Юрий Кривоногов – За гранью возможного. Том 2 (страница 18)

Кира, склонившись над терминалом, вывела на экран трёхмерную модель корпуса ''Астора''.

– Смотрите, – сказала она, указывая на пористые участки. – Эти структуры… они как антенны. Я думаю, мох использовал их для передачи данных. Если наблюдатель ушёл через них, он мог оставить след.

Эмили подключила свой анализатор, её глаза бегали по экрану.

– Ты права, – сказала она. – Есть остаточные частоты. Но они… фрагментированы. Как будто он разделил себя на части.

Я почувствовал, как холод пробирает до костей. Разделил себя. Это звучало как вирус, способный затаиться в любом уголке базы – или за её пределами. Я посмотрел на Киру, и её глаза встретились с моими. В них была решимость, но и тень страха.

– Мы не можем оставить ''Астор'' здесь, – сказал я, мой голос был низким. – Даже если он чист, он… как маяк. Если наблюдатель вернётся, он начнёт с него.

Кира кивнула, её губы сжались в тонкую линию.

– Тогда мы вывозим его, – сказала она. – И сжигаем. Но сначала – полный анализ. Мы должны быть уверены.

Эмили подняла взгляд, её лицо было напряжённым.

– Это риск, – сказала она. – Если в корпусе осталась энергия, сжигание может высвободить её. Нам нужно нейтрализовать структуры перед транспортировкой.

Я кивнул, чувствуя, как её слова отзываются в груди. Мы были на грани, и каждый шаг мог стать последним.

К утру мы подготовили план. Мейсон, выслушав наш отчёт в командном центре, выглядел мрачнее обычного, его пальцы нервно теребили жетон. Логан и Райан стояли у стены, их лица были суровыми, но внимательными. Экран показывал ангар 7, где ''Астор'' висел, окружённый усиленным силовым полем, а пустые скафандры стояли, как безмолвные стражи.

– Вы предлагаете вывезти корабль? – спросил Мейсон, его голос был низким, но требовательным.

Кира шагнула вперёд, её голос был спокойным, но твёрдым:

– Да, – сказала она. – Мы нейтрализуем пористые структуры с помощью электромагнитного импульса, чтобы исключить остаточную энергию. Затем вывозим ''Астор'' на тяжёлом вертолёте в Зону 51 – она достаточно удалена и охраняется. Там мы сжигаем его под контролем. Скафандры тоже вывозим и уничтожаем. Мы с Юрием и Эмили полетим, чтобы проконтролировать процесс.

Эмили добавила, её голос был резким:

– Мы уже протестировали импульс на образцах мха. Он разрушает микроструктуры без взрыва. Это безопасно… насколько это возможно.

Мейсон посмотрел на нас, его взгляд был тяжёлым.

– А если наблюдатель всё ещё там? – спросил он. – Или в системах базы?

Кира сжала кулаки, её голос не дрогнул:

– Мы продолжаем сканирование сети. Если он здесь, мы найдём его. Но ''Астор'' – это угроза, которую мы можем устранить. Оставлять его нельзя.

Мейсон кивнул, его плечи слегка опустились, как будто он принял неизбежное.

– Хорошо, – сказал он. – Готовьте импульс. Я организую вертолёт и команду для Зоны 51. Эскорт из двух истребителей – на всякий случай. Эмили, Кира, Юрий – вы отвечаете за нейтрализацию и контроль сжигания. Райан, обеспечь медподдержку.

– Тогда не теряем времени, – сказала Эмили, её голос был твёрдым. – Начинаем.

Нейтрализация ''Астора'' заняла несколько часов. Мы с Кирой и Эмили работали в ангаре, дистанционно управляя роботами, которые направили электромагнитный импульс на корпус корабля. Экран показывал, как пористые структуры тускнеют, их микросвязи разрушаются, как стекло под молотком. Скафандры обработали тем же способом, и их сенсоры перестали фиксировать любые сигналы. Я смотрел на Киру, её лицо было сосредоточенным, но я видел, как её пальцы дрожат, когда она вводила команды.

– Готово, – наконец сказала Эмили, её голос был полон облегчения. – Корабль и скафандры чисты. Энергии нет. Можно вывозить.

Логан, стоявший у лифта на поверхность, кивнул.

– Вертолёт готов, – сказал он. – Истребители на подлёте. Зона 51 ожидает. Пора.

Мы с Кирой и Эмили поднялись на борт тяжёлого вертолёта, судя по всему это был МИ-26, только в другой раскраске. Гул винтов заглушал все звуки, а вибрация отдавалась в груди. Через иллюминатор я видел, как земля разверзлась и открыла Седьмой ангар, где Астор уже был закреплен и готов к траспортированию. Пилот ловко зацепил трос и начал взлетать. Я чувствовал, что вертолёту тяжело, но он справился. Мы взлетели. Два истребителя, их силуэты чётко вырисовывались на фоне серого неба, заняли позиции по бокам, их двигатели оставляли за собой белые шлейфы. Кира сидела рядом, её рука лежала на моём колене, а взгляд был устремлён в иллюминатор. Эмили проверяла анализатор, её лицо было напряжённым, но сосредоточенным.

– Если что-то пойдёт не так… – начала Кира, её голос был едва слышен из-за гула.

– Не пойдёт, – перебил я, сжав её руку. – Мы всё проверили. Закончим это.

Она посмотрела на меня, её глаза были полны тревоги, но уголки губ дрогнули в слабой улыбке. Я почувствовал, как её тепло разгоняет холод в груди, и отвернулся к иллюминатору, где пустыня Гринвуда уступала место бескрайним пескам.

Летели мы довольно долго. Зона 51 встретила нас знойной тишиной, нарушаемой лишь далёким воем ветра, гнавшего песок по бескрайней пустыне. Солнце клонилось к горизонту, заливая всё вокруг багрово-золотым светом, отчего бетонные барьеры, окружавшие площадку, отбрасывали длинные, зловещие тени. Я чувствовал, как вибрация машины отдаётся в груди, словно отголосок нашего напряжения. Через иллюминатор я видел, как ''Астор'', подвешенный на толстых стальных тросах под брюхом вертолёта, покачивался, его корпус тускло поблёскивал в закатных лучах, покрытый серым пеплом мха. Пустые скафандры, закреплённые рядом, казались призраками, безмолвно парящими над землёй. Два истребителя, сопровождавшие нас, сделали прощальный круг над зоной, их рёв разорвал тишину, а затем затих, когда они скрылись за горизонтом, оставив за собой лишь белые шлейфы в алом небе.

Процесс разгрузки был медленным и напряжённым. Техники в защитных костюмах, их фигуры расплывались в мареве жара, управляли кранами, осторожно опуская ''Астор''на подготовленную площадку. Тросы скрипели, натягиваясь под весом корабля, и я невольно затаил дыхание, когда его корпус коснулся земли, подняв облако пыли, подсвеченное закатом. Скафандры опустили следом, их металлические оболочки глухо звякнули, упав на песок. Датчики, расставленные по периметру, мигали зелёными огоньками, отслеживая малейшие всплески энергии. Команда техников уже готовила плазменные горелки, их синие языки пламени пробовали воздух, отбрасывая резкие, танцующие тени на барьеры.

Мы с Кирой и Эмили поднялись на наблюдательную вышку, её бронированное стекло холодило пальцы, когда я коснулся его, глядя на площадку внизу. Кира стояла так близко, что я чувствовал тепло её тела, её рука дрожала, когда она нашла мою и сжала с такой силой, будто боялась, что я исчезну. Её глаза, голубые, как море, которого мы не видели так давно, были полны смеси страха и решимости, отражая пылающий закат. Я повернулся к ней, и на миг мир сузился до её лица – бледного, с тёмными кругами под глазами, но всё ещё прекрасного, как в тот день, когда мы впервые встретились.

– Юра, – прошептала она, её голос дрожал, едва пробиваясь сквозь гул в моей голове. – Мы… мы победим, правда?

Я сжал её руку в ответ, чувствуя, как её страх эхом отзывается во мне. Хотел сказать что-то обнадёживающее, но слова застревали в горле. Вместо этого я притянул её ближе, обняв за плечи, и почувствовал, как она на миг расслабилась, уткнувшись лбом в моё плечо. Эмили, стоявшая рядом, молчала, её пальцы нервно теребили анализатор, но я знал, что она чувствует то же – смесь облегчения и ужаса перед неизвестным.

Логан, руководивший операцией внизу, подал сигнал, и горелки ожили, извергая ослепительные столбы пламени, которые взметнулись к небу, окрашивая его в синий и багровый. Жар пробивался даже через бронированное стекло, обжигая кожу, и я почувствовал, как Кира вздрогнула, прижимаясь ко мне сильнее. ''Астор'' начал плавиться, его корпус, изуродованный мхом, растворялся в огне, словно мираж, поглощаемый пустыней. Металл тек, как лава, испуская искры, которые взлетали ввысь, смешиваясь с закатным светом. Скафандры исчезли почти мгновенно, их оболочки вспыхнули и рассыпались в пепел, который ветер подхватил и унёс в пустыню, как призраков, наконец отпущенных на свободу.

Кира подняла голову, её дыхание было прерывистым, а глаза блестели – от слёз или отражений пламени, я не знал. Она посмотрела на меня, и в её взгляде было столько боли и надежды, что моё сердце сжалось.

– Всё? – спросила она так тихо, что я едва расслышал, её голос дрожал, как струна, готовая лопнуть.

Я хотел ответить, но Эмили опередила, её голос был низким, почти механическим, когда она взглянула на анализатор:

– Физически – да. Никаких сигналов, никакой энергии. Но наблюдатель… – она замялась, её пальцы замерли на экране, – мы не знаем, где он.

Кира сжала мою руку так сильно, что стало больно, но я не отдёрнул её. Я посмотрел на неё, пытаясь передать ей свою уверенность, которой почти не осталось. Её губы дрогнули, и она слабо улыбнулась, но в её глазах всё ещё тлел страх. Пламя внизу догорало, оставляя лишь чёрный шрам на песке, подсвеченный угасающим закатом. Мы уничтожили ''Астор'', но аномалия, как тень, всё ещё витала где-то в разломах времени, и я знал, что наша борьба далека от конца.