Юрий Мах – Последний (страница 31)

Прошёл далее, через металлодетекторы, которые даже не думали пикнуть, и направился к закрытым турникетам. Резкий удар по стеклу сзади заставил меня ринуться вперёд, разворачиваясь в прыжке. Меня удержал на ногах закрытый турникет, но я даже не обратил на это внимание. Мой взор был направлен на окно служебного помещения (то ли касса, то ли справочная), оттуда лицом по стеклу билось чудо, некогда бывшее женщиной.

— Сука! — выругался я, пытаясь успокоить свои нервы. Это, конечно, не минус, но вечно молодое тело заставляет остро реагировать на всякие раздражители и чувства, и не важно что это: голод, возбуждение, страсть, любовь, ненависть или тот же страх, особенно такой внезапный. Нормальная такая реакция здорового организма, когда что-то из-за спины и в темноте издаёт резкий звук.

Оскалился и со всей силы и громким рыком метнул топор в эту тупую башку, выплёскивая свою злость и мимолётный страх. Топор пробил стекло как раз в момент, когда лицо зомби в очередной раз стукнулось об стекло, и со звуками треска стекла смачно впился ей в лицо, отбрасывая за стол. По впитанной духовной энергии (или энергии души, как кому удобнее) понял, что бросок был удачным. Это заставило в очередной раз передёрнуться от кратковременной эйфории, но злость никуда не ушла. Подбежал к двери и со всей своей мощи пнул её. Метал погнулся, но дверь так и осталась закрытой. Понял, что она открывается на себя, поэтому повторно пинать не стал, а дёрнул как следует на себя. Дверь даже не была закрыта. Она ударилась об стену, но я уже влетел внутрь и первым прямым ударом по лбу отправил в окончательный нокаут гнилостного зомби женского пола.

Более здесь никого не было, поэтому подобрал добычу и собственный топор и продолжил свой путь вниз. На этот раз, помимо стандартных монеток, подобрал карту оружия белого цвета, то есть обычного качества. Не стал прятать карту в карман, а сразу решил использовать её. Маленький круглый щит, баклер, вроде бы, называется, с круглой деревянной ручкой и железным шипом по центру щита длиной в пять сантиметров. Бесполезная вещь против зомби, но решил пока походить с ним.

Также заметил, что предметы низкого качества (или же серого цвета) выглядят как непонятные самоделки или как предметы бывшего употребления — то есть не первой свежести. А вот уже белого цвета, то есть нормального качества, — на вид как новенькие.

Спустился окончательно на саму платформу метро и этим бесполезным щитом пробил шипом затылок и впечатал голову щуплого зомби в первую колонну. Удачно он стоял, упёршись лбом в эту колонну. И чего он никак не отреагировал на шум, который я устроил пару минут назад? Не он, она, к сожалению. Молодая девушка в бежевом худи. Из примечательного: у девушки были коротко состриженные волосы по бокам и набита татуировка на всю шею из непонятных линий. Слишком агрессивные узоры получились. В ушах красовались тоннели, пока ещё маленькие — даже мизинец не пролезет. Довольно-таки странное для меня направление моды, которое вроде уже сошло на нет. А её бледное лицо показалось мне каким-то печальным. Не увидел даже капли страха или ужаса на некогда красивом лице. Интересно, о чём она думала, когда лежала на холодном полу и умирала от разгрызенного горла? Это был страх или сожаление? Прямо по центру горла отсутствовал кусочек плоти, так гармонично выделяя центр татуировки.

«И с хера ли это у большинства пострадавших от зомби повреждена шея? Не заметил, чтобы встречающиеся мне зомби пытались добраться до моего горла».

— Покойся с миром, сестра, — прошептал я над трупом. В сердце немного кольнуло.

«Сука, этот Игрил. Никакое возвышение человечества не стоит таких жертв», — думал я, и не было уже никакого азарта, который меня посетил в первый день Великой Игры.

Казалось бы, за те несколько тысяч лет, которые я прожил на Земле, — уже многое повидал, но всегда как будто ножом по сердцу от вида невинно убиенных. Тем более женщин и детей. Насколько я помню, это только в последние несколько сотен лет люди стали более совестливые и морально ориентированные, но мне кажется, что я всегда таким был — эдаким добряком.

Пока я ненадолго был погружён в свои мысли, несколько шаркающих неспешных шагов направились в мою сторону. Если всмотреться в темноту, то можно было бы увидеть отблески мутных глаз с крошечными зелёными огоньками. Не зря говорят: глаза — это зеркало души.

А я лишь встряхнул пару раз щитом, сбрасывая алые брызги с шипа — так же и внутри себя избавился от частицы грусти и печали. Вдохнул поглубже и добротным таким матом, да погромче, стал привлекать к себе этот ходячий опыт. Рука сжималась на рукоятке топора всё сильнее, а в голове специально стал нагнетать ярость.

— Поехали, суки!

Глава 13

Плотный, гнилостный смрад ударил в нос со всей возможной силой, как плата за мобилизацию своих внутренних ресурсов. Адреналин гнал кровь, слух ловил каждый шорох в кромешной тьме станции. Даже скрип моих сапог по плитке поглощал бетонный свод, сливаясь с назойливым тук-тук-тук капель с потолка в темную бездну. Десятки, если не сотни мимолётных звуков от различных обитателей этого подземного мира проносились вихрем в голове, пытаясь сложиться в единую картину. И тут луч фонаря вырвал из мрака дерганую тень — еще один покойник, плетущийся ко мне.

«Истинный Взор».

Мир дрогнул, окрасившись в холодные, резкие оттенки энергии. В темноте навык работал иначе — не добавляя света, но высвечивая тусклые, болотно-зеленые мазки аур. На платформе их было мало. Гораздо гуще они кишели на путях. Инстинкт гнал зомби блуждать в поисках мяса, а свалившись вниз, эти тупые твари метр высоты преодолеть уже не могли.

Первая фигура вывалилась из-за колонны в трёх шагах от меня. Но я-то сразу почувствовал его, поэтому он и не появился передо мной внезапно. Бывший человек в порванном деловом костюме. На вид — костюм самого низкого качества. На лице была небрежная растительность и огромные синяки под блёклыми глазами. Подобную особенность не замечал у других зомби; видимо, при жизни человек вёл не очень здоровый образ жизни. В пустоте зрачка нет-нет да пробивалось тусклое зелёное свечение. И с помощью моего навыка я увидел уровень зомби — разумеется, первый — и прошлое имя этого тела. Безмозглый и медлительный. Он заурчал, почуяв во мне жизнь, и медленно двинулся ко мне, волоча окровавленную ногу.

Я не стал церемониться. Короткий замах правой рукой в сторону. Шаг вперёд — и багровый топор прочертил горизонтальную линию, опустившись на шею зомби сокрушительным рубящим ударом. Чавкающий звук рассекаемой плоти, уже с частицами гнили, разнёсся по запустевшим сводам метро. Голова с глухим стуком покатилась по плитке, тело рухнуло плашмя, орошая пол тёмной, густой жижей. В нос ударил очередной неприятный запах с примесью железа. И тут же — небольшой толчок в грудине, волна тепла, разлившаяся по жилам. Сладкий укол эйфории.

«Опыт +1»

Рядом с трупом слегка засветилась монетка и карта с очередной бурдой, которую сложно назвать едой. Сама карта тоже выделялась в этой темноте, и я без проблем разглядел, что на ней изображено, даже не направляя в её сторону фонарик. Быстро поднял свою награду и сунул в карман брюк. Монетка исчезла в руке со звяканьем. Приятная мелодия прибыли.

Не стал ждать на месте, пока все эти медленные создания приблизятся ко мне, — незачем тратить своё время. Рванул навстречу к ближайшему. Баклером отбил тянущиеся ко мне руки — и по диагонали мой топор вонзился в шею зомби. Голова зомби повисла на лоскутах кожи и мяса, но зомби упокоился навсегда. Тут же шипом пробил глаз следующему зомби, повреждая мозг. С силой отбросил этого зомби и в длинном прыжке подлетел к следующему, вонзая свой топор в череп. В радиусе ближайших десяти метров теперь никого из бродячих. Собственно, на самой платформе их осталось всего лишь несколько штук, ближе к другому выходу. На путях копошилось больше. Собрал добычу — в этот раз только монетки — и побежал на другой конец платформы, к оставшимся.

Первого же пнул ногой со всего маху, тем самым останавливая себя и отбрасывая его подальше. Это был мужчина в форме охранника, но пистолета на ремне брюк не было, а жаль, думал, принесу домой ещё один ствол.

Второму отсёк голову обратным горизонтальным ударом от себя и по инерции развернулся на каблуке тактического сапога, а топор уже впечатывается в висок следующему.

В живых на платформе осталось всего двое. Один валялся близ самих ступенек, наверняка, с проломленной грудиной от моего пинка, а вторая, некогда пожилая женщина весом под сто килограмм, замерла от меня в пяти метрах по левую руку.

Прикинул вес и балансировку топора, подержав его на открытой ладони. Как будто я в этом что-либо понимаю. А дальше просто и незатейливо метнул его в грудину этой зомби-бабушки, которая почему-то тащила за собой сумку в синюю клеточку на тележке. «Кравчучка», вроде, шутливо называли это приспособление. Метнул топор со всей доступной силой, и поэтому он успел сделать неполный оборот и ударил ручкой в районе левой груди. Бабку, конечно, откинуло назад, но и топор отлетел куда-то в сторону. Зомби-бабка осталась жива в виде своей недожизни, живучая тварь.