Юрий Кривоногов – За гранью возможного. Том 2 (страница 19)

МИ-26 гудел, возвращаясь на базу ''За гранью'', его винты рассекали ночной воздух, а звёзды над пустыней казались холодными и далёкими. Я сидел рядом с Кирой, её голова лежала на моём плече, глаза были закрыты, но я знал, что она не спит – её пальцы слегка сжимали мою руку. Эмили, напротив, уткнулась в анализатор, её лицо освещалось тусклым светом экрана, а брови были нахмурены. Логан, молчаливый, смотрел в иллюминатор, его шрам выделялся в полумраке.

Когда вертолёт приземлился, база встретила нас привычным холодом и запахом металла. Мейсон уже ждал нас в ангаре, его форма была безупречной, но взгляд выдавал усталость. Он кивнул нам, его голос был низким:

– Хорошая работа. Теперь – полная проверка систем. Если наблюдатель здесь, мы его найдём.

Кира подняла голову, её голос был хриплым, но твёрдым:

– Нужно перезагрузить всё. Абсолютно всё. Это может вычистить его следы.

Мейсон посмотрел на неё, затем на Эмили, которая кивнула, не отрываясь от анализатора.

– Перезагрузка всей сети возможна, – сказала она. – Но это парализует базу на несколько часов. Рискованно.

– Оставаться с ним в системах – рискованнее, – возразил я, чувствуя, как усталость делает мой голос резким.

Мейсон кивнул, его пальцы коснулись жетона на шее.

– Делайте, – сказал он. – Эмили, начинай подготовку. Логан, удвой охрану. Кира, Юрий, помогите ей. Райан, проверь всех ещё раз.

Мы разошлись по своим задачам, но я заметил, как Кира посмотрела на меня – её глаза были полны усталости, но в них мелькнула тень чего-то нового. Надежды? Или желания сбежать?

В лаборатории мы с Кирой и Эмили погрузились в анализ систем. Экраны мигали, выводя потоки данных: энергосети, коммуникации, системы жизнеобеспечения. Эмили запустила глубокое сканирование, её пальцы мелькали по клавиатуре, а Кира отслеживала резервные каналы, где мы нашли эхо наблюдателя. Я помогал с сортировкой логов, но мои мысли были где-то далеко – в пустыне, где пепел ''Астора'' смешался с песком, или ещё дальше, в месте, где нет аномалий и разломов времени.

Через три часа Эмили откинулась на спинку кресла, её лицо было бледным, но довольным.

– Нашла, – сказала она. – Слабый сигнал в архивных серверах. Он не активен, но это он. Перезагрузка должна его стереть.

Кира посмотрела на экран, её глаза сузились.

– Уверена? – спросила она, её голос был напряжённым.

Эмили кивнула.

– На 90 процентов, – сказала она. – Лучше, чем ничего.

Мы доложили Мейсону, и он дал добро. Перезагрузка началась в полночь. Свет в коридорах мигнул, гул оборудования затих, и база погрузилась в непривычную тишину. Мы стояли в командном центре, глядя на экраны, где системы одна за другой отключались и запускались заново. Кира сжала мою руку, её пальцы были холодными, но сильными. Я почувствовал, как её дыхание замедляется, словно она боялась, что тишина обманчива.

Когда системы вернулись в онлайн, Эмили запустила повторное сканирование. Экран показал чистый результат – ни эха, ни следов наблюдателя. Она выдохнула, её плечи опустились.

– Кажется, сработало, – сказала она, но её голос был осторожным.

Мейсон кивнул, его взгляд был тяжёлым.

– Хорошо, – сказал он. – Продолжайте мониторинг. Но пока… отдыхайте. Вы заслужили.

Ужин в столовой был тихим. Мы с Кирой сидели за угловым столом, перед нами стояли тарелки с каким-то супом и котлетами, но еда казалась безвкусной. Логан и Райан обсуждали что-то у соседнего стола, их голоса были приглушёнными. Эмили ела молча, её взгляд был устремлён в пустоту. Кира ковыряла ложкой в тарелке, затем посмотрела на меня, её глаза были мягче, чем обычно.

– Юра, – тихо сказала она, – я больше не хочу быть здесь. Это… слишком. Я хочу выбраться. Куда-то, где нет баз, нет аномалий. Может, к морю.

Я почувствовал, как её слова отзываются в груди. Море. Я почти забыл, как оно звучит, как пахнет солью и свободой. Я сжал её руку под столом, мои губы дрогнули в улыбке.

– Тогда завтра, – сказал я. – Уедем. Куда угодно, лишь бы подальше отсюда.

Она улыбнулась, впервые за дни, и её лицо стало теплее. Мы доели ужин, не говоря больше ни слова, но её рука осталась в моей, как обещание.

Наша комната была холодной, но кровать казалась мягче, чем когда-либо. Мы легли, не раздеваясь, слишком уставшие, чтобы возиться с одеждой. Кира прижалась ко мне, её дыхание щекотало шею, а её рука лежала на моей груди. Я обнял её, чувствуя, как её тепло разгоняет холод, и погрузился в сон. Сон был глубоким, как бездна, и в нём не было ни мха, ни наблюдателя – только тишина. И Кира.

Глава 6 – Свобода

Утро прокралось в нашу комнату мягким, тусклым светом, пробивавшимся через приоткрытую дверь. Кира уже была на ногах, её силуэт в серой футболке и джинсах казался живым, почти невесомым, пока она завязывала волосы в высокий хвост. Её движения были быстрыми, но в них чувствовалась лёгкость, которой я не видел в ней уже давно. Я сел на кровати, потирая глаза, и не смог сдержать улыбку, когда она обернулась, поймав мой взгляд. Её голубые глаза блестели, как море, о котором мы оба мечтали, а в уголках губ играла искренняя радость.

– Готов? – спросила она, её голос был мягким, но с той искрой, которая всегда заражала меня её энергией.

– К морю? – уточнил я, чувствуя, как её энтузиазм пробуждает во мне что-то давно забытое.

Она кивнула, её улыбка стала шире, а глаза загорелись предвкушением.

– Мейсон дал добро на отдых, – сказала она, поправляя ремень на джинсах. – Я нашла старый седан в гараже. Едем в Сильвер-Бэй. Там тихо, и… море.

Я задумался, пытаясь прикинуть расстояние. Географию в школе я не прогуливал, но Америка всё ещё была для меня загадкой. От Гринвуда до Сильвер-Бэй – это, должно быть, тысячи километров. Долгая дорога, но с Кирой я был готов хоть на край света.

– Сильвер-Бэй? – переспросил я, приподняв бровь. – Кира, это же… три тысячи километров, если я правильно помню. По дорогам.

Она не удивилась, её взгляд остался твёрдым, но в нём мелькнула озорная искра.

– И что? – ответила она, скрестив руки на груди. – Мы справимся. Планеты в миллионах километров отсюда нас не сломили, а какие-то три тысячи – тем более.

Я рассмеялся, чувствуя, как её уверенность прогоняет последние тени сомнений. Она словно прочла мои мысли – её глаза на миг сузились, и я почувствовал лёгкое тепло в голове, как будто она ответила мне без слов: Конечно справимся. Это ощущение уже не пугало, как в первый раз. Кира редко так делала, но я привык к её тихим вторжениям, к этой странной связи, которая нас объединяла.

В дверь постучали, и я вздрогнул, вырванный из момента. В комнату вошёл Джоуи, его лицо было, как всегда, невозмутимым, но в глазах мелькнула тень любопытства.

– Юрий, – сказал он, поправляя ремень винтовки. – Мейсон ждёт вас в кабинете.

Кира нахмурилась, её пальцы замерли на ремне рюкзака, который она уже начала собирать.

– Он что, решил отменить наш отпуск? – спросила она, её голос был резким, но в нём сквозила тревога. – Пару часов назад он был за.

Я пожал плечами, стараясь скрыть собственное беспокойство.

– Не знаю, Кира, – сказал я, коснувшись её плеча. – Но я не дам ему запереть нас здесь. Обещаю.

Она посмотрела на меня, и её губы дрогнули в слабой улыбке. Я почувствовал, как её тревога отступает, и направился к кабинету Мейсона, шагая по знакомым коридорам базы, где запах металла и антисептика въелся в стены.

Мейсон ждал меня за своим столом, перед ним стояла кружка кофе, от которой поднимался лёгкий пар. Его форма была безупречной, но тени под глазами выдавали бессонные ночи. Он кивнул, жестом приглашая сесть на диван, и я почувствовал, как напряжение в груди слегка отпускает.

– Собрались в отпуск? – спросил он, его голос был ровным, но в нём мелькнула тень улыбки.

– Так точно, – ответил я, стараясь звучать так же спокойно, хотя в груди росло напряжение.

Мейсон слегка усмехнулся, откинувшись на спинку кресла.

– Ничего против не имею, – сказал он, и я почувствовал, как плечи расслабляются. – Вы заслужили. Но я вызвал тебя по другой причине.

Он потянулся к ящику стола и достал два конверта, их края были чуть помяты, но запечатаны аккуратно. Я смотрел на них, не понимая, что происходит.

– У тебя же нет документов, – продолжил Мейсон, приподняв бровь. – Кроме пропуска на базу, ты… – он замялся, подбирая слова, – не существуешь в этом мире. По бумагам.

Он был прав. Я был призраком, человеком без прошлого, без имени в реестрах. Но мысль о том, что какая-то бюрократия может остановить нашу поездку с Кирой, казалась нелепой после всего, через что мы прошли.

– Вот, держи, – Мейсон протянул мне один конверт, затем второй. – Это для тебя и для Киры. Паспорта, права, пропуска, телефоны для связи. Если вас остановят, никто не придерется. И это для Киры, – он передал второй конверт. – То же самое.

Я взял конверты, чувствуя их тяжесть в руках, и посмотрел на Мейсона, не скрывая удивления. Он улыбнулся, но его глаза остались серьёзными.

– Спасибо, генерал, – сказал я искренне, и в моём голосе прозвучала благодарность.

– Не за что, – ответил он, но затем его взгляд стал хитрым. – И вот ещё.

Он достал из кармана связку ключей и положил их на стол. Я уставился на них, не понимая, что это значит.

– Это от машины, – пояснил Мейсон, заметив моё замешательство. – Стоит в гараже, для безопасности. Выгуляйте её. Она любит дорогу.