Юрий Москаленко – Камер-паж её высочества. Книга 1. Часть 2 (страница 26)

А он не спешил и прошло, наверное, минут двадцать, прежде чем на крыльцо вышли два человека. Они чинно поручкались и разошлись в разные стороны.

Один вернулся в дом, а отец, бодро сбежав с крыльца, махнул нам рукой, мол, догоняйте, и не спеша пошел к воротам. Мы с мамой бросились его догонять.

Догнали! Мама опять ухватилась за его руку, а я снова пристроился с другого бока, чтобы, если что, можно было бы вести разговор. Вот таким порядком мы ворота, ведущие в Средний город и миновали. Спокойно. Не торопясь. С достоинством.

И вот я в Среднем городе! Не, пока мы идем по той части, что видна из ворот, а потому и не очень интересна, так как в детстве было любимым развлечением прибежать сюда, на площадь перед воротами, и, рассматривая с друзьями заворотный пейзаж, фантазировать на тему «Эх, а вот если бы…»

Пока мы идем по улице, которая упирается в трехэтажый дом. Мне всегда было интересно, а зачем вообще нужен такой архитектурный изыск, и, наконец, у меня есть возможность получить ответ на этот вопрос.

— Пап, — полюбопытствовал я, — а зачем эту улицу сделали такой зигзагообразной?

— А, это просто! — отец с хитринкой посмотрел на меня. — Когда строили эту улицу, Нижнего города еще не существовало, и получалось, что внешние ворота города выходят прямо на нее. Так вот, в случае осады, если враги смогут прорваться через ворота, то из-за такой структуры улицы, конница не сможет разогнаться для таранного удара! Усек?

— Понятно! Значит, это сделано специально для обороны города! — проговорил я очевидную мысль, но отец не поленился ее подтвердить.

— Ага! И так сделано у всех ворот.

— Эрик, — теперь инициативу перехватила матушка, заметив, что мы уже закончили обсуждение, — а что ты так долго был в полосатом домике у ворот? Я надеюсь, что ты не убил того противного стражника?

— Зандера то? Нет, не убил, — чуть усмехнувшись признался отец. Я тут же навострил уши и весь превратился в слух, боясь пропустить хоть слово из отцовского ответа. Мне было очень интересно узнать, чем кончились отцовские толкания!

— Убить, конечно, не убил, а вот поспрашивать пришлось!

— А о чем поспрашивать? Почему он такой дурак? — внес я свою лепту в разговор.

— Нет, Волька, все было сложнее. Дело в том, что я занимаю довольно высокую должность, во всяком случае, намного выше, чем Зандер, и он об этом знает. Так вот, вопрос — с чего это он вдруг решил меня задеть, да не напрямую, а через семью? Вопрос? Вопрос! Вот это мы с ребятами и выясняли!

— И что выяснили? — не выдержала мама и попыталась добиться конкретики.

— А! — с досадой махнул рукой отец. — Он просто дурак и у него сегодня с утра плохое настроение! Не буду говорить почему.

— Вы и это узнали?! — восхитилась матушка.

— Ото ж! — батя гордо выпятил грудь колесом, а мама засмеялась.

Мы как раз дошли до дома, «запирающего» улицу, повернули, потом через два дома повернули опять и вышли на прямую улицу, в конце которой виднелись ворота в Главный город. Я начал крутить головой по сторонам, пытаясь, как можно лучше разглядеть окружающий меня пейзаж.

На самом деле, окружающее меня не очень впечатлило. Да, дома были только из камня, да, ниже двух этажей домов не было, а так, я даже видел несколько четырехэтажных! Они возвышались над остальными и были ниже только куполов церквей и пожарной каланчи.

Да, еще должен признать, что внешний вид домов был весьма разнообразен. Я видел дом, трехэтажный дом, построенный я не знаю насколько нормальным человеком, но, при взгляде на него, всем казалось, что он сейчас растает и стечет на мостовую, настолько необычны были его формы.

Мы с мамой были настолько потрясены, увидев этот дом, что встали как вкопанные! Отец тоже остановился и, посмеиваясь, наблюдал за нами. Когда эффект первого впечатления прошел, он, показав на этот дом рукой, спросил:

— Правда, впечатляет?

— Еще как! — ответила мама, а я ограничился кратким:

— Ага!

Уж очень сильное впечатление на меня произвел этот дом.

— А что это, вообще, за дом? — поинтересовалась мама. — Эрик, ты знаешь кто его построил и зачем именно так?

— Ага! — торжествующе подняв указательный палец правой руки и помахав им, произнес отец. — Вы попали в точку! Это, на самом деле, очень интересная история. У графа Эдварда Ван Хайма, прадеда Рональда, нынешнего главы Дворцовой стражи герцога Ренка, младшая, и, как водится, любимая дочь, во время первого бала, легкомысленно отказала своему партнеру по танцу, а имя его история не сохранила, и он ее проклял. Артефакты, одетые на дочери, смогли погасить проклятие, но полностью отразить были не в силах. В результате, дочь графа умирала, и ни один маг-лекарь не смог ей помочь. Когда граф уже совсем отчаялся, к нему привезли ведунью.

Отец сделал паузу, с нежностью посмотрел на маму и продолжил:

— Так вот, ведунья смогла спасти жизнь дочери графа, но у нее появилась боязнь прямых линий.

— Это как? — встрял я в папин рассказ, донельзя удивленный. — Разве есть такое заболевание — боязнь прямых линий?!

— Эх, Волька, ты просто не представляешь сколько есть различных заболеваний, которые тебе покажутся странными, но, тем не менее, они есть! Например, есть такое заболевание, когда человек боится пыли, или смотреть вверх! А ты говоришь! Так вот, у дочери графа появилась боязнь прямых линий. Она вообще нигде не могла находиться, без того, чтобы не впасть в панику. Для того, чтобы она хоть как-то могла жить, ей приходилось завязывать глаза, чтобы она не видела прямые линии. И вот однажды, к графу пришел молодой человек и сказал:

— Я люблю вашу дочь и построю для нее дом, в котором она сможет жить без повязки на глазах!

— Что ты хочешь за это получить? — прямо спросил его граф.

— Я благородного происхождения, — честно ответил ему молодой человек, — но не богат и титул у меня самый низший, но если она позволит служить ей…

Граф вызвал дочь и рассказал ей о предложении молодого человека. Девушка согласилась на его условия, и граф снабдил молодого человека деньгами на строительство дома. Дом был построен через пять лет. В нем нет ни одной прямой линии и ни одного прямого угла!

Молодой человек сдержал свое слово, и через пять лет дочь графа могла спокойно жить в доме без повязки, закрывающей ее глаза. Кстати, если смотреть из окон этого дома или выйти на балкон и посмотреть на улицу и окружающие дома, то ни одной прямой вы не найдете, так же, как и прямых углов!

— Но как же так? Я вот вижу и прямые линии, и прямые углы! — возмутился я явным надувательством. — Вранье все, твоя история!

— А вот и нет! — возразил отец. — Если ты войдешь в этот дом и выглянешь в окно, то прямых ты не увидишь! Здесь главное — это дом!

— Ладно, дорогой, дом — это понятно! А что тало с тем молодым человеком, который его построил?

Ну, кто бы сомневался, что во всей этой истории, маму заинтересует именно любовно-романтическая часть!

Отец пожал плечами.

— Да, ничего. Граф тоже выполнил свое обещание, и молодой человек остался в этом доме, чтобы служить дочери графа.

Потом батя хитро посмотрел на маму и закончил:

— История гласит, что через некоторое время дочь графа все же полюбила молодого человека и граф позволил им пожениться. Вот! И жили они счастливо и умерли в один день!

— Что-то это все мне напоминает сказки, которые вы с мамой рассказывали мне, когда я был маленьким! — с подозрением осведомился я.

— Только концовка! — честно признался отец. — А сама история — чистая правда!

— М-да, — настроившись на созерцательно-размышлятельный лад, констатировал я, — ну что, пойдем дальше, а то герцог нас так и не дождется.

Остаток пути до ворот в Главный город мы проделали молча. Во-первых, до них было уже недалеко, а, во-вторых, как бы мы с мамой не отрицали, мы все-таки находились под впечатлением и от дома, и от отцовского рассказа.

Как и ожидалось, трудностей с походом в Главный город у нас не возникло. Отец показал страже, стоящей на воротах, свой пропуск, подписанный лично герцогом, да и знали стражники его в лицо, поэтому, вразнобой, но от души, пожелав нам удачной дороги, нас пропустили в ворота.

Мы не спеша шли по улице к запирающему ее дому — стиль оформления улиц был похож на уже виденный в Среднем городе, а вот постройки, образующие улицы, сильно отличались.

Во-первых, дома! Здесь было очень много больших, богатых домов, стоящих за высокими заборами. Не знаю зачем я это сделал, возможно по наитию, но когда я взглянул на один такой заборчик магическим взглядом, мне очень сильно поплохело! Весь забор был буквально оплетен нитями-каналами силы, причем, каналы были нескольких цветов!

Значит, тут применялась магия различных направлений! Да рядом с этим забором идти страшно, а не то, что жить за ним! А если тут что-нибудь сломается? Да шандарахнет так, что взлетит вся округа! Причем, взлетит в самом прямом смысле слова так, что птицы обзавидуются!

Да, так вот, очень много таких вот владений, как отец их назвал. Ну, это и понятно, Главный город, пристанище знати и приближенных герцога, а они по определению бедными не могут быть!

А есть еще и простые дома, в которых живет прислуга, и еще есть магазины! Магазины — это как купеческие лавки, только лучше! Во-первых, что меня потрясло, — у магазинов есть, как их отец назвал, — витрины! Витрины — это такие большие застекленные окна, в которых за стеклом, как бы на подоконнике, разложены или расставлены, или развешены, в общем, размещены образцы товаров, которыми торгует данный магазин. Очень красиво и познавательно!