Юрий Гализдра – Секторальные сказы. Книга 2 (страница 3)

Ответом Кошу стал яростный рык, ибо Зверь только что на собственной шкуре ощутил силу Поражающего Голоса. Ментальное воздействие, коррелируя со звуковым сопровождением, уязвляло синапсы нервной системы и заставляло их входить в состояние конвульсивного ступора, что заставляло жертву корчиться в непроизвольных судорогах.

– Подойди ко мне, – повторил отпрыск Чернобога, остановившись напротив укрытия, представленного густым жестким кустарником на противоположной стороне поляны, – Я не хочу вытаскивать тебя оттуда, словно каменную крысу.

Отдать должное Скиперу – тот был искусным и отважным воином. И, окажись ситуация для Коша внезапной, неизвестно как сложилось бы соотношение сил, ибо для состояния ментальной концентрации требовались определенные усилия. Однако и в таких, изначально невыгодных для него условиях Зверь сумел проявить свой могучий потенциал. Отчаянно сопротивляясь поражающему его пси-воздействию, в припадке ярости он выскочил из укрытия и ринулся к ожидавшему его противнику, силясь добраться и поразить. Но не смог, так как в этот самый миг щупальца ментального спрута тяжело пали на его сознание и, обрушив естественную мощную биологическую защиту, полностью лишили носителя сил и способностей. Выронив из ослабших конечностей обнаженное и активированное силовое оружие, коим он прежде безжалостно кромсал противников, в отчаянном реве Скипер рухнул прямо в чавкающую грязь у ног победителя. Рухнул и принялся корчиться от невыносимой боли, выворачивавшей его нервную систему наизнанку. Остальные приспешники, обуянные ужасом, остались робко наблюдать за унижением своего господина из своих укрытий.

– Ты виновен, Зверь, – произнес Кош Хладный, дождавшись, когда лежащий у его ног устанет сопротивляться и в изнеможении затихнет, беспомощно взирая вверх страшно выпученными очами, – И ты знаешь это. За твое ослушание и твои коварные замыслы я вправе лишить тебя жизни. Это так?!!!

Неясное тихое мычание стало ему ответом.

– Но ты прослыл верным слугой моего родителя на протяжении долгого времени, – продолжил Кош, – И я считаю неправильным казнить тебя, не дав шанс искупить собственную вину. Готов ли ты признать мое превосходство и преклонить предо мной колени, как пред господином? Готов ли послужить мне, не замышляя более козней? Говори!!!

Он отступил на шаг, одновременно ослабив ментальную хватку и вернув недавнему противнику возможность движения. Ощутив это, Скипер-Зверь выставил могучие конечности и приподнял дрожащее в изнеможении тело над той жидкой грязью, в которой только что валялся. Затем, сделав усилие, поднялся вертикально и, шатаясь, встал напротив победителя.

– Ты достойный сын своего великого родителя, – наконец произнес Зверь своим густым басом, – И достойный вой. Я ошибался в тебе. И… – Кош почувствовал, что гордому воеводе нелегко даются эти слова, – …Я готов склониться пред тобой, повелитель.

Глубокий поклон гиганта выглядел по-своему грациозно и торжественно. Затем, по всей очевидности окончательно возвратив контроль над своим телом, Зверь смиренно опустился на колени, демонстрируя полную покорность.

– Забудем распри, славный вой, – оценил его послушание осторожный отпрыск Чернобога, – Нам лучше держаться заодно. И для того, чтобы подкрепить свои слова делом, я предлагаю нам с тобой отныне поделить сферы влияния на просторах Ярых миров. Родителем моим мне дана власть над царством, которое создано только твоими трудами. Учитывая былую роль и заслуги, я предлагаю тебе поделить его между нами равно и справедливо. Твое призвание – война. Тогда бери половину территорий со стороны ирийского приграничья и полноправно властвуй на этих просторах от моего имени. Я же, в свою очередь, останусь властвовать в другой стороне, не пересекая свои интересы с твоими. Союз, который я тебе предлагаю, станет крепок только тогда, когда мы перестанем вмешиваться в дела друг друга. Согласен?

-Устами победителя гласит истина, – судя по голосу, ярость Зверя угасла, сменившись хмурой настороженной уравновешенностью, – Однако же, наш договор аннулируется сразу, как вести о нем достигнут слуха Пекального владыки. Его воля непоколебима, и он сразу же покарает меня за измену. Учитывая это обстоятельство, не стоит строить подобные планы.

– Так будет, если наш договор представят огласке, – возразил Кош, приблизившись на шаг к недавнему противнику, – А в планах моих этого не делать. Как видишь, Скипер, я нахожусь здесь в одиночестве, чтобы сохранить уверенность, что с моей стороны тайна останется соблюдена. Однако я не могу гарантировать, что подобное не произойдет с твоей стороны, ибо те твои подручные, что избежали удара моего Мертвого меча…

– Я их заставлю замолчать, – согласно кивнул Зверь.

– Правильно, – одобрил молодой правитель, – Убей их.

_______________

За все то время, что прошло с момента встречи на Фаноте, негласная договоренность между ними осталась неизменной. Скипер-Зверь с успехом властвовал на своей части территорий агломерации, проводя череду лет в войнах и походах, наводя ужас на народы, что обитали на доступных ему территориях, и даже присоединяя отдельные миры к ранее завоеванным, грозя когда-нибудь вернуться к тем территориальным объемам, которые находились под его управлением до деления прежних Ярых миров на двух хозяев. Однако же насчет самого Зверя Кош не особенно обольщался и всегда держал в поле зрения своих наблюдателей. Заносчивая натура воеводы, некогда глубоко уязвленная перенесенным унижением, более не располагала к доверию, а потому молодой правитель отныне всегда знал о его планах и передвижениях. Также сын Чернобога прекрасно ведал, как о тяге Зверя к полуразрушенным древним системам и сооружениям Локо-Моро, так и о его неудачных работах в сфере направленного мутирования, и располагал сведениями о попытках тайно посещать миры Локо-Моро в неуемном желании открыть хоть какие-нибудь из сокрытых под пылью тысячелетий тайн давно ушедшей сверхцивилизации. Кош не препятствовал этому, ибо гораздо проще делать вид неосведомленности и контролировать ситуацию со стороны, чем ставить запреты и ультиматумы. Именно по этой причине охранные системы пока не срабатывали, оставляя Скипера в полной уверенности технического превосходства собственного гения…

– Как хорошо иметь статус молодого и недалекого правителя, – довольно усмехнулся Кош своим мысленным выводам, – Дает возможность для маневра.

Впрочем, молодым правителем он мог считаться только для представителей старшего правящего поколения. За плечами уже лежали века и века возмужания, Войн Раздора и глубокие знания, собираемые им по крупицам в разных сторонах доступного галактического сектора. Недаром родитель, увидев в Коше могучие возможности, дал ему возможность воцариться именно здесь, буквально на руинах ушедшего в небытие могущества. Воцариться и впитать в себя те крохи, что остались.

«Лукоморье предназначалось мне судьбой, – пришла горячая самолюбивая мысль, – С его помощью я стану величайшим правителем доступных пространственных пределов».

Лукоморье. Так отныне он называл, доставшееся в наследство древнее Локо-Моро. Название звучало ближе его натуре. Возможно из-за нежных воспоминаний далекого отрочества, проведенного на одной из бурных океанических планет. Чернобог, одарив Коша властью над древней системой, даже не мог представить, насколько важной она станет для младшего отпрыска. В отличие от родителя, на протяжении многих лет тот входил в тесный симбиоз с темным местом, изо дня в день пропитывался его энергетикой, с благостью принимая все те изменения, которые происходили с ним под влиянием подпространственных сил. Для него полуразрушенное сооружение тайного храма, некогда обнаруженное Скипером на Даботане, стало трамплином, с помощью которого он во многом тщился постичь природу темной стороны бытия.

«Постичь – сильно сказано, – сам себя осадил Кош, вспомнив те ощущения, те покалывания в конечностях, которые давало взаимодействие с искореженным обелиском Черной иглы, – Скорее похоже на сращивание синапсов, дающее определенный энергетический и сознательный контакт».

Впрочем, сознательный контакт всегда ограничивался только обменом смутными и малопонятными образами, смысла которых отпрыск Чернобога почти не понимал. Темный разум, маячивший на другой стороне бытия, оставался подобием беснующейся стихии, видимой, но не угрожающей. Другое дело черная энергия, просачивающаяся в этот мир мизерно и по каплям, но в течение времени, накапливаясь в организме, начинающая видоизменять его по-своему. Сперва исподволь, а затем все больше. В случае Коша, эти изменения, прежде всего, выразились в кратном увеличении физической и ментальной силы, а также развития острой чувствительности органов естественной сенсорики и даже возможности предвидения вариантов близкого будущего. В дополнение к тем способностям, которые присутствовали в исходном варианте, это стало большим преимуществом не только в возможном бою, но и в правлении территориями Ярых миров.

«Но, – словно в противовес появилась мысль, – Ничего не дается просто так. За все приходится платить».

Это было чистой правдой. За могущество приходилось платить необратимыми изменениями собственной биологической сущности и собственного «я». Циркулирующая по жилам чуждая энергия постепенно модифицировала биологию Коша по своим лекалам, постепенно отдаляя его от мира обычных существ. Он становился странным темным симбионтом и носителем часто противоположных энергоструктур, для жизнедеятельности которого атрибуты обычной биологической жизни становились все менее и менее необходимыми. Могучий организм потомка ирийских праотцов еще жаждал жить по человеческим законам, был способен на любовь, страсть и прочие эмоциональные проявления, однако суть этого естества начала уходить, замещаясь чем-то сумрачным и пока непостижимым для разума.