Юрий Иванов – Хрестоматия успеха (страница 8)
В домах братьев Бахрушиных часто бывали знаменитые актеры, театральные деятели, семья выкупала в любимых театрах ложи. Не удивительно, что и следующее поколение Бахрушиных, внуки Алексея Федоровича, с детства знали и любили театр.
К этому поколению принадлежал и внук Алексей Александрович Бахрушин. В гимназии Алеша не отличался успехами и даже не доучился (о чем впоследствии сильно жалел). В семье не принято было бить баклуши, и он отправился работать на отцовский завод, а вечерами с головой погружался в бурную светскую жизнь, отдавая предпочтение всему, что связано было с театром. Он любил театр во всех его проявлениях, опера ли это, балет или драма. Коллекционировал всякие мелкие предметы, связанные с театром. Но настоящая коллекция, которая станет делом всей его жизни, началась со случайности. Как-то Алексей критически отозвался о бессистемности коллекции памятных вещиц, связанных с театром: театральных афиш, программок, фотографий, которые собрал его кузен Сергей Куприянов. Братья поспорили, неизвестны детали спора, но Бахрушин вызвался за месяц собрать коллекцию больше и лучше, чем у Сергея. И собрал.
Он пропадал по воскресеньям на Сухаревке, где тогда можно было купить что душе угодно – от полного барахла до настоящих сокровищ, нередко – краденых, ценность которых безграмотные торговцы еще не успели толком определить. Алексей Александрович Бахрушин рылся в старокнижных лавках у Китайской стены, покупал интересное у антикваров.
Спор им был выигран, но Бахрушин так увлекся, что уже не смог остановиться. Он пополнял и пополнял свою коллекцию. Сначала это был поток разрозненных вещей, среди которых находились афиши, программки, рукописные тексты пьес, вещи, принадлежащие актерам, балетные туфельки знаменитых балерин и другое.
Большинство знакомых иронизировали над внезапно открывшейся страстью, многим это занятие казалось собиранием пустяков. Тогда никто не думал, что коллекция Бахрушина однажды станет важным и ценным достоянием города и страны, большим вкладом в целую настоящую науку – историю театра.
Чтобы узнать объективную оценку результатов своего увлечения, 29 октября (10 ноября) 1894 года Бахрушин впервые решился показать все, что было собрано к тому моменту. Этот первый показ, который он организовал в родительском доме в Кожевниках и стал датой основания его будущего музея.
А в 1899 году коллекция сделалась широко известной после того, как экспонаты из собрания Бахрушина появились в Ярославле на выставке, посвященной 150-летию русского театра. Ведь именно там, в Ярославле, в 1750 году, как считается, купеческий сын Федор Волков основал русский профессиональный театр. К слову, еще одно совпадение: театр Волкова, по преданию, начался с постановок в кожевенном амбаре.
Выставка показала, что «собрание пустяков» превращается в большую, ценную, уникальную коллекцию. Отношение окружающих к необычному увлечению Алексея Бахрушина стало меняться.
Коллекция росла как на дрожжах, расползалась по дому, заняла собой сначала служебные, потом и жилые комнаты, и даже конюшню с каретным сараем. Она грозила совсем вытеснить из дома его жильцов и владельцев.
Поскольку коллекция продолжала расти, отец отдал Алексею под нее еще один особняк, но и тот в короткое время был забит доверху.
Не каждая хозяйка такое стерпит, но Алексею Александровичу Бахрушину повезло с женой – она с не меньшим азартом увлеклась его коллекционированием. Вера Васильевна Носова, дочь купца-миллионщика, активно стала помогать мужу. Для систематизации и оформления коллекции она научилась печатать на машинке, переплетать рукописи, фотографировать и даже резать по дереву. На ней лежал и сбор информации, посвященной современным театральным событиям.
Много интересных моментов было связано с предметами, которые попадали в театральную коллекцию Бахрушина.
В 1900 году знаменитый итальянский оперный трагик, непревзойденный исполнитель роли Отелло Томмазо Сальвини приехал на гастроли в Россию. Как-то раз после спектакля Сальвини еще в гриме венецианского мавра сидел в актерской курилке со своим другом, известным театральным коллекционером, купцом Алексеем Александровичем Бахрушиным. Вдруг в дверях комнаты появились режиссер Малого театра Алексей Михайлович Кондратьев и прима театра Мария Николаевна Ермолова. Актриса протянула итальянцу руку, и грим мавра в одно мгновение отпечатался на ее белой перчатке. Неловкую ситуацию мастерски исправил режиссер Кондратьев. Он предложил передать перчатку величайшей российской актрисы с гримом величайшего итальянского актера в коллекцию Бахрушина. Перчатка Ермоловой, равно как и тысячи других необычных, небезызвестных, а порой и неожиданных предметов, до сих пор хранится в Театральном музее.
Алексей Александрович не ограничивался предложениями антикварщиков и коммерсантов и для пополнения своей сокровищницы нередко шел даже на забавные ухищрения. Например, приглашенного в гости актера Алексей Александрович подводил к небольшой витрине, в которой были выставлены малозначительные предметы, связанные с творчеством этого артиста. Извиняясь, заявлял, что собранное им никак не отражает глубину таланта и значимость актера, но, к сожалению, большего он найти не смог. Как правило, такой прием срабатывал – гость расщедривался и передавал в музей немало интересного.
Алексей Александрович стал своим человеком в театральном мире. С 1897 года он был членом совета Российского театрального общества, главой Московского театрального бюро, был завсегдатаем комиссий и комитетов, связанных со всеми крупными событиями культурной жизни Москвы.
В 1913 году коллекция была уже настолько ценна с точки зрения истории искусства, что ей заинтересовалась Академия наук. Передача коллекции прошла в торжественной обстановке, а Алексей Александрович был награжден за этот жест доброй воли орденом Святого Владимира 4-й степени, и оставался пожизненным попечителем музея.
В 1906 году умер младший из братьев Бахрушиных, Василий Алексеевич. Незадолго до смерти он успел увидеть воплощенным еще один свой личный благотворительный замысел: большое здание на Смоленском бульваре, 4, где разместились сразу шесть начальных училищ для мальчиков и девочек. Память о Василии Алексеевиче хранит и храм Василия Исповедника у Рогожской заставы, построенный на средства купца, – он уцелел и ныне действует. В завещании младшего из братьев Бахрушиных помимо прочих благотворительных сумм были указаны и средства на стипендии учащимся мужской гимназии, Московского университета, Московской духовной академии и семинарии, Академии коммерческих наук.
В 1916 году не стало Александра Алексеевича. Последний из своего поколения Бахрушиных, он завещал на благотворительность огромную сумму – 800 000 рублей. Провожая отца в последний путь, его наследники вместо пышных купеческих поминок устроили поминальный обед для сотрудников семейных предприятий, а 10 000 рублей в память об отце передали в качестве пожертвования городскому попечительству о бедных.
В 1918 году собрание Алексея Александровича Бахрушина было передано в ведение Театрального отдела Народного комиссариата по просвещению, а сам Алексей Александрович по предложению В. И. Ленина назначен директором музея, каковым и оставался до самой смерти в 1929 году. Его коллекция была размещена в бывшей усадьбе своего основателя и по сей день занимает красивый особняк в псевдорусском стиле на улице Бахрушина. Только этот музей и эта улица и сохраняют сегодня имя знаменитой московской династии – династии купцов и благотворителей.
Масштабы благотворительности братьев Бахрушиных были грандиозными, и даже спустя век с лишним, их дела вызывают невероятное восхищение и уважение!
В общей сложности Бахрушиными было создано около десятка профессиональных училищ, заложены основы трех музеев (включая и Театральный музей Бахрушина), с их помощью создано четыре театра. Братья построили 10 храмов, систематически помогали 17 храмам и 3 монастырям. Всего же, по воспоминаниям родственников, Бахрушины оказали значительное участие в создании или создали с нуля около 100 учреждений. На филантропию, включая пожертвования Церкви, эта семья потратила более 6 млн. 390 тыс. рублей. При том, что к 1917 году недвижимое имущество фирмы оценивалось в 5 млн. 215 тыс. рублей. Братья тратили на благотворительность больше, чем на бизнес, и процветали. Для сравнения, самый богатый человек Российской Империи барон Александр Штиглиц имел состояние примерно в 100 млн. рублей, а пожертвовал около 6 млн. рублей. Братья Третьяковы обладали капиталом более 8 млн. рублей, а пожертвовали более 3 млн. рублей.
В 1901 году Александр Алексеевич и Василий Алексеевич Бахрушины (Петр Алексеевич умер в 1894 году от холеры) «за многолетнюю благотворительную деятельность в пользу беднейшего населения Москвы» были удостоены звания почетных граждан. С момента появления этого звания и до революции его удостоились всего 12 человек, и из них купцов было всего трое: Павел Третьяков и братья Александр и Василий Бахрушины.
Многие купеческие семьи занимались широкой благотворительностью: Абрикосовы, Алексеевы, Баевы, Карзинкины, Лепешкины, Морозовы, Третьяковы и другие. И все же самый весомый вклад в дело благотворительности сделали именно Бахрушины. После революции иностранные журналисты спросили внучку одного из Бахрушиных, как теперь они собираются жить, оставшись без денег. Она ответила: «Ничего не жаль, была бы жива держава».