Юрий Москаленко – Контрабандист Сталина Книга 6 [СИ] (страница 16)
В этот раз эшелон на Москву получился особенно большой, за платформами пришлось обращаться опять же к ростовским товарищам Потоцкого… и опять на коммерческой основе. В стране уборка хлеба. Если платформы мы ещё смогли найти, то вагонов нет… вообще.
На погрузку танков, прицепа с тягачом и самолёта сбежалось смотреть чуть ли не треть города. А местная шпана при формированиях эшелонов вообще чуть ли не круглосуточно тут всегда крутиться. Я приказал их не гнать, а примечать лучших и задействовать по возможности. Даже выделил главному охраннику Сергею немного денег для их питания. Беспризорников сейчас в СССР было очень много. Этот вопрос мы обсуждали с Москатовым и я его убедил по возможности задействовать их в хозяйстве города. Молодежь брали юнгами, связными, подсобными рабочими, подмастерьями и прочее. Для этого с большим трудом выделили деньги из местного бюджета им на питание и одежду. Опять же если бы не мои корабли, то этих денег в бюджете города просто бы не было.
Москатов согласился только из-за эпидемической и криминогенной обстановке в городе. Увы, но очаговые эпидемии в СССР сейчас обыденность, особенно в середине лета и осенью. Сейчас Миусский полуостров перекрыт городской милицией и врачами. Благо и врачей и милиционеров в городе стало хватать. А с Москвы давно уже пришло постановление на увеличения штата милиции…
На железной дороге движение увеличилось. Несмотря на все трудности, страна с великим трудом, но «оживает». Правда, тут же добавилось и разные плакаты с лозунгами, которые меня так раздражали.
– Это, наверное, вместо рекламы? – смотрю на новый лозунг «Союз рабочих и крестьян против капиталистических элементов, кулаков и нэпманов – таков путь победы пролетарской диктатуры». – Какой дурак это придумал?
– Глебкин кажется – неуверенно отвечает Потоцкий.
– Почему дурак? – Поликарпов. Мы рассматриваем плакат в окно бронированного пульмановского вагона. Поликарпова с готовым У-2 по моей просьбе отозвали в Москву. Сейчас он едет представлять его на суд «большой» комиссии. От привычного мне У-2 этот стал сильно отличается в лучшую сторону. Самолёт стал меньшими размерами, улучшена несущая конструкция и моторама. Корпусом из 3 мм фанеры и хребтом конструкции. Есть дверки для кабины. Улучшены инспекционные отверстия, лючки, скобы и защитные дужки. Колёса большего диаметра. Деревянный винт уже сейчас имел окантовку из меди. Стало меньшие расстоянием между крыльями, как и ширина, самого крыла. Изменённое крепление крыльев позволило поставить лобовое стекло от автомобиля. Тросики управления почти все идут внутри. Это уже больше похоже на аппарат начала 1941 года. Правда и самолёт стал немного дороже, но не существенно. Приехавший испытывать самолет Громов остался очень довольным испытанием.
Жаль я его не застал. Перед моим приходом его срочно вызвали в Москву, а доводил окончательные испытания местный летчик-испытатель Ляхович.
– Потому что это только «разогревает» внутренний конфликт, а значит и страна дольше находится в состоянии гражданской войны. Не нравятся вам бывшие и богатые? Ведь можно тихонечко их поприжимать и не устраивать в стране такую истерию – дальше посмотрев на Потоцкого продолжать не стал. А то настучат и снимут Александра Александровича, а я уже с ним сработался.
Принялся за прессу. Вот так вот. Некролог Якира, который погиб в автокатастрофе. Вторая новость, начало строительства Волго-Донского канала и Цимлянской ГЭС. Неплохо, неплохо…
– Как я рад вас видеть. Как рад – запрыгал вокруг меня «колобок» по имени Берсон на подмосковном складе. С нашей последней встречи, завсклад ещё более округлился.
– И я рад вас видеть Аполлинарий Федорович. Вот вам список лично вам привезённого, как и стоимость. А так же вам три легковые машины. Быстрее, пожалуйста, в этот раз я долго задерживаться в Москве я не буду – отвечаю ему.
– Не беспокойтесь. Всё сделаем, товарищ Сергей Иванович – заверил меня радостный завсклад.
Глава 10
Мне понадобилось сделать три рейса, чтобы на складском АМО перевести все свои вещи в свой дом. Чего тут только не было. Золото и серебро из Африки, серебреные мотеты из Испании и Австро-Венгрии, сантехника из Франции. Разное оружие, подзорные трубы из Голландии, подарки «нужным людям», продукты и много другое. Хорошо хоть у Берсона можно купить бензин. Вот тут-то мне и вспомнилось. Привычных для мня канистр, я так нигде и не видел. Так, срочно надо оформлять на себя патент во Франции, делаю себе заметку для Леграна. С собой в дом взял четырех охранников и деда Сюй.
(Канистры разработают по приказу Гитлера в 1934 году – Истор. Справка)
– Здравствуй Силантий. Как тут дела пока меня не было? – Повар встретил меня с радостью и облегчением.
– Наконец-то вы приехали. А-то некоторые тут пытались к нам поселиться. Спасибо Семёну Михайловичу. Дал некоторым по соплям. И ещё я намучился с вашими басурманами. Они же по-русски почти не говорят. И есть, что я готовлю, не сильно хотят. Пришлось им дать разрешить готовить в вашей печке. А так они молодцы в огороде полный порядок. А какие они душистый травы вырастили… – затараторил мне Силантий.
– Нормально. Дал разрешение на использование печи и хорошо. Давай обедать – понял, что Силантий опасается моего не довольства.
– Сообщишь Матвею, чтобы приехал. Будем устанавливать сантехнику – вечером после проверки счетов и отчетов говорю Силантию…
Утром я в гостиной расслабленно пью некрепкий кофе, наблюдая падающую листву. Слышу шум во доре, а потом заезжающую машину. Ну, вот и гости.
– О привет чертяка – лезет обниматься Будённый. Вот же характер. Но он искренне мне рад и очень симпатизирует, особенно после наших приключений.
– Здравствуй, здравствуй Семён Михайлович. Спасибо, что не дал никому вселиться – я легонько похлопал его по спине.
– А пустяки. Но с жильём у нас действительно большие проблемы. Ты вовремя. Срочно переодевайся в наше. Едем на полигон. Сейчас предварительные испытания стрелкового оружия и я их курирую – басит чуть ли не в ухо мне Буденный.
– Хорошо. А пока прими подарки из-за границы – передаю ему наручные часы и кожаные перчатки.
– А что хорошо придумали. Вот только разбить легко – я выхожу из своей комнаты и вижу, как Будённый размахивает левой рукой с часами.
– Просто для военных надо делать хороший корпус и крепкое стекло. Я же вам передавал информацию – я держу в руках спортивную сумку, пошитую Ламановой с оружием.
– Так нам капиталисты и продают новые технологии. А ты знаешь, сколько приходиться переплачивать за каждую, что бы что-то у них купить? Ты же сам такой – поддевает меня Будённый.
– Зато я на театральных бл…балерин такие деньги не трачу – «подкалываю» теперь уже я. Пусть сам догадывается о ком. Или о его сегодняшней жене или вообще. Садимся в его машину, сумку ставлю себе на колени. – Семён Михайлович ты бы свои усы чуть подрезал что ли.
– Чем тебе мои усы не нравятся? – и стал их подкручивать.
– У меня тоже есть. Ещё и борода. Но зачем же такие огромные. Они же тебя старят. Я видел твои фотографии в молодости, там были нормальные усы… а сейчас усищи. Как у таракана – поддеваю его.
На полигоне кроме нового советского оружия, испытывали и заграничное. Особенно всем нравился чешский пулемет ZB-26 и его сравнивают с новым ДТ с новым патроном 6,75 на 57. Пулемёт ДТ сейчас больше похож на свой танковый[9] и ДПМ в одном лице. Автоматика пулемёта работает явно несколько лучше на патроне без закраины. Есть и откидная ручка для переноски.
– А что кожух ствола нельзя сделать штамповкой? И почему оставили круглый магазин? – тихонько спрашиваю Дегтярёва. Мы немного в стороне от «развлекающихся» во всю стрельбой военных. Сейчас предварительно «проверяют и утрясают» вопросы эксперты, а завтра уже будут показывать, и рассказывать всё «высокому» начальству.
– С кожухом… надо подумать. А ленту металлическую массово мы сделать никак не может. С рассыпной тоже, ещё не понятно – вздыхает Дегтярёв. Видит, что чешский пулемёт проверяющим нравиться больше и поэтому переживает. Конечно, чех выглядит лучше и красивее, чем несколько «топорно» сделанный дегтярёв.
– Придумайте приспособление, чтобы было возможно и так и так – «подталкиваю» решение, что будет сделано только через пятнадцать лет и иду к Токареву, который с помощниками дожидается своей очереди.
– Здравствуйте Фёдор Васильевич – с ним я уже знаком более или менее. – Похвастайтесь, что у вас получилось.
Я специально пытаюсь взять ТТ в кожаной перчатке. Тут пистолет тоже немного отличается. Защелка «от беретты» для магазина уже стоит внизу на ручке пистолета. Калибр 9 на 23. Обсуждаем. Я высказываюсь за увеличение и изменение формы курковой скобы. Изменению насечек на ствольной коробке. Увеличению магазина и сделать его двухрядным. Так же прошу добавить предохранитель сбоку, чтобы было возможность снять пальцем сжимающий руки рукоятку.
– Ну что Фёдор Михайлович сделаете, если будет спецзаказ на пятьдесят таких пистолетов – и внимательно смотрю на него.
– Если разрешат, то сделаю. Но со сталью для стволов большая проблема – вздыхает он. Дальше показывает свой новый карабин под револьверный патрон. Внешне он очень похожий на автомат Фёдорова. Я же достаю из сумки «Астру-400», Ремингтон М8 и патроны, передаю им.