реклама
Бургер менюБургер меню

Юрий Москаленко – Без шанса на… оплошность (страница 94)

18

      Крик со стороны, куда ушёл Хэрн. Похоже, и там не всё ладно получилось. Гных очень насторожен, а я быстро плетением контроля проверил направление дороги. Ага, пока чисто, а вот у Хэрна, похоже, свалка. Крики всё громче и звон оружия слышится. Около точек ребят нашего отряда восемь засветок противника. Ого, как много… было. Уже шесть, пять, три. Двое видно ранены, так как Хэрн с помощником двинули дальше, но…

– Хэрн, с левой стороны помещение просторное. Там шестеро, но они не двигаются. Внимание, за вами одна засветка двинулась по коридору от места стычки.

– Это подружка моя. Чуть не убили её, гады. Она мечи подобрала и следом за нами бежит. Всё мы дошли, работаем!

      Снова плетение контроля в сторону лестниц. Ё-моё! Вот попали…

– Гных, на лестнице шестеро, возможно они с арбале…

      Но договорить мне не дал чудовищный удар в грудак. Меня снесло с места, как кеглю при ударе шара, и сильно впечатало в противоположную стену лестничной клетки… в глазах темно, мельтешат искорки. Сквозь шум в ушах улавливается звон оружия характерные при работе мечей. Я бы сказал при яростной работе с мечами. Похоже, я уже не помощник Гныху, а тот в одного прикрывает вход на площадку. Дыхание сбито, грудь болит, вероятно, налицо перелом ребер, если не чего похуже. Колечка с лечебным плетением у меня теперь нет, а жаль, вот, первый раз я уже пожалел, что так себя оголил, избавившись от артефактов. Но кулон то защиты у меня есть, и он был полностью заряжен, так почему же тогда прошёл болт? А то, что это был именно болт, никаких сомнений. Моя кольчуга и куртка из кожи монстра, жизнь мне спасла, болт удержала, но кинетический удар удержать не смогла, вот и валяюсь я теперь поломанной куклой у стенки и плетение, хотя бы первого уровня лечебного, сотворить не могу, ни сил, ни манны, практически, не осталось… идиот, а руны!!!

      Волна облегчения прошла по телу, гася боль и прочищая взор. Ого, вот так бойня!

      Гных, как заведённый вертится на небольшой площадке, отбиваясь сразу от пятерых здоровенных бугаёв. И со стороны Луи слышатся крики и ругань. Вот и момент истины наступает, на что мы все годны…, но годны, по-видимому, на многое, потому что один из нападавших кулем повалился на пол площадки, обильно заливая её своей кровью, но остальные вчетвером с прежним остервенением рубятся с начинающим уставать Гныхом. Это видно, потому что всё чаще орк принимает удары мечей противников, подставляя под них доспехи. Да, если бы не мои подарки, подаренные охране в самом начале нашего знакомства и не мастерство Дора, то всё было бы уже давно кончено и не в нашу пользу. В эфире слышатся матюги и яростные проклятия. И у Хэрна, похоже, тоже не всё получается легко, оно и понятно, у него с напарником больше всего было противников.

      Чёрт, Гных поскользнулся на кишках первой жертвы и валится на пол. Вот и всё!! К орку сразу метнулись двое, что были наиболее ближе к нему!!!

      Не думая, что делаю, используя последние силы, концентрируюсь, и два дозированных фаербола метнулись к нападавшим, а у меня словно стержень вырвали, сползаю по стеночке теряя сознание, уже не видя напрасной оказалась моя жертва или нет. Вот, пожалуй, и конец нашим мучениям!

      Темнота и беспамятство.

Отступление восьмое

– … Ты не могла так со мной поступить… – крики графини раздавались по всему залу.

      Владелица графства Байрон, а теперь ещё и пяти доменов, что в ближайшее время перейдут под её юрисдикцию после подтверждения права владения советом лордов, уже почти герцогиня, пребывала в ярости. Ростом выше среднего, ослепительная красавица, жгучая брюнетка, официальная любовница Императора, единственная подруга Императрицы, и мать дочери Его величества… и к тому же интриганка, о любовных похождениях которой судачит весь двор, правда подтвердить наличие любовников не может никто. Скольких благородных воинов и магов свело с ума это порождение порока и одновременно чистоты. У неё врагов и друзей насчитывались сотни, причём, врагов среди могущественных мужей Империи и состоятельных вельмож было, ну очень много. Что говорить, но нравы, царящие в столице Империи и верхнем бомонде власти, не отличались благоверностью, добродетельностью и порядочностью. Сплетничали обо всех и обо всём, и лишь личная жизнь Императора являлась табу. Что интересно, и на его единственную официальную любовницу этот запрет также распространялся, неофициально, но кто же откажет себе в удовольствии позлословить между собой и близкими о самом интересном, об Императоре…

      Высокая, стройная красавица, чей возраст, тайна которого занимала умы большинства дворянок населявших столицу, определить было невозможно. Какая она появилась в Милле лет двадцать-двадцать пять назад, такой она оставалась и сейчас, единственно, в глазах появилось больше печали и затаённого коварства. Когда она появлялась в свете вместе со своей совершеннолетней дочерью, всем казалось, что рядом находятся две родные сестры. Так они были внешне похожи, одновременно юны и невинны. Многие аристократы пытались подобрать ключики к сердцу красавицы, но пока никому так и не посчастливилось привести строптивицу в храм для обряда. Графиня Лаура фон Байрон хранила верность короне, или может быть ещё кому, о чём по дворцу ходили устойчивые слухи…

– Но мама, я тебе ничего не обещала, твои постоянные попытки пристроить меня в одном из дворцов сильных мира сего меня сильно напрягают. Я не хочу быть товаром, я не желаю, чтобы за меня назначали торги. И отец мне обещал…

– Ты выклянчила у него своими слезами его разрешение, которое меня совершенно не устраивает…

– Но ты ведь тоже клещами вырвала у него отмену этого разрешения, бессовестно воспользовавшись помощью своей подруги, которой отец не в силах отказать.

– Как бы то ни было, но теперь ты выйдешь замуж за того, на кого я тебе укажу. И даже твоя робкая попытка отвертеться с помощью, неподтверждённой клятвы, тебе не поможет. И к тому же, есть масса способов избавиться от этого простофили, что так бездарно дал себя окольцевать. Он, я надеюсь, дал положительный ответ на твоё дурацкое предложение? Можешь не отвечать, я уже дала команду на его отлов. Свадьбы не будет. Его согласие ничего уже не значит. Надеюсь, твой отец не допустит такого позора. Дочь Императора и наёмник! Уму непостижимо!!!

      Графиня посмотрела на дочь, чья печальная улыбка внезапно остановила её обильное словоизвержения.

– Что-то не так?

– Он не дал положительного ответа…

– Что-о-о?! Вот гад! Он что, посмел игнорировать дочь Императора?

– Он не ответил ни да, ни нет. Он промолчал…

– Вы что, совершенно не разговаривали после твоей выходки?

– Мы ни разу больше не общались, только…

– Что, только? – не поняла графиня.

– Когда я убывала к порталу, меня, от его имени, провожал баронет Маринэ. Жак извинялся за него…

– Это ничего не меняет. Есть способ избавиться от него. А пока…

  Несколькими сутками ранее

.

– …И где же тот, кто замолвит за вас словечко, сударыня? – граф Кемберский, старший сын верховного мага Империи сводил счёты со своей старой, неразделённой страстью, что ещё в его юности очень жёстко прошлась по его самолюбию и авторитету отца. Она посмела в своё время ему отказать и не стала его игрушкой. И вот момент для мести настал. Получено официальное подтверждение, что герцог Ивалье, её ангел-хранитель, воздыхатель и защитник канул в небытие. Артефакт отца подтвердил, что кулон власти главы клана, принадлежащий ранее герцогу, свободен. Нет, в теории есть, конечно, небольшая возможность того, что герцог смог совладать с перстнем силы и войти в право полного владения, подчинив себе древний артефакт ушедших богов, и теперь сможет претендовать на престол, но вероятность этого крайне мала.– Вы, мадам, имели неосторожность грубо высказаться в адрес моего отца и в мой личный адрес. – между тем продолжал изгаляться мститель, а посмотрев в сторону верховного мага, и палач – Вы смеете высмеивать мой образ жизни, высказывать предположения о моих привязанностях, предпочтениях и привычках. Вы посмели поставить под сомнения наши отношения с моими друзьями. Вы всегда оставались безнаказанны за свой длинный язык. Император не в состоянии теперь вам помочь. Вы не являетесь представителем нашего клана. И хотя вы – женщина, но я, как представитель семьи, имею полное право взыскать с вас удовлетворение. Вы знаете законы Империи. Вы не замужем и если не найдётся среди господ – граф оглядел хищным взглядом лица собравшихся в главном тронном зале дворца. Мельком прошёлся и по вытянувшейся физиономии дяди, Императора и правителя Империи, – защитника, что пожелает скрестить со мной мечи в вашу защиту, то у вас остаётся только два пути. Первый – стать моей наложницей на время, которое определит совет лордов, а он, смею вас заверить, будет не маленький, или принять вызов, поставив на кон ваше личное дворянское имение и свободу. Решать вам.

      Наглый, ощупывающий взгляд противных глаз. Как же она его сейчас ненавидела. Да, она сознаётся, что малость перебрала в своих высказываниях и не следила за теми выражениями и эпитетами, что награждала графа и его товарищей, но этому есть и объяснения…Дана пропала. Из Ергонии пришло сообщение, что она удачно покинула территорию герцогства, а больше информации нет никакой. Может, она смогла пересечь границу и находится где-нибудь в приграничных сёлах, а может, додумалась и прибилась к монастырю святого порога, расположенного с той стороне. Но и из монастыря пришло неутешительное известие, дочери там не было. И этот…пропал!