Юрий Гализдра – Секторальные сказы. Книга 2 (страница 2)

«Ныне мой визит официален, – Зверь проследил за маневрами корабля, отмечая набор ускорения для последующего «прокола» пространства, – И обусловлен острой необходимостью. Сам Чернобог Пекальный, узнав суть просьбы, заинтересовался и пообещал оказать всемерную помощь со стороны своего отпрыска».

Помощь ему требовалась особенная. Зверь жаждал новых знаний, которые, возможно, помогут ему вывести собственные изыскания из того тупика, в коем он ныне топтался уже длительное время. Ему, существу, ограниченному в возможностях разума, не способному к восприятию ментальной составляющей жизни, гораздо труднее давалось постижение сути бытия и, тем более, достижение каких-либо конкретных целей. А такой целью для Скипера уже не менее тысячелетия стояло создание, ни много ни мало, а своего собственного народа, целого племени, несущего в своей наследственности те свойства, коими обладал его собственный усовершенствованный организм.

Именно таковое желание одолевало его на протяжении большей части жизненного пути и именно на решение этой задачи он потратил львиную часть своих усилий. Может быть, обратись Скипер-Зверь со своей идеей к темному владыке Пекальных миров и Империи Ориона, тот, имеющий колоссальный багаж подобных исследований, со своей, либо иной помощью сумел бы оказать ему требуемую услугу и создать целый народ, способный со временем развиться в полноценный развитый мир. Тем не менее, обладая гипертрофированным упрямством и гордостью, Зверь делать этого не спешил, исходя с той точки зрения, что для себя следовало создать подходящее модифицированное племя именно самолично, став для них не только правителем, но и богом-создателем. Подобное соображение неизменно возвышало его собственную роль и виделось более привлекательно. Другим соображением, останавливающим от обращения к правителю империи, стало, что тот неминуемо прибрал бы к своим властным рукам созданный вид ради своих собственных интересов.

«Только представить себе целое племя, многочисленное и сильное подобно такому прототипу, как я. Мы бы окрепли и развились, а затем смели в труху все существующие ныне царства, чтобы построить свое. Самое великое».

Однако замыслить оказалось гораздо легче, чем осуществить на практике. Во-первых, безусловно, существовал способ клонирования во всех возможных вариантах. Этот способ считался относительно легким и доступным, но имел ряд существенных недостатков, к главным из которых относилась невозможность создания самовоспроизводящейся особи в случае стерильности носителя, ибо требовалось вмешательство в наследственную основу, значительно усложнявшее процесс и не дающее стойкого результата. Смирившись с этой необходимостью, Скипер-Зверь поначалу возлагал большие надежды на этот метод с попутной рекомбинацией жизненных начал, но потерпел неудачу и здесь, ибо при получении возможности к размножению, новая особь неизбежно теряла ряд каких-либо важных свойств или признаков, что делало эту особь в его глазах абсолютно не схожей с организмом эталона.

«Я потратил десятки и сотни круголетов в этой безнадежной борьбе, – с горечью подумал Зверь, пристально вглядываясь в россыпь созвездий на экранной поверхности, – А для эффективного комбинирования требовался разум с ментальным чутьем».

Он давно знал об этом. С тех самых пор, как узрел плоды рекомбинантных трудов темного владыки в его многочисленных отпрысках и как увидел превосходство создателя в каждом из них. Тогда он осознал, что, несмотря на всю тягу к науке животворных начал, его собственный удел останется в планировании и осуществлении многоходовых военных операций. Более ни в чем. Может поэтому, обуянный упрямством, Скипер-Зверь так активно экспериментировал с агрессивными мутагенами, тщетно надеясь, что, хотя бы случайно, но сумеет вывести ту разновидность разумных организмов, которую со временем сможет назвать собственным народом. Тщетно потому, что чем активнее проводил эксперименты, тем больше порождал разнообразных чудовищ, ибо сломанная наследственность исходного организма, как правило, отвечала на вмешательство проявлениями уродства.

«Ну что ж, – подумал Зверь, следя за тем, как вимана выходит на позицию для осуществления подпространственного перехода, – Сейчас появилась возможность прибегнуть к помощи Коша, который, как утверждает владыка, стал изрядно искушен в науке воздействия на организмы разумных созданий. Возможно, даже более чем знаменитый Вий Дремучий. Глядишь, и мне найдется, чему научиться».

__________________

Наследник Лукоморья.

Сложная звездная система Локо-Моро. Планета Даботан.

…Немилосердно лил обильный кислотный дождь, временами превращаясь в сплошную, хлещущую яростными порывами стену. Ураганный ветер с животной яростью завывал в кронах жидкой лесной растительности, что обступала болота нестройными рядами, рвал низкие бурые облака и густо смешивал низвергающиеся дождевые потоки, превращая глинистую равнину в непролазную топь. Несмотря на то, что по местным меркам день был в разгаре, сумрак затянутого небосвода более походил на поздний вечер, того и гляди грозящий перейти в непроглядную ночь.

Визионная, совмещенная с синапсами носителя, нейросистема глухого шлема, едва справлялась с помехами, щедро размывая панораму окружающего пространства и, коснись ситуация кого-либо другого в его шкуре, то пришлось бы плохо. Однако Кош, прошедший большой боевой путь в Войнах Раздора, более привык полагаться на ментальное зондирования, оттого и встретил нападение наготове. Мертвый кладень, его персональное оружие с ментальным усилением режущего поля, заплясал в уверенных умелых руках свой танец, убийственно встретив всех тех семерых, что кинулись к нему из-под сени раскидистых синих пальмообразных деревьев. Несмотря на то, что день на Фаноте из-за бури все более походил на ночь, кладень нашел каждого и заставил биться в агонии, щедро орошая кровью и без того раскисшую почву. Только после этого обостренная ментальность, придирчиво сканирующая окружающую местность, обнаружила затаившегося для прыжка Зверя и его пятерых оставшихся бойцов…

Кош помнил эти события в деталях, хотя уже не один круголет минул с тех пор. Говоря начистоту, он, к тем временам уже был достаточно искушен во всякого рода интригах, и когда родитель предоставил ему возможность править, молодой правитель уже представлял, с чем и кем ему придется столкнуться. А посему, едва получив бразды правления в руки, отпрыск Чернобога положил все свои усилия на то, чтобы взять под негласный контроль не только административные структуры агломерата Ярых миров, но также все действия и передвижения Скипера-Зверя, как и его ближайшего окружения.

«Отец знал, кому отдать столь обширные территории, – подумал Кош, – Будь я слабее, то не смог бы удержать в руках отданное мне в правление царство. В стае зверей выживают сильнейшие».

Да, он стал тем зверем-вожаком, стать и мощь которого не смог оценить вожак предыдущий, возомнив себя более опытным и коварным. На самом деле, уже с первых своих шагов по мирам и землям своего нового царства, Кош Хладный, благодаря армии своих профессиональных слуг-шпионов, ведал обо всем, что касалось его потенциального оппонента. Он знал о каждом его передвижении, о его слабостях и даже, наверное, о том, чему не придавал значения сам Скипер. Втайне посмеиваясь, молодой правитель, словно гроссмейстер, просчитывал каждый ход, сам оставаясь в тени того образа, который хотел выказать пред окружением. Так что, едва только Зверь задумал устроить для него смертельную ловушку, Кош уже ведал, где и когда она будет его ожидать.

Планета Фанот находилась в системе Хабора-зу, на самых границах агломерата и не отличалась от многих других миров, населенных рогатыми хазеями – одним из разумных племен, что были всецело преданы Скиперу-Зверю. За исключением одного момента – приграничные миры славились локальными войнами и взаимными набегами с виду союзных цивилизационных объединений. По замыслу Зверя, во время визита нового правителя должна была произойти одна из стычек оппозиционных друг другу сил, в ходе которой незадачливому отпрыску Чернобога, «случайно» оказавшемуся на месте схватки, отводилась роль невинной жертвы. Затем предполагались пышные похороны и показательные казни провинившихся.

Но почить, даже с таким почетом, Кош вовсе не планировал, а потому предпочел вовремя внести свои незаметные, но существенные поправки…

______________

…Те, кто знал Коша Хладного, кто действительно был наслышан о его способностях, наклонностях и повадках, редко набирались смелости, чтобы открыто противостоять ему. Дело обстояло не только в том, что он показал себя жестоким и рациональным, быстро обучающимся бойцом, легко снискавшим славу во времена былых битв. Отпрыск младшего поколения, он неожиданно обнаружил в себе выдающиеся ментальные возможности, и они выражались не только в умении создавать могучее силовое поле. Кош виртуозно умел это поле видоизменить, умея поразить врага не только режущей и колющей концентрированной пси-энергией.

– Подойди ко мне, слуга, – его ментальный глас устремился к Скиперу-Зверю, притаившемуся для нападения на хорошо замаскированной позиции, – Наступило время преклонить колени.