Юрий Кунов – В полутьме. Провинциальный детектив (страница 15)

Шедшая впереди него пожилая женщина обернулась.

– А?

– Вон на ступеньках кровь засохшая, – указал уголком блокнота на бурое пятно старший лейтенант.

– Ой, не до конца отмыла! Это не куриная, молодой человек. На выходных была в гостях у свояченицы. Она мне говяжью печенку дала, с печенки и накапало. Когда перекладывать начала в миску. – Женщина спустила со лба на нос очки и стала разглядывать бурые пятна. – Я с ней еще по дороге намуздыкалась. Пришлось даже во второй пакет ее положить. Как потекла, как потекла!

– Так это вы полпереулка кровью закапали, – заулыбался Жарких. – А я иду и думаю, кому это недавно тут нос расквасили.

– Какой нос! Наташа с мужем меня на машине до угла довезли, я у поворота вышла, значит, а потом иду, чувствую: что-то на ногу капнуло. Пригляделась – кровь на босоножке. Они у меня белые и все пятна даже без очков разглядеть можно.

– Отмыли?

– Да. Хорошо еще, что пакет в машине не на сиденье лежал, а то было бы делов.

В голове у старшего лейтенанта всплыло одно из наставлений Посохина: доверять – доверяй, но всегда проверяй.

– А печенка-то хорошая? – спросил он, мазнув пальцем по бурому пятну. – Можно глянуть?

– Очень хорошая. А вы любитель? Пойдемте покажу. На кухню проходите. Муж мой печенку очень уважает. Каждый день есть ее готов.

– Комиссар Мэгре тоже был большим любителем печенки.

– Кто?

– Комиссар Мэгре.

– Вроде, что-то знакомое… А, этот… как его?.. Француз!

– Точно!

Глава V

Посохин, прежде чем отправиться на разговор с Лерой – по документам Валерией Борисовной Лабинских – и ее подругами, попросил Рыбакову провести нечто вроде разведки по месту учебы девушек.

– Поговорите в колледже с преподавателями, поспрашивайте об этой компании своих бывших учеников, если таковые в колледже имеются. Мне не хочется на данном этапе следствия появляться в его стенах. Улик ведь против госпожи Лабинских и ее подружек никаких. Так, одни только наши с вами предположения. Не будем пока будоражить местное гражданское сообщество.

– Я понимаю.

– Но! – Посохин поднял вверх указательный палец. – Если девчонки все-таки имеют касательство ко всей этой истории, у них могут быть серьезные подельники.

– То есть, мне нужно быть предельно осторожной.

– Совершенно верно. И тогда все, как говорится, останутся живы и здоровы. С Карельским это наше оперативное мероприятие согласовано. Он считает, что ко всем ближайшим соседям Цаплиной нужно хорошенько присмотреться.

– Ко всем?

– Ну, за редким исключением. Согласитесь, следствию помогать не спешат – едва ли не за каждым бегать приходится, на вопросы отвечают неохотно… Не видел, не знаю, понятия не имею. Странно все это для такого маленького городка как наш.

– Как говорили древние: бойся равнодушных, ибо с их молчаливого согласия существуют и убийство, и предательство.

– Именно. Не знаю, может, они ей завидовали?

– Завидовали?

– Ну да, ее доходам. По бирючинским меркам она была женщиной состоятельной.

– Павел, а что вы об этой Лере уже знаете? Наверняка навели о ней справки. Мне будет проще работать, опираясь на какой-то фундамент.

– Ну, что о ней мы знаем… Девчонке девятнадцать лет. В следующем году заканчивает наш аграрный колледж. Учится по специальности «Экономика и бухгалтерский учет». Родилась в Меловатке. Окончила там девять классов. У родителей в селе небольшой магазинчик парфюмерии и бытовой химии. Младшая ее сестра учится в шестом классе. Участковый сообщил, что никаких особых проблем с Лерой Лабинских во время ее проживания в Меловатке у него не возникало. Родители ее тоже люди приличные. Что еще интересного?.. У нее есть водительские права. Своей машины пока не имеет, берет время от времени отцовскую. Занимается спортом. В волейбол играет.

– Подходящий рост?

– Рост у нее лишь немногим выше среднего, но, говорят, играет она хорошо. У нее классная подача, игру понимает на раз, очень выносливая.

– Учится она как? Узнавали?

– Кое-что разузнали обходным путем. Чтобы не поднимать волну. Начинала неплохо, но потом съехала на «тройки».

– Может, история с абортом на нее так подействовала?

– Не исключено.

– А с кем у нее были сексуальные отношения?

Посохин засмеялся.

– Валентина Васильевна, откуда же я знаю? Вам и карты в руки.

– Логично. Родители финансово ее поддерживают?

– Да. Ей еще и бабка с дедом по отцовской линии деньжат время от времени подкидывают.

– Одним словом, девчушка не бедствует.

– Точно. Регулярно ходит на дискотеку. Старается модно одеваться. Активно общается с молодыми людьми. Отмечу, что кое-кто из ее знакомых имеет весьма дурную репутацию. Не уголовный элемент, конечно, но где-то на подходе.

– Не назовете?

– Обойдемся пока без конкретики. Однако потом обязательно сопоставим наши данные с результатами ваших изысканий. У меня правило: источников информации должно быть несколько и они должны быть независимыми.

– Понятно. Как Штирлиц завещал. Она симпатичная?

– Девчонка?

Посохин вынул из папки фотографию и подал ее Рыбаковой. По антуражу было понятно, что снимок сделан на дискотеке.

– Жарких снимал.

Аккуратно держа снимок за уголок, Валентина Васильевна чуть откинула назад голову.

– Ничего, милая.

– Как сказал Серега, на любителя.

– Вы тоже так думаете?

Рыбакова с любопытством взглянула на майора. Он протянул руку.

– Дайте-ка.

– Присмотритесь. По-моему, в ней что-то есть. Фигура, например, у нее замечательная.

Посохин несколько секунд внимательно изучал фотографию. Потом сказал ровным голосом:

– Плечи немного широковаты, грудь – максимум двоечка, довольно длинные руки, но в целом… – Он снова сунул снимок в папку. – Нет, она ничего, но особо не цепляет… А вот ноги действительно просто отпад, и прическа мне нравится. Вкус у девчонки есть.

Посохин, спрятав фотографию в папку, положил руки на стол и принялся выстукивать пальцами какой-то военный марш.

– Ну что? Справитесь, Валентина Васильевна?

– Задание понятно, тактику я продумаю. … Справлюсь.

– Действуйте.

Рыбакова встала со стула.

– Могу задать один глупый вопрос?