Юрий Никитин – Передышка не бывает долгой (страница 19)
Он погрозил зверю пальцем.
– Сиди смирно, паря. Я не собака, я волк.
Он даже рассмотрел в огромных глазах ночного зверя свое отражение, тот словно старался его оставить в памяти.
Мрак уже сворачивал на другую улицу, но все еще чувствовал на спине долгий взгляд недобрых глаз.
Среди пестрой толпы дважды видел артан. Обнаженные до пояса, мускулистые и горделивые, идут группкой по улице, поглядывая на остальных с презрительной спесью. Так прошел через весь город, хотел было возвращаться, интересного мало, как настороженный слух уловил торопливый шепот:
– Со славами торг не веди, понял? Увидишь слава, сразу уходи!
В тени у дома трое прилично одетых горожан сблизили головы, Мрак слышал, как один ответил тоже шепотом:
– Да почему…
Первый ответил жарко:
– Говорю тебе, узнал от самих славов! Не я, а наш Коротич побывал у них в стране, рассказывает, что их тцара окрутил некий колдун, явившись под личиной самой красивой в мире женщины!
Мрак хмыкнул, а как же иначе, все зло приходит в виде женщины, даже дети знают, а чтоб до тцара такое допустили – то сомнительно, куда местные охранники смотрят.
Третий из горожан сказал с сомнением:
– Мало ли что говорят…
– Но ты же знаешь Коротича, он когда-то обманывал? Ну, разве что при торговле, но то не в счет. Говорят, теперь внутри тцара Славии живет змея, пожирающая его внутренности, если делает что-то не так, как велит сотворивший с ним это колдун! Зато у него долгая, очень долгая, а то и вечная жизнь, однако раз в месяц должен пить кровь убитого младенца.
Мрак видел, как оба слушатели передернули плечами.
– Младенца? – переспросил один. – Который даже не успел насрать ему на колени?
– Вот-вот, – подтвердил первый, – совсем невинного!.. Вроде бы сказал, что каждый день в Славии рождаются сотни, а то и тысячи, так что в стране не убудет, а ему зато здоровье и вечная жизнь.
Мрак хмыкнул, пошел дальше. Славы самые загадочные из соседей Куявии, о них рассказывают небылицы охотнее всего, а вот его и не заметят, как и Барбуссию, тихую уютную Барбуссию, за которой ни великих войн, ни великих кровопролитий, они ужасают народ, но потом воспеваются ими же, как символы доблести и геройства…
Глава 14
Среди ночи Хрюндя решила перебраться из постели Манмурта к Мраку. Он только успел рухнуть на ложе, как в щель из комнаты, где Хугилай и Манмурт, выдвинулась Хрюндя, довольно хрюкнула и неторопливо пошла к Мраку.
Он опустил руку к полу, готовый подхватить, но Хрюндя показала, что уже большая, присела к полу, мощно оттолкнулась всеми четырьмя и тяжело бухнулась Мраку на грудь.
– Умница, – сказал Мрак, – а теперь спи, летом ночи короткие…
Сам спал крепко, но чутко, слышал, как Хрюндя дважды покидала постель, что-то ловила, шуршала в углу, наконец снова влезла к нему, прижалась и сладко засопела.
Утром услышал сквозь сон, как вошел Хугилай. Мрак тут же сел, сбросив одеяло.
– Ну, оправдывайся, – повелел грозно.
Хугилай развел руками.
– Винюсь, Ваше Величество! Не знаю еще в чем, но раз Ваше Величество так решило… Да не по бабам ходил ночью, старые связи восстанавливал. Да, некоторые через постель, но только некоторые. Те, что в конюшне на сене, – не в счет, Ваше Величество!
Мрак потянулся, зевнул.
– И что нам здесь светит?
Хугилай взглянул на него исподлобья.
– Ваше Величество, вам советовать угодное или правильное?
Мрак сказал с неудовольствием:
– Я дурак, что ли?.. Конечно, угодное!..
Хугилай усмехнулся и сказал безжалостно:
– Вашему Величеству отвели хорошие покои, почти такие же роскошные, как у великих тцаров.
– Это ж хорошо? Уважают, значит.
Хугилай понизил голос:
– Вовсе не потому, Ваше Величество.
– Ну-ну?
– Барбуссия, – напомнил Хугилай. – Будут пытаться склонить влиться в их земли добровольно. Хоть и принудительно. Но добровольно, пусть и без песни.
– А не вольюсь?
Хугилай ответил невозмутимо:
– Вольют. Во всяком случае, попытаются договориться между собой, чтобы без драки. Может быть, разделят, хотя что там делить, Барбуссия все-таки… ну, поменьше, чем все три великие страны, вместе взятые!
– Правда поменьше?.. А то у меня карта звездного неба перед глазами, а карту Барбуссии нужно искать….
Хугилай указал взглядом на двери.
– Выйдем в сад? Увидим больше, поймем больше. Да не звезд, люди еще те звезды, смотри в оба да оглядывайся.
Он распахнул двери и с поклоном пропустил Мрака, в саду уже начали появляться гости столицы, Мрак увидел четверых артан, одного слава и еще несколько контов мелких земель, вантийцев пока ни одного, торговые люди еще спят.
Хугилай проследил взглядом Мрака, спросил осторожно:
– Вижу, Ваше Величество думает насчет этих ранних пташек?
– В каком смысле? – буркнул Мрак.
– Подозреваете артан, – пояснил Хугилай, – что это они попытаются заграбастать Барбуссию?.. Силком! И захватят, к нашей беде, артан, как муравьев, откуда и берутся…
– А ты? – спросил Мрак. – Так не думаешь?
Хугилай насупился, пробормотал:
– Они могут. Но я поглядываю и на славов. Эти медведи с каждым годом все сильнее, а еще так давно ни с кем не воевали. Народу тьма, девать некуда.
Мрак взглянул исподлобья.
– Так и Вантит вроде давно не воевал, деньжат поднакопил, три большие армии для него набрать – что продуть ноздри.
– Для Вантита главное деньги, – возразил Хугилай. – А с Барбуссии что возьмешь?
– А престиж?
Хугилай вздохнул.
– Для них престиж в богатстве, давно уяснили. Так что Артания всех опаснее, верно мыслите, Ваше Величество. Артания опаснее. Хотя жизнь она такая, возьмет и что-то переставит, а мы ищем по всей комнате… Так что пока буду сколачивать союз против Артании. Как смогу.
– Крепи оборону, – согласился Мрак. – В союзе с другими получится лучше.
– Верно сказано, – согласился Хугилай и добавил в манере осторожного управителя: – Как получится.
В сотне шагов от дворца за стеной красивых деревьев вышли к пруду, облицованному плитами из розового мрамора. Вода тихая, неподвижная, с правой стороны нападало красных и оранжевых листьев, а в левой части красивые широкие листья с отдыхающими толстыми лягушками, торчат белоснежные кувшинки.
Хугилай внимательно посмотрел на Мрака.
– Ваше Величество искупаться восхотело? Солнышко припекает.