно часа два, удостоверился, что целью в этот раз был не я, а моя удача, после чего дал подписать показания. Кефир, пропавший во время отступления, вернулся и весь допрос сидел между мною и Суворовым, показывая обрубок хвоста то ему, то мне.
К сожалению, то, что под хвостом он тоже показывал, но видел это только я.
Уже на выходе из допросной Суворов спросил:
— Фонтан желаний. Никогда не слышал о том, что в него нужно нырнуть. Что же ты попросил у него?
Я хмыкнул.
— Если скажу, то не сбудется.
Фёдор Петрович не стал настаивать.
Закончили все дела мы снова к ночи и поэтому к Сухову не поехали. Все хотели есть, так что Черкасов предложил отвезти нас в ближайшую забегаловку, которой оказалась кафешка-типа-столовая.
Подносы, стаканы с компотом, пюрешка с котлетой и прочие салатики под бдительными взглядами работников правоохранительных органов. Антон пригласил нас туда, куда ходил сам, когда чаще бывал на службе.
На нас с Максимом смотрели с подозрением, но есть не мешали. Кефир, сидя на столе, ждал своей порции котлеты. Не зря же я взял три штуки.
Пара человек даже подошла поздороваться с Черкасовым. Один мужчина лет пятидесяти долго смотрел на нас с соседнего столика, но потом не выдержал и тоже подошёл.
— Получается, информация про твои проблемы были дезой? Работал под прикрытием?
Черкасов покачал головой и вытер губы салфеткой.
— Не деза, чистая правда. Прикрывал пацана, пропустил удар. Если бы не его артефакты — вообще бы не встал. — Он указал на меня.
Мужчина недоверчиво глянул в мою сторону.
— Кто ж из тебя няньку сделал? Ты же боевой офицер?
— Воронова отправила, а Шторм прикрыл.
— Шторм? — возмутился мужчина, после чего до него дошло. — Этот паренёк — тот самый выживший Шторм?
Теперь на нас смотрела вся столовая, даже работница с кухни выглянула, пытаясь понять, почему стало тихо.
— Да, я выжил. Да, моя семья погибла. — Встал во весь рост, оглядел присутствующих. — И да, я создал артефакты, которые помогли Антону выжить, а затем встать на ноги.
— Да ну, бред, — сказал кто-то в зале. — Что такой пацан может сделать. Тем более у Штормов никогда не было лекарей в семье.
Я уже открыл рот, но Антон меня остановил, встал с места, а затем заговорил своим тихим пугающим голосом:
— На нас напали странные существа. Не люди. Не боги. С первыми я бы справился, а после вторых от нас осталась бы только мокрая лужа. Но эти твари действительно смогли меня уложить и только благодаря этому, как вы говорите, пацану, они не смогли меня добить.
— Но тебя же парализовало! — раздался от дальней стенки женский голос.
— Да, Клара, можно и так сказать, — он хмыкнул, — пусть это закрытая информация. Но раз здесь все свои, то я покажу, что изменилось!
Он наклонился чтобы поднять штанину, но я его остановил:
— Стой! Что-то не так.
Черкасов моментально выпрямился, активировав свой Дар.
— Эй, Антон полегче! Тут слишком много людей! — возмутился мужчина, стоящий рядом с нами. Но мы его проигнорировали.
У дальней стены началось движение, и мы увидели, как женщина, видимо та, что задала вопрос про парализованность, устремилась на выход. Мужчины в столовой засмеялись, мол, засмущали девушку. Только вот эту тётю лет сорока и килограммов сто сорока попробуй засмущай.