Юрий Лопатин – СТРОЙБЛАТ (страница 1)
Юрий Лопатин
СТРОЙБЛАТ
Юрий Лопатин
СТРОЙБЛАТ
роман
Дж. Чосер, «Кентерберийские рассказы»
Часть первая
Джинн из сапога
Воронёный «майбах», ещё несколько минут назад сливавшийся с ноябрьской теменью, ныряя с забулыженных холмов, теперь, на асфальте, предстал во всей красе. Оставив на полуосвещённой брусчатке мизерные частички протектора, точно зверь феромоны, автомобиль разогнавшейся за добычей пантерой понёсся по центральному проспекту. Стометровка до оперного театра, казалось, саккумулировала большую часть энергии города: десятки тысяч люксов создавали иллюзию дня. Будто взятые напрокат в заокеанском мегаполисе, неоновые огни магазинов удваивали силу света магистральных фонарей. Отблески с одетых в кумач зданий алым полотнищем трепыхались на влажной дороге.
«Майбах» шёл мягко; проспект – словно стекло: ни кочки, ни выбоины. Медали на парадном кителе полковника, сидящего рядом с шофёром, звякнули лишь после того, как он обернулся к пассажиру:
– Постарались, ничего не скажешь. Красота…
– Так ведь праздник-то какой, Николай Антонович! – оторвав спину от кожаной обивки, откликнулся сухощавый, похожий на командарма Уборевича, подполковник. – Для этого ничего не пожалеешь.
Машина затормозила у массивных колонн оперного театра, на котором был прикреплён гигантский транспарант с надписью белым по красному: «Да здравствует 35-я годовщина Великой Октябрьской социалистической революции!» Выше него, заслоняя скульптурные фигуры, взгромоздились цифры, ещё более крупные, – 1917 и 1952.
Офицеры вошли в гудящее пчелиным роем фойе. Ветераны КПСС, заслуженные люди областного центра, военнослужащие поздравляли друг друга, оживлённо разговаривали.
– Долго здесь не будем, Юлик. На концерте отметимся и поедем, а то гости заждутся, – блеснул круглыми линзами в тонкой золочёной оправе полковник и тут же был взят в кольцо красногалстучной детворой.
Большеглазая девчушка с косичками, нервно теребя белую лямку на школьной форме, чеканила слова:
– От имени пионерской организации Железнодорожного района поздравляем вас, Николай Антонович…
Полковник не дал договорить – приобнял пионерку, поцеловал в пшеничную голову, принял протянутые революционные цветы; было заметно, что он растроган:
– Спасибо, ребята… Достойная смена у нас растёт.
Вынул из бокового кармана вчетверо свёрнутый носовой платок, дважды просунул под очки.
Резанул по нервам театральный звонок. Нарядный люд через массивные двери хлынул в зал, где уже больше половины кресел было занято.
– Вам, Николай Антонович, не туда, – легонько взял полковника за локоть заместитель председателя облисполкома. – Пойдёмте в президиум.
Докладчик – первый секретарь обкома партии – говорил о неиссякаемой движущей силе Великого Октября, об источниках побед Советского государства. Зал взрывался аплодисментами, когда звучала информация о выдающихся свершениях предприятий и отдельных людей.
– …Отрадно отметить, что достойный вклад в процветание нашей области вносят воины доблестной Советской Армии. Оказав большую помощь в восстановлении промышленных объектов, разрушенных гитлеровской Германией, они теперь обустраивают города и посёлки, вместе с тружениками села собирают урожай. А некоторые их тех, кто носит на плечах погоны, непосредственно работают на предприятиях, участках и решают задачи, поставленные партией на пятую пятилетку. Среди них – воины управления военного строительства, возглавляемого полковником Беленко Николаем Антоновичем. Этот дружный, слаженный коллектив работает действительно по-стахановски: план десяти месяцев текущего года он выполнил на сто семьдесят шесть процентов!
Участники торжественного заседания ладошек не жалели. Овация, устроенная ударнику труда, смутила его: он опустил лысеющую голову с седоватыми висками, подтянул к широкой груди припухшую кисть руки, будто стремясь скрыть от присутствующих четыре боевых ордена и полтора десятка медалей.
После доклада полковник Беленко скромно переместился из президиума на крайнее кресло первого ряда – не всегда же в центре мозолить глаза людям. Как только стоящий на празднично украшенной сцене чтец – артист местной филармонии – дошёл до слов: «Гвозди бы делать из этих людей», офицер на цыпочках покинул затемнённый зал. Следом за ширму нырнул его спутник.
Путь до дома был недолгим. Офицеры поднялись на второй этаж новёхонькой «сталинки». Беленко толстым пальцем накрыл кнопку звонка. Дверь отворила жена Николая Антоновича – моложавая, улыбчивая, в свои тридцать пять не лишившаяся детских ямочек на щеках. Накрученные каштановые кудри гармонировали с пурпурным бархатным платьем.
– Здравствуйте, Ксения Михайловна, высунулся из-за грузноватой фигуры Беленко подполковник. – С праздничком!
– Здравствуйте, Юлий Абрамович. Проходите.
– Не с праздничком, а с праздником! – поправил Беленко. Усмехнулся. – Ну что, не повяли ещё гвоздички от перегара?
– Что ты, Коля, разве ж мы когда без тебя начинали, – засмеялась жена.
Появление двух руководителей вызвало в стане гостей одобрительные возгласы. Пять офицеров – в парадной форме с наградами – вытянулись в струнку.
– Вольно! – улыбнулся Беленко. – К столу шагом марш!..
Натёртый мастикой паркет стойко стерпел движения лакированных стульев. Гости, рассаживаясь, окидывали взглядам стол. Закрывая орнамент тарелок, в три слоя лежали колечки сырокопчёной колбасы и треугольнички твёрдого сыра, дразнила обоняние нарезка карбоната, корейки и буженины. До десятка овощных закусок и салатов, в том числе из свежих помидоров, разноцветными горками возвышались над накрахмаленной скатертью.
– Как говорится, чем бог послал, – точно царевна-лягушка взмахнула рукой над столом хозяйка дома и предупредила: – Ещё три горячих блюда будет.
– Ну, о Боге в такой день… – Николай Антонович взял охлаждённую на балконе бутылку водки. – Мы сами, своими руками и умом добились всего этого. Открывайте дамам вино. Мужчинам советую на водку не налегать. Завтра утром, если кто забыл, построение в части. Потом – хоть на все четыре стороны…
Полковник налил в семь рюмок «Столичную», не садясь, произнёс тост:
– Я хочу выпить за советскую власть. Не будь её, разве смогли бы мы, дети рабочих и крестьян, достичь того, что имеем? Тридцать пять лет наша страна строит социализм. Она даёт много возможностей, и у кого есть мозги, уже сейчас ощущает коммунистическое завтра. – Николай Антонович покрякал, борясь с подступившей мокротой. – Что-то я слишком высокопарно… Видимо, переслушался торжественного доклада.
Гости засмеялись.
– За наши большие возможности! – завершил спич хозяин. Почокался с гостями. Выпив, офицеры и их жёны навалились на закуски.
– Насчёт коммунизма Николай Антонович не преувеличил, – улыбаясь, заговорила чернявая женщина, сидящая с Юлием Абрамовичем. – У нас всё есть. А самое главное – жильё. Семь квартир в новом доме – это не шутки.
Полковник воспринял комплимент как аванс:
– Роза, это только начало. Нашему увээсу всего-то четыре года. Так что у нас всё будет. Всё.
– …Товарищ полковник! Часть для зачитки приказа военного министра построена! Заместитель командира подполковник Шульман, – Юлий Абрамович, не отрывая руки от околыша фуражки, сделал дугообразное движение и встал чуть позади командира.
– Вольно! – скомандовал полковник Беленко. Бережно, будто музейную реликвию, подал Шульману распечатку телетайпа. – Зачитайте приказ.
– Есть! – опять вскинул руку к голове подполковник. – Ча-а-асть, равняйсь! Смирно! – голос заместителя командира наполнился каким-то величавым звучанием; в нём одновременно появились оттенки стали и фанфар. – Слушай приказ… Приказ военного министра Союза эсэсэр от седьмого ноября тысяча девятьсот пятьдесят второго года номер сто восемнадцать, город Москва. Товарищи солдаты и сержанты! Товарищи офицеры и генералы! Сегодня советский народ и его армия празднуют тридцать пятую годовщину Великой Октябрьской социалистической революции. Тридцать пять лет тому назад трудящиеся нашей страны под руководством Великой партии Ленина-Сталина свергли гнёт помещиков и капиталистов и установили советскую власть. За минувшие годы советский народ построил социализм, превратил свою Родину в могущественную державу и в жестоких схватках с врагами отстоял её свободу и независимость, – подполковник читал всё увереннее, твёрже. – Советский народ бдительно следит за происками поджигателей войны, неустанно укрепляет оборонную мощь Советского государства и повышает готовность нашей страны к сокрушительному отпору любым агрессорам…
За спиной Шульмана, в пятидесяти метрах от него, раздался непонятный шум. Офицер инстинктивно оглянулся. Ошарашенный странной, неуместной для этого торжественного момента вознёй у контрольно-пропускного пункта, замолчал, застыл в недоумении. Со всех сторон, сыплясь горохом с бетонного забора, заметались юркие фигурки.
Вот они, враги, не на бумаге… С оружием, сильные и уверенные в том, что сейчас одним махом захватят советскую воинскую часть. Офицер словно вернулся на десять лет назад, в грозный сорок второй. Эх… автоматы… В штабе, в ружейной комнате.