Юрий Корчевский – Медаль для разведчика. «За отвагу» (страница 26)
Майор к заброске в немецкий тыл явно готовился, знал звания и фамилии начальников абвергрупп и команд, их дислокацию. При таком мимолетном каверзном вопросе можно засыпаться, вот как сейчас. Лейтенант из ГФП оказался не так прост, но и майор подготовлен на совесть. Игорь знал его несколько часов и пока не очень надеялся остаться в живых, если честно. Небольшой прокол в подготовке, и весь маскарад летит к чертям. ГФП – фактически аналог Смерша, и контрразведчики там подготовлены хорошо, Игорь сам сейчас убедился.
Майор выглядел невозмутимым, и Игоря эта выдержка порадовала. Есть надежда, что сработаются. Прошли на вокзал, майор приобрел по воинским проездным документам билеты на поезд до Могилева. Поезд должен был идти кружным путем, через Барань и Шилов. Состава пришлось ожидать около часа. Зашли в станционный буфет, перед входом надпись на немецком и русском «Только для немцев». Обслуга из русских, но по-немецки лопотала шустро. Приспособились за годы оккупации. Меню из немецких блюд. Майор просмотрел его мельком:
– Два айсбана и пиво. Фридрих, вы какое предпочитаете?
– Светлое, от темного у меня изжога.
Официант, стоявший у столика, кивнул:
– Айн момент.
На самом деле приготовлено было хорошо или Игорь проголодался, но съел быстро. А еще пиво, по которому соскучился. Пиво бочковое, из Германии, вкус отменный. Майор ел деликатно, не спеша. Все же офицер, а не фельдфебель. Расплатился рейхсмарками, хотя на оккупированных территориях были в ходу оккупационные марки. Когда вышли на перрон, майор тихо сказал:
– Молодец, хорошо держишься, я за тебя беспокоился.
Ну да, знал бы он, что Игорь и в Германии был, буфетом его не удивить. Подъехал поезд. Не товарные вагоны, в каких возили наших бойцов, а самые настоящие пассажирские. Только колея перешита на европейскую, узкую, оттого и вагоны маленькие. В купе уже оказался пассажир – гауптман со знаками артиллериста. От гауптмана попахивало спиртным. Он увидел эмблемы связиста на майоре и сапера у Игоря.
– Драпаете от русских?
– Почему вы так решили? – вопросом на вопрос ответил майор.
– Ваше место на фронте.
– По-моему, вы тоже направляетесь не на фронт.
– Я за пополнением, – буркнул гауптман. – Выпить не желаете или побрезгуете?
– С удовольствием.
Гауптман вытащил из саквояжа бутылку коньяка, раскладной стаканчик. Налил, предложил майору. Все же он старше по званию.
– Прозит! – приподнял стаканчик майор, поднес его к носу, понюхал, сделал глоток. – Коньяк хорош!
И допил медленно, смакуя.
– Мне кажется, вы штабная крыса, – заявил гауптман.
Плеснул себе спиртное в стаканчик и опрокинул в рот. Стаканчик был мал, грамм пятьдесят, но немцы обычно не пили залпом.
– Почему же?
– На фронте так не пьют. Там каждый день как последний.
– Вы правы. Я не стреляю по врагам, мое дело связь. Согласитесь – нужная служба.
Вагон раскачивало на стыках. Дверь сдвинулась. На пороге стоял офицер, из-за его плеча был виден солдат.
– Патруль, приготовьте документы.
Каждый протянул свои. У гауптмана, кроме офицерского удостоверения, был приказ и командировочное удостоверение. Проверяющий сразу ему вернул, взял документы майора.
– Фер-бидунгсштелле? – переспросил он.
– Господин обер-лейтенант, вы же читать умеете? Зачем озвучивать?
– Простите, служба, – стушевался обер-лейтенант.
У Игоря проверять не стал. С военной разведкой связываться армейские офицеры не любили. У абвера вечно секреты, только геморрой наживешь.
Когда патруль перешел к следующему купе, гауптман протянул:
– А вы говорили, герр майор, что связист. Думаете, я не знаю, что такое «Фер-бидунгсштелле». Никакая это не служба связи. Из-за вас, из-за вашей службы война идет не так!
– Почему?
– Ваш Канарис заявил, что Россия – это колосс на глиняных ногах. Обманули фюрера, обманули армию!
– У России оказались большие людские и мобилизационные резервы. А еще помощь по ленд-лизу.
Гауптман явно считал абвер и все разведслужбы рейха виноватыми в поражениях вермахта в военной кампании. Замолчал, смотрел в окно, пил в одиночку. К счастью, поезд уже подходил к Могилеву. Проводник прошел по вагону, предупредил о станции. А что собирать вещи, когда из груза только ранец? И что в нем, Игорь не знал, хотя посмотреть хотелось. Вдруг проверка патруля? С гауптманом не прощались, он смотрел на обоих с пренебрежением.
Выйдя на перрон, майор решительно направился в город. Игорь шагал за ним. Плохо, что он не знает задания, целей. Случись непредвиденное, он не знает, что предпринять. Возвращаться назад? Еще когда подъезжали к городу, он видел из вагона, что окраины города пострадали от войны. Но центр был в приличном состоянии.
Дома целые, ходят люди, проезжают машины, причем только военные. Майор шел быстро, явно торопился к известному ему месту, поскольку проходил через дворы, сокращая путь. Игорь понял – майор в Могилеве уже был. Спешка объяснилась довольно скоро. Из переулка вышли на улицу, майор остановился:
– Видишь вон там «Вандерер»?
– Зеленый?
– Да. У меня там встреча. Ты стоишь, наблюдаешь. В случае нештатной ситуации открываешь огонь, отвлекаешь на себя. Наша задача – дать возможность уйти нашему человеку из машины. Если подам сигнал – махну рукой из открытого окна, подойдешь, передашь ранец. Вопросы?
– Все понятно.
Игорь сразу передернул затвор «парабеллума», поставил его на предохранитель, сунул в кобуру, но клапан не застегивал. Теперь открыть огонь дело одной секунды. Но он четко понимал: в случае попытки захвата майора и его визави, открой Игорь огонь, тут же станет мишенью, целью номер один. Был бы хоть автомат, а пистолет хорош только для ближнего боя. Чувствовать себя подсадной уткой не совсем комфортно, но таковы правила, придуманные не им.
«Вандерер» был машиной небольшой, такими пользовались в вермахте чины невысокие.
Майор неспешной походкой направился к машине. Наверняка по пути обшаривал взглядом окружающее пространство – нет ли опасности?
Поравнявшись с машиной, открыл дверцу, сказал несколько слов, уселся. Уже хороший знак, контакт с агентом состоялся. Игорь вертел головой. Метрах в тридцати идут две пожилые женщины, в полусотне метров два солдата, но они удаляются. И машин не видно. Остаются дома. Но за окнами никто не стоял, не наблюдал.
Майор приоткрыл окно, поднял вверх руку. Игорь сигнал уловил. Ленивой походкой направился на другую сторону улицы, поравнялся с машиной. Задняя дверца распахнулась, он снял ранец, забросил на сиденье, уселся сам. Человек за рулем был в плаще, шляпе, отвернул в сторону лицо.
Конспиратор хренов! Майор взял ранец, открыл, вытащил из него небольшой пакет, положил себе на колени. Потом протянул Игорю другой небольшой пакет.
– Положи в карман. Там фотопленка. В случае непредвиденной ситуации вскрой. Пленка не проявлена, засветится. Бери ранец и возвращайся на прежнее место.
Игорь взял ранец за ремни, вышел, прикрыв дверцу, вернулся на угол. Место для наблюдения удобное. Майора не было еще четверть часа. Видимо, шел серьезный разговор.
Затем майор вышел, машина тут же поехала. Лицо у майора было бесстрастное.
– На встречу успели, уже хорошо. Если опоздали бы, пришлось бы ждать двое суток. О том, что видел, забудь.
– А что я видел? Затылок в шляпе?
– Вот и его забудь. Нам на вокзал.
Пока майор покупал билеты, Игорь стоял в стороне. Вернувшись, майор сказал:
– Наш поезд через два часа. Пора перекусить.
Кто был бы против? То ли рацион вокзальный лучше, чем в Орше, то ли майор, довольный встречей, расщедрился. Но заказал он рульку и пиво.
Игорь и в свое время такое не пробовал, а на войне тем более. Но запеченная свиная нога оказалась выше всяких похвал. Игорь про себя обматерил немцев. Надо же, война идет, а они в тылу, уже не очень глубоком, пиво пьют и рульку жрут. Ели и пили пиво не спеша, до поезда уйма времени.
Когда сели в купе, майор снял китель и сапоги.
– Надо вздремнуть, до Минска почти три часа. И тебе советую.
Игорь тоже улегся на полку, прикрыл глаза. Но в безопасности себя не чувствовал, все же в тылу врага, был настороже. Отдых требовался, бессонная ночь сказывалась.
При подъезде к Минску в дверь постучал проводник:
– Господа, подъезжаем! Попрошу приготовиться.
Игорь полагал, что из Минска они отправятся в Борисов. Все же по документам они проходили службу именно там. Но майор уверенно направился в гостиницу для военнослужащих.
Снял двухместный номер.