Юрий Драздов – Утроба Левиафана (страница 4)

Он закрыл глаза (или попытался, насколько это позволяли его деревянные веки) и сосредоточился. Он заглушил все внешние звуки — свист летящих моделей, крики Миры, гул невидимых механизмов. Он погрузился в свое «Осязание сквозь кору», пытаясь уловить вибрацию этого места, его истинную природу. И вдруг он почувствовал это. Слабый, едва уловимый ритм. Тик-так. Тик-так. Как метроном. Как часы. Как сердце. Этот ритм исходил не от моделей оружия. Он исходил из центра сферы. Оттуда, где, скрытая туманной дымкой, находилась какая-то структура. Он открыл глаза и посмотрел в том направлении. Дымка на мгновение рассеялась, и он увидел это. В центре сферы, на невидимом постаменте, стоял старый, ржавый компьютерный терминал. Его монитор, покрытый трещинами, тускло светился зеленым, и на нем бежали строки кода. А рядом с терминалом, на небольшом возвышении, стояла фигура. Человеческая фигура. Или, скорее, то, что от нее осталось.

Это был скелет. Но не обычный, костяной скелет, а цифровой — состоящий из примитивных, низкополигональных костей, светящихся тусклым, зеленоватым светом. Он стоял, склонившись над терминалом, и его костлявые пальцы быстро, ритмично нажимали на клавиши. Тик-так. Тик-так. Это был звук его работы. Он управлял моделями оружия. Он был их кукловодом. Их создателем. Или, возможно, их пленником.

Струг указал Мире на терминал и на скелет.

— Вон там! — крикнул он. — Источник управления! Нужно добраться до него!

Мира кивнула и, схватив Струга за руку, устремилась к центру сферы, ловко маневрируя между летящими моделями оружия. Она использовала свою магию, чтобы создавать небольшие ледяные щиты, которые отражали удары мечей и топоров, не давая им добраться до Струга. Но щиты быстро разрушались, и ей приходилось создавать новые, тратя драгоценную энергию. Струг видел, как ее хрустальное тело начинает тускнеть, а движения становятся более медленными и неуклюжими. Она была на пределе. Еще немного, и она не сможет защищать их обоих.

Они добрались до центра сферы. Терминал был уже близко. Скелет за ним продолжал свою монотонную работу, не обращая на них внимания. Его пустые глазницы были устремлены на экран, а костлявые пальцы порхали над клавишами с пугающей скоростью и точностью. Струг, отпустив руку Миры, подплыл к терминалу и ухватился за его край, чтобы зафиксироваться. Он заглянул в экран. Строки кода, бегущие по нему, были написаны на том же странном, гибридном языке, который он видел в браслете и в терминале часовой башни. Но теперь, с его Интеллектом 9 и навыком «Анализ» 2 уровня, он мог читать его почти свободно. Это был код управления моделями оружия. Простой, примитивный, но очень эффективный. Скелет, судя по всему, был не отдельным существом, а частью этого кода — его аватаром, его физическим воплощением. И он был зациклен. Как Мира-Флюид до их встречи. Как призраки в Узле Коммутации. Он выполнял одну и ту же задачу — тестировал модели оружия, заставляя их атаковать любые движущиеся объекты в зоне Полигона. И он делал это уже много, много лет. С тех самых пор, как Полигон был закрыт и забыт.

— Эй! — позвал Струг, обращаясь к скелету. — Ты меня слышишь?

Скелет не ответил. Его пальцы продолжали порхать над клавишами. Тик-так. Тик-так. Модели оружия вокруг них продолжали свою атаку, и Мира с трудом сдерживала их натиск. Ее ледяные щиты трещали и рассыпались один за другим. Времени было мало.

Струг решил действовать напрямую. Он положил свои деревянные пальцы на клавиатуру рядом с костлявыми пальцами скелета и начал набирать команды. Он не пытался остановить модели оружия силой — на это у него не хватило бы ни навыков, ни времени. Вместо этого он начал вносить изменения в сам код. Менять параметры атаки. Перенаправлять цели. Он заставил модели атаковать не Миру и себя, а друг друга. Мечи сталкивались с топорами, копья врезались в щиты, булавы крушили луки. Вокруг них начался настоящий хаос — низкополигональные модели оружия, только что охотившиеся на них, теперь сражались между собой, разлетаясь на примитивные полигоны и собираясь заново, чтобы снова вступить в битву. Это дало им небольшую передышку.

Но скелет не останавливался. Его пальцы продолжали нажимать на клавиши, и Струг чувствовал, как его собственные команды встречают сопротивление. Скелет был не просто зацикленным процессом. Он был частью системы. Он обладал правами администратора в этой зоне. И он не собирался уступать контроль какому-то чужаку.

— Кто ты? — проскрипел вдруг скелет, и его голос, тихий, далекий, словно доносящийся из глубокого колодца, заставил Струга вздрогнуть. — Ты не разработчик. Ты не игрок. Ты... аномалия. Как тот, другой. Который приходил сюда много циклов назад. Он тоже пытался изменить мой код. Но он не смог. Он лишь оставил здесь часть себя. И ушел. Изменившись. Что тебе нужно, Аномалия?

Струг, не прекращая набирать команды, ответил:

— Мы просто проходим мимо. Нам нужно попасть в «Колодец Забытых Надежд». Мы не хотим причинять тебе вред. Мы не хотим ничего менять в твоем коде. Дай нам пройти. Отключи атаку моделей. И мы уйдем.

Скелет издал звук, похожий на сухой, безжизненный смех.

— Пройти? — проскрежетал он. — Никто не проходит здесь просто так. Это Полигон. Зона тестирования. Каждый, кто входит сюда, становится частью теста. Того, другого, я тестировал на страх. Он прошел тест. Он перестал бояться. И он ушел. Но он оставил свой страх здесь. Со мной. Теперь я храню его. И он питает меня. А что ты можешь мне предложить, Аномалия? Какую часть себя ты готов оставить здесь, чтобы пройти дальше?

Струг задумался. Значит, вот в чем дело. Полигон № 7 — это не просто зона с нарушенной гравитацией и агрессивными моделями оружия. Это место, где тестируют... души. Их страхи. Их слабости. Их способность жертвовать частью себя ради выживания. Аномалия #007 прошел этот тест, оставив здесь свой страх. И он вышел. Изменившись. Став бесстрашным. Но что он потерял вместе со страхом? Способность к состраданию? Осторожность? Саму человечность? Страх — это не просто слабость. Это часть того, что делает человека человеком. Предупреждает об опасности. Заставляет думать, прежде чем действовать. Без страха... можно стать монстром.

Он посмотрел на Миру. Она все еще сражалась с остатками моделей оружия, которые не были полностью отвлечены его командами. Ее лицо было бледным, уставшим, но в ее сапфировых глазах горел все тот же холодный, решительный огонь. Она не боялась. Она защищала его. И он не мог подвести ее. Он не мог оставить здесь свой страх. Потому что его страх — это то, что связывало его с ней. Страх потерять ее. Страх не успеть спасти ее. Страх остаться одному в этом цифровом аду. Без этого страха... он стал бы другим. Чужим. И она бы это почувствовала. И, возможно, отвернулась бы от него.

— Я не оставлю здесь ничего, — твердо сказал он, глядя в пустые глазницы скелета. — Я не буду проходить твой тест. Я не стану частью твоего эксперимента. Я — не материал для тестирования. Я — Аномалия. Настройщик Душ. Я пришел сюда не для того, чтобы меняться. Я пришел сюда, чтобы пройти. И я пройду. Со всем, что у меня есть. Со своим страхом. Со своей болью. Со своей надеждой. Со своей... — он бросил быстрый взгляд на Миру, — ...любовью.

Последнее слово вырвалось у него неожиданно. Он сам не ожидал, что произнесет его. Но, произнеся, он понял, что это правда. Он любил ее. Не как куклу, не как архетип, не как полезного союзника. А как живое, чувствующее существо, которое стало ему ближе всех людей за последние десять лет. И он не собирался жертвовать даже частичкой этого чувства ради какого-то безумного теста.

Скелет замер. Его костлявые пальцы, только что порхавшие над клавишами с невероятной скоростью, остановились. Тик-так прекратилось. В сфере воцарилась абсолютная, звенящая тишина. Даже модели оружия, только что яростно сражавшиеся друг с другом, застыли в воздухе, словно кто-то нажал на паузу. Скелет медленно поднял голову и уставился на Струга своими пустыми глазницами. И Струг почувствовал, как его сканируют. Не интерфейс, не «Осязание сквозь кору», а что-то гораздо более глубокое и древнее. Что-то, что смотрело прямо в его душу. В его код. В саму его суть.

Прошла секунда. Другая. Третья. А затем скелет медленно, очень медленно, кивнул.

— Ты... другой, — проскрипел он. — Ты не такой, как тот, первый. Тот пришел с пустотой внутри. Ему было нечего терять. Он легко отдал свой страх, потому что он ничего для него не значил. А ты... ты наполнен. Страхом. Болью. Надеждой. И... любовью. Это... интересно. Очень интересно. Я не встречал таких, как ты. Ты прошел тест, даже не участвуя в нем. Ты отказался играть по моим правилам. И это... это правильный ответ. Единственно правильный. Потому что настоящий тест — это не способность пожертвовать частью себя. Это способность сохранить себя целиком. Несмотря ни на что. Ты сохранил себя. Ты прошел.

Скелет поднял свою костлявую руку и указал в дальний конец сферы. Там, в туманной дымке, начал проявляться проход — круглая, святящаяся мягким, голубоватым светом арка, ведущая куда-то дальше. Выход из Полигона. Путь к «Колодцу Забытых Надежд».

— Иди, Аномалия, — проскрипел скелет. — Иди и помни: то, что ты сохранил здесь, — это твоя величайшая сила. Не теряй ее. Никогда. Даже когда тебе будет казаться, что это единственный выход. Тот, первый... он потерял свой страх. И вместе с ним он потерял часть своей души. Он стал сильнее, но стал и более... пустым. Не повторяй его ошибку. Будь собой. До конца. Каким бы горьким этот конец ни был.