Юрий Мах – Последний (страница 29)

Мне самому также было не по себе от этой картины. Поэтому мы двинулись в сторону пса, ожидая его преследователей. Подойдя к собаке, судя по всему, суке, я для начала осмотрел её повнимательней: мало ли, вдруг это зомби-собака? А после освободил её. Поводок зацепился за сучок.

— Тише, дружок, всё в порядке. Мы тебя спасём! — уже сюсюкалась Катя над собакой. — Кто у нас хороший мальчик? — продолжала она наглаживать суетящуюся собачку, которая виляла хвостом, и также периодически поскуливала, только теперь с радостными нотками, облизывала Кате руки.

Помню, была у меня похожая животинка. Так вот, она также, когда от радости теряла голову, могла и описаться. Но сейчас вроде без происшествий.

— Это девочка, — решил я поправить Катю.

— Девочка, значит, — с каким-то умилением сказала она. — Мы же не бросим её? Оставим себе? Арван, ну пожалуйста! Нельзя её оставить тут.

Обратил внимание, как Катя набралась немного смелости что-то просить, практически требовать. Так как вчера вела себя слишком уж застенчиво, постоянно извинялась и ни о чём не просила.

Помахал утвердительно головой, я ответил:

— Конечно! Как мы можем бросить такую красоту?!

— И как тебя зовут, красавица? — тихо пробубнила Катя.

Спустя несколько секунд, пока Катя всё также продолжала сюсюкаться с собакой, я уловил этот пока ещё слабый запах. Сладковато-приторный, как гнилые фрукты, смешанный с кислым душком разложения и чем-то еще… Он накатил волной, перебивая запах сырой земли и зелени.

В прошлой игре монстры тоже имели запах, отличающийся от окружающей среды. И так как они часто придерживались тактики засад, не издавая никакого шума, то многие игроки вкладывали минимум хотя бы по одной сфере в усиление обоняния. Не обошла и меня эта участь. И так как я часто путешествовал по миру, я вложил несколько сфер усиления в это чувство. Честно, уже не помню, сколько. Всё-таки сколько лет прошло. Но и не раз пожалел об этом усилении уже в этом мире.

Собака тоже уловила эту вонь, приходящую вместе с небольшим ветерком, и перестала ласкаться и заигрывать с Катей. Она зарычала в ту сторону, откуда прибежала. Хорошо, что не пыталась вырваться и убежать.

— На дорожку! — приказал я и также двинулся обратно на асфальтированную дорогу. — Готовься, будем делать из тебя игрока, — улыбнулся я Кате и передал ей топор, а сам переместил ручку поводка на кисть и не спеша вытянул пять напитанных магических нитей из пальцев правой руки.

Через две минуты послышался посторонний звук. Не скулёж. Не шорох. Хрип. Глубокий, булькающий, как будто в горле у кого-то кипит грязевая вода. Идущий из той самой чащи, откуда вырвалась собака.

Из-за того же кустарника, раздвигая листья не руками, а корявым движением всего тела, выползло оно.

Это был несвежий тучный мертвец. Из одежды — одни непонятные бесцветные лохмотья, прикрывающие пах. Шея была раздута — из-за этого был необычный рык и это непонятное бульканье. Один глаз был полностью закрыт веком, другой — мутный, белесый, как у гнилой рыбы — беспорядочно двигался, ни на чём толком не задерживаясь. Когда он нас заметил, он остановился, положил руки на своё немаленькое пузо и опять забулькал, а по подбородку стекала тёмная, вязкая слизь. Как будто от предвкушения.

А мне что-то не понравились эти булькающие звуки и его реакция, как будто в предвкушении. И собака мешает быстро двигаться и реагировать на действия противника. Подхватил собаку одной рукой, прижав её к себе посильнее, чтобы не вырывалась, и двинулся в сторону зомби, направляя магические нити в его сторону. Он тоже долго не стоял на месте и резво двинулся в мою сторону.

— Катя, готовься! — крикнул я, быстро посмотрев назад. Девушка держала топор двумя руками, но лицо было растерянное и напуганное.

Когда нас разделяло несколько метров, зомби расставил руки в стороны, будто собрался обниматься. Я, придерживая брыкающуюся собаку, накинул все пять нитей на опорную ногу зомби и потянул её на себя, прорезая его плоть до костей и валяя его на землю. Очередной громкий «бульк», и мерзкая жижа полилась из его рта. Практически фонтаном. Не торопясь подходить к нему, я, наоборот, сделал шаг назад. Такая вонь стояла просто неимоверная.

Так и думал: нельзя подобных зомбарей подпускать близко. Его исторжения оказались не просто с гнильцой: живые растения вокруг, на которые попала жидкость, начали как-то плавиться и превращаться в прах вместе с этой самой жижей. Как и морда, и тело самого зомби. Мелкие частички его плоти начали усыхать и превращаться в пыль. Однако руками он не переставал махать.

Освободив нити, я попытался зафиксировать его руки. Нити впились в его кожу, прорываясь до мяса, и прижали их к телу.

— Катя, подойди, пожалуйста! — громко подозвал я девушку, стараясь перекричать орущего без остановки зомби.

Пока я дожидался Екатерину, перевернул нитями зомби на живот, чтоб его морда смотрела вниз. Мало ли, не всё изрыгнул?!

— Поторопись, пожалуйста! — глядя на неуверенно приближающуюся девушку, я надеялся, что зомби не убьётся от собственной блевоты.

— Д-д-да, сейчас, — заикаясь, пробубнила она.

— Не бойся, я его держу. Вот, молодец. Ближе. Ближе. А теперь ударь топором по голове. — Глядя, как она кривится от вони и общей картины, я с трудом удерживал зомби. Он почувствовал приближение живого человека. Магические нити всё глубже впивались в его плоть, удерживая судорожно бьющегося зомби на месте.

Глубокий вдох послышался со стороны Кати, и она закашляла, а из глаз брызнули слёзы. Да, неприятные миазмы витают в воздухе, и даже если дышать ртом, будет крайне неприятно.

Спустя секунд десять девушка всё же ударила по голове зомби, но попала у самого края: топор проскользнул по голове и впился в ухо зомби, срывая часть кожи и обнажая содержимое под ней. Можно было разглядеть и немного не такого уж белого черепа.

Увидев, что сотворила, девушка ещё сильнее побледнела и даже, кажется, немного позеленела. Но не отступила, а повторно подняла топор над головой, держа его двумя руками, и с силой опустила его теперь на центр головы, прямо на макушку зомби. Я смог увидеть выброс духовной энергии в мир и как немаленькая частица этой энергии впиталась в Екатерину. Зомби был явно не первого уровня, раз был такой объём энергии. Но и Катя не получила лишнего игрового опыта. Да по факту, она сильно напиталась духовной энергией, однако лишь инициализировалась как игрок, с нулевым опытом.

Екатерина отшатнулась, выронив топор, и сделала два шага назад, а после резко наклонилась вперёд, извергая содержимое своего желудка. Вот и завтрак пропал. Мне пришлось подскочить к ней и придержать за плечи, так как она покачнулась и стала заваливаться вперёд. И да, возможно, это я был настолько неаккуратен, но часть её завтрака попала и на мои ботинки. Неприятненько. Хотя я тоже с трудом сдерживал свой завтрак, так как вонь от разлагающегося трупа стояла невыносимая.

Хорошо, что собака перестала вырываться. Не сказал бы, что она смирилась; видимо, просто устала скулить и вообще как-либо двигаться. Высунула язык и тяжело дышит. Думаю, она нормально не питалась, не спала и не отдыхала всё это время с начала так называемого зомби-апокалипсиса.

Спустя несколько секунд я заметил, что девушка хоть и продолжала спазмировать, желудок уже был опустошён, но она крепко держала в руках… Приглядевшись получше, я тут же усмехнулся. Это была старая деревянная швабра для мытья полов. На неё ещё тряпка накидывается. На конце черенка был примотан синей изолентой длинный кухонный нож. Примотан вроде крепко, но какое же нелепое оружие игра подарила Екатерине. Практически самодельное копьё, но вот колодки с другой стороны от ножа будут мешать тыкать в зомби этим копьём.

— Катя! — обратился я к девушке, как только она выпрямилась и протерла глаза от проступивших слёз, а после и сам рот, используя рукав толстовки. Напоследок сплюнув, она посмотрела на меня уставшим взглядом. — Перепрыгни труп. Нужно проверить кое-что. Давай-давай! — поторопил я её, так как она зависла, не понимая, зачем ей это делать.

После того как девушка всё-таки перепрыгнула этого раздувшегося зомбаря, мы отошли подальше от него, обратно на тропинку. Я не забыл подобрать топор, протерев его об траву и землю, а девушка как-то уж слишком сильно прицепилась к своему новому импровизированному оружию. Я решил окончательно убедиться в данном аспекте игры по становлению игроком:

— Ты как? — сказал я, для начала решив успокоить мою собеседницу.

— М-м… Нормально, вроде, — ответила она неуверенно, а после полезла в рюкзак и достала баклажку воды.

— Ну и хорошо. Ты теперь стала так называемым игроком. Попробуй посмотреть вглубь себя. Это должно быть нетрудно. Посмотри, ты получила помимо этой швабры какие-то дополнительные награды?

— Хорошо. Сейчас.

И девушка зависла. Минута, вторая, пятая. Первое время я просто наблюдал за девушкой и обстановкой вокруг. А после решил заняться собакой. Видно было, что это домашний питомец, хоть и чумазый в данный момент. Следов крови на нём не нашёл, как и других ранений. Ошейник, судя по всему, крепкий и хорошо сидит, учитывая, где собака бегала всё это время. Но вот цвет — розовенький, с учётом синего поводка — выглядит отстойно. И металлическая бирка в форме косточки с большими выбитыми буквами «Абель». На обратной стороне бирки был выбит номер телефона, но теперь это не актуальная информация.