Юрий Москаленко – Камер-паж Ее высочества. Книга третья. Часть первая (страница 30)

Однажды она не выдержала.

— Послушай, Оуэн, — мама тяжело вздохнула и укоризненно качнула головой. — Ты же знаешь, что я замужняя женщина, что у меня есть дети, да и мужа я люблю! Знаешь? — маг школы Разума кивнул головой. — Так, зачем тогда все эти потуги?

И маман просто воткнула в незадачливого мага взгляд. Я тихонечко отошел в уголок и решил не отсвечивать. Оуэн на мгновение задумался, а потом ляпнул:

— Вы — привлекательны, я — сильно привлекателен, так почему бы…

Сказать, что я был ошарашен этим ответом — это вообще ничего не сказать! Я, в прямом смысле, не поверил своим ушам! Он что, совсем дебил и не ценит свою жизнь?!

Впрочем, ошарашен был не только я.

— Что? — матушка была так потрясена, что перебила мага школы Разума, но каким-то тихим спокойным голосом, от которого, правда, по моей спине табуном побежали мурашки. Ой, что-то сейчас случится! Сейчас прольется чья-то кровь!

— Я говорю, — как ни в чем не бывало, начал повторять этот дебил. Интересно, он и вправду адепт школы Разума? Вот, как по мне, так разума у него нет от слова «вообще»!

Матушка как-то рывком переместилась практически вплотную к магу, причем он, от неожиданности, отшатнулся, но мама не дала ему даже сделать шаг назад, схватив его за горло и глядя ему в глаза, она прошептала громким, злым шепотом:

— Слышь, ущербный, не беси меня! — я заметил, как ее рука на его горле начала сжиматься, и маг попробовал разжать руку на своем горле. Я усмехнулся — ну-ну, попробуй! — Ты думаешь, что я побегу жаловаться мужу? — матушка перестала сжимать горло, но руку не убрала. — Я, если мне что-то не понравится, тебя тихонько удавлю сама… — она с интересом вглядывалась в лицо мага. — Так что, мой тебе совет — думай, что делаешь и что говоришь! Понял?

Оуэн судорожно закивал.

— Ну, так как больше предупреждений не будет… — мама отпустила горло глупого мага Разума, — … следи за своим поведением!

И она чуть толкнула его ладонью в грудь, после чего Оуэн, к моему большому изумлению, отлетел от нее, причем долетел до того угла, в котором я и стоял, во время всей этой катавасии, и мягко, как тряпочка, сложился на полу в позе эмбриона и замер.

— Волька, он тебя не задел? — обеспокоенно спросила мама, направляясь ко мне. Оуэн, увидев это, заскулил и начал отодвигаться дальше.

— Не, мам, все нормально! — я сделал несколько шагов ей навстречу. — А это что сейчас было?

— Это? — переспросила мама, взглядом указав на отползающее тело, и вдруг весело ухмыльнулась. — Это, Волька, называется воспитание подчиненных!

— Ты все-таки хочешь взять его к себе? — полюбопытствовал я.

— Ага! — мама продолжала улыбаться. — Если он окажется достаточно умным, чтобы выжить, из него может получиться неплохой помощник! — И ее улыбка стала зловещей.

Я проследил за ее взглядом и увидел огромные от страха глаза Оуэна на совершенно бледном лице.

— Ну, чего разлегся? — полюбопытствовала мама. — Давай, вставай, сейчас люди придут, им ментальный щит устанавливать надо, а ты тут валяешься, как половая тряпка!

— Да, госпожа, конечно, госпожа! — залепетал маг, быстро поднимаясь и преданным взглядом уставившись на матушку…

Кстати, матушка к балу, оказывается, сшила нам с Рычиком по новому костюму! Мои размеры матушка, естественно, знала, а вот Рык, втихаря от меня, несколько раз ходил на примерку, и ничего мне не сказал! Вот же зараза! Он, видите ли, обещал матушке, которая решила устроить мне сюрприз! А еще брат называется!

Ну, как бы то ни было, а сюрприз маме удался! После обеда, когда я, под насмешливым взглядом Рыка, начал не спеша одеваться, ведь до бала мне нужно было успеть зайти к Энарии, для того, чтобы сопроводить ее и ее фрейлин на бал, в покои ворвалась матушка, с делом видом и двумя новыми костюмами, которые за ней аккуратно несли слуги.

— Это еще что такое? — удивилась она, застав меня, одевающим штаны. — Быстро снимай это старье! — непреклонным тоном скомандовала она.

— Чего старье-то? — вдруг разобиделся я. — Нормальные штаны!

— Это — не нормальные штаны! — безапелляционно возразила мама. — Вот нормальные штаны! — ее указательный палец ткнул в сторону входящих слуг.

Я, поняв, что спорить с ней совершенно бесполезно, с недовольной миной взял у слуги свой новый костюм. К моему удивлению, Рык взял свой костюм с радостным выражением лица, осторожно разложил его на кровати и с явным удовольствием стал облачаться. Я некоторое время с подозрением смотрел на него, не понимая его действий. Он что, стал модником?

— Давай-давай, Волька, живее, надевай костюм! — поторопил меня строгий голос мамы. — А то, мало ли, вдруг я с размерами напутала и придется что-то переделывать!

Нет, мама с размерами не напутала — костюм сидел на мне, как влитой, при этом ничего нигде не жало, не тянуло и не мешало двигаться. Я, по просьбе матушки, походил, поприседал, попрыгал, она попросила меня понагибаться, потом пришла очередь помахать руками, свести их вместе, потом раскинуть в стороны…

Короче, я занимался гимнастикой минут десять, а когда мне это порядком надоело, ведь видно же, что все нормально, я возмутился:

— Мам, еще немного в таком же темпе, и я вот точно вспотею, и обновку придется стирать, а значит, на сегодняшнем балу я буду в старых штанах!

— Ну, ладно! — смилостивилась мама и махнула рукой еще одному слуге, который почему-то стоял за спинами тех, которые принесли наши с Рыком костюмы, поэтому я и не обратил сразу на него внимания. Слуга вышел вперед, и я увидел в его руках большое зеркало, неширокое, но очень высокое. Пожалуй, я в него смогу увидеть всего себя! «Это сколько же оно стоит?» — изумленно возопил в моей душе бережливый хомяк.

Действительно, зеркало показало мне довольно высокого парня в очень красивом, темно-синем костюме. К моему удивлению, то, что я видел в зеркале, мне понравилось! Вот же! Ну, мама, ну, волшебница! Теплая волна любви к заботливой матушке поднялась в душе́ и мурашками прокатилась по телу.

— Спасибо, мам! — я подошел и, никого не стесняясь, обнял ее. — Что бы я без тебя делал?!

— Да, ладно, — пробурчала матушка, похлопав меня ладошкой по спине, но голос ее чуть дрогнул, сообщив мне, что, на самом деле, мама тронута выражением моей благодарности больше, чем хочет показать. А, ну и пусть! Я все равно ее люблю! Моя мама лучше всех!

Наши обнимашки с мамой прервал Рык. Он несильно пихнул меня кулаком в бок.

— Волька, отойди, я тоже хочу на себя посмотреть! — одновременно с его тычком в ребра, услышал я его возмущенный голос.

Я разжал руки и сделал шаг в сторону, с любопытством глядя на полуорка.

— А тебе-то чего? — спросил я. — Ты все равно будешь среди малышни! Вы там, наверняка, носиться будете, как угорелые, все равно костюм испортишь!

— Во-от! — названный братишка поднял указательный палец. — Поэтому и хочу на себя полюбоваться, пока он еще новый! Это, во-первых! — не обращая внимания на наше с мамой хихиканье, с невозмутимым видом, продолжил он. — А, во-вторых, там же будет Камилла Ван Хайм… — он крутанулся перед зеркалом, даже не глядя на нас с мамой. — Поэтому, я должен выглядеть… — он разгладил несуществующую складку. — Да, должен! — и ое, с победным видом уставился на наши с мамой улыбающиеся лица. — Что?!

Я молча пожал плечами, на его вопросительный взгляд, а мама, все также улыбаясь, просто махнула рукой.

— Ничего, Рык, все нормально! — успокаивающе проворковала она. — Кстати, — мама повернулась ко мне, — если ты обратил внимание, то в твоих штанах предусмотрены держатели для боевого пояса!

— Да, ты чего? — радостно восхитился я и тут же начал осматривать свои штаны на наличие такой полезной вещи. Держатели, естественно, нашлись, мама же врать не будет, и я начал дополнять свою экипировку. Надев боевой пояс, навесив кинжал и меч, я снова подошел к зеркалу, которое продолжал держать слуга, и снова посмотрелся в него. Не знаю, как по мне, но выглядеть я стал еще лучше, мужественнее, что ли. Или это просто изменилось выражение моего лица, после того, как я почувствовал, что снова вооружен?!

— Ладно, — налюбовавшись своим мужественным отражением, я повернулся к матушке. — Спасибо, мам, но мне пора бежать!

— Ты куда? — мама удивленно подняла бровь.

— Да он к невесте торопится! — вмешался Рык.

Я удивленно вытаращился на него, а мамина бровь поползла еще выше.

— К невесте? — удивились мы с мамой практически одновременно.

— Ага! — кивнул головой довольный полуорк. — Все так говорят!

— Что говорят? — поинтересовался я.

— Да, что вы с Энарией скоро поженитесь, а ее подруга Магда станет твоей любовницей! — с абсолютно серьезным видом заявил малец.

Я хлопнул себя ладонью по лицу и завалился на кровать.

— Рык, а ты, случайно, не помнишь, кто конкретно это говорит? — вкрадчивым голосом поинтересовалась матушка.

— Да, как-то не обращал внимания, — сразу построжел Рык. Мама молча ждала продолжения. Названный братишка помолчал, а потом огорченно мотнул головой. — Нет, не могу вспомнить, кто первым у меня спросил, правда ли это.

Глава 6

— Ладно, — кивнула своим мыслям мама, — сейчас это неважно, но ты все-таки попробуй вспомнить, хорошо?

— Хорошо, мама, — кивнул Рык.

— Бре-ед! — протянул я, все так же валяясь на кровати и не отнимая руку от лица.

— Ну, не знаю, — с насмешкой в голосе отреагировал Рык, — но вот Камилла утверждает, что ее сестра постоянно говорит про тебя, во всяком случае, сколько она слышала ее разговоров с ее матерью, в основном, все было о тебе. Ах, он такой, ах он сякой! — закатывая глаза, явно кого-то пародировал этот мелкий засранец.