Юрий Драздов – Нулевой континент (страница 16)

– Откуда ты знаешь?

– Угадываю, – признался Арс. – Но логично, правда? Если бы я строил подземный комплекс и хотел оставить подсказки для своих, я использовал бы простые символы. Универсальные. Понятные любому, кто хоть раз видел схему.

– И куда ведет эта последовательность? Стрелка вверх, зигзаг, круг, стрелка вниз, квадрат, точка?

– Выход на поверхность, опасность, комната, спуск, убежище, цель, – повторил Арс. – Звучит как описание пути. Кто-то шел от поверхности вниз, через опасное место, в комнату, потом спускался еще глубже, находил убежище и там – цель.

– Какую цель?

– Не знаю. Может быть, алтарь, который мы видели. Может быть, что-то другое.

Они пошли дальше. Тоннель вильнул влево, потом вправо, потом резко пошел вниз – ступеньки, вырубленные в камне, крутые и скользкие от конденсата. Арс насчитал двадцать три ступеньки, прежде чем ноги снова ступили на ровный пол.

Здесь было холоднее. И темнее – факел едва освещал стены, пожирая кислород быстрее, чем наверху. Вепрь чихнул – звук прокатился по тоннелю, многократно отражаясь от стен, и затих где-то вдали.

– Тихо, – прошептал Арс. – Мы не знаем, кто еще здесь может быть.

– Здесь никого нет, – ответил Вепрь, но голос у него дрогнул.

Они прошли еще метров пятьдесят. Тоннель расширился, превратившись в зал – такой же, как в прошлый раз, но без алтаря. Вместо алтаря – три прохода. Три тоннеля, уходящих в разные стороны: один прямо, один налево, один направо.

– Лабиринт, – сказал Арс. – Подземный лабиринт. И он старше нас. Может быть, старше всех циклов.

– Куда идем?

– Прямо, – Арс кивнул в сторону центрального прохода. – Если верить символам, прямо – это путь к убежищу.

Они вошли в центральный тоннель. Стены здесь были другими – не серыми, не черными, а красноватыми, будто пропитанными чем-то. Арс провел пальцем по поверхности – и палец окрасился в ржавый цвет.

– Окись железа, – сказал он. – Ржавчина. Здесь была вода. Много воды. Или… кровь.

– Кровь ржавеет? – спросил Вепрь.

– Со временем – да. Железо в гемоглобине окисляется. Если крови было много – она могла пропитать глину.

Вепрь побледнел. Даже при тусклом свете факела было видно, как его лицо стало серым.

– Сколько же здесь убили?

– Не знаю, – ответил Арс. – Но, возможно, этот лабиринт – не просто лабиринт. Возможно, это – часть системы. Старая, забытая, может быть, даже заброшенная. Но все еще работающая.

Они дошли до конца тоннеля – он упирался в глухую стену. Арс осветил её факелом – и замер.

На стене была надпись. Не символами – буквами. Русскими буквами, выцарапанными неровным почерком, будто писавший торопился или умирал.

«ВСЕМ, КТО ИДЕТ ЗА МНОЙ. ЗДЕСЬ НЕТ ВЫХОДА. НО ЕСТЬ ВХОД. ПОВЕРНИТЕ НАЛЕВО. НЕ ХОДИТЕ ПРЯМО. ЭТО ЛОВУШКА. Я УМИРАЮ. НЕ ПОВТОРЯЙТЕ МОИХ ОШИБОК. – БОРИС, ЦИКЛ 9».

– Девятый цикл, – прошептал Арс. – Кто-то был здесь до нас. Не просто выживал – строил. Исследовал. Писал предупреждения.

– Цикл 9, – повторил Вепрь. – Это значит, что Вика – не единственная, кто помнит. Есть и другие. Или были.

– Были, – поправил Арс. – Борис умер. Но он оставил сообщение. Может быть, есть и другие.

Он повернулся, пошел обратно к развилке. Вепрь – за ним.

– Налево, – сказал Арс у развилки. – Борис сказал налево.

Они свернули в левый тоннель. Он был уже центрального – метра полтора в диаметре, с низким потолком. Арсу приходилось пригибаться, Вепрю – ползти почти на четвереньках.

Но через пятьдесят метров тоннель снова расширился – и они вышли в комнату. Небольшую, метров десять в диаметре, с высоким куполообразным потолком. И в центре комнаты – алтарь.

Тот же самый, что и в прошлый раз. Черный, гладкий, с пульсирующей зеленоватой пустотой в центре. Но не один. Вокруг алтаря – четыре статуи. Не человеческие. Четыре фигуры, вырезанные из того же черного материала, что и алтарь. Они стояли спинами друг к другу, обращенные к четырем сторонам света. Их лица были гладкими – без глаз, без ртов, без носов. Просто овалы на месте лиц.

– Что это? – спросил Вепрь.

– Хранители, – ответил Арс, подходя ближе. – Или игроки, которые стали частью системы. Или символы. Я не знаю.

Он остановился в метре от алтаря. Пустота в центре пульсировала сильнее, будто узнала его.

Системное уведомление вспыхнуло перед глазами:

«Обнаружен "Альтернативный источник силы" (тип 2: Геомантический узел). Эффект: позволяет создавать ловушки без физических материалов. Достаточно мысленного чертежа и затраты личной энергии. Предупреждение: использование Геомантического узла требует жертвы. Не кровавой. Энергетической. Каждая ловушка отнимает 1 час жизни создателя. Принять? Да / Нет»

– Нет, – сказал Арс вслух, как в прошлый раз. – Не сегодня.

Он повернулся к выходу – но заметил кое-что, чего не было в прошлый раз. На стене, рядом с алтарем, была ниша. В нише – свиток. Не бумажный – какой-то другой материал, тонкий, гибкий, похожий на кожу, но не кожа. Арс осторожно взял свиток, развернул.

Внутри – чертежи. Сотни чертежей. Лабиринтов, ловушек, убежищ, систем водоснабжения, вентиляции, укреплений. И подписи – разные почерки, разные имена, разные циклы.

«Анна, цикл 4. Ловушка "Падающий потолок". Испытано. Работает. Жертва: 3 часа жизни».

«Игорь, цикл 7. Схема водосбора с использованием геомантического узла. Жертва: 12 часов жизни. Окупается за 3 дня».

«Лена, цикл 11. Укрепление стен методом послойной отливки. Жертва: 1 час жизни на метр стены. Стоит того. Мы выжили на 20 дней дольше благодаря этому».

Арс перелистывал страницу за страницей. Десятки, сотни записей. Архитекторы прошлых циклов – те, кто тоже пытался строить, а не убивать. Они оставили свои знания здесь, в этом подземном хранилище, надеясь, что кто-то придет следом и продолжит их дело.

– Это сокровище, – сказал он тихо. – Не золото. Не оружие. Знание. Опыт. Цена, которую они заплатили.

– Цену часами жизни, – сказал Вепрь. – Они отдавали себя, чтобы построить эти ловушки. И умерли. Все равно умерли.

– Но их знания остались, – ответил Арс. – И если мы будем умны, мы сможем использовать их, не повторяя их ошибок.

Он свернул свиток, спрятал за пазуху.

– Мы берем это с собой. И возвращаемся. Нам нужно строить.

-–

4. Первая ловушка: как сделать стену из ничего

Они вернулись в убежище через час. Арс сразу же созвал совет, развернул свиток на полу расширения – кожоподобный материал мягко лег на глину, и чертежи засветились слабым зеленым светом.

– Это – библиотека, – сказал он. – Архитекторы прошлых циклов оставили нам свои чертежи. Свои ошибки. Свои победы. Если мы будем умны, мы не начнем с нуля. Мы начнем с того, на чем они остановились.

Дима уже стоял на коленях, водил пальцем по чертежам, бормоча что-то себе под нос.

– Это гениально, – сказал он наконец. – Смотрите. Ловушка "Падающий потолок" – она использует не вес, а давление. Глиняная плита не падает – она выдавливается из потолка под действием собственного веса и рычага. Но рычаг – это не дерево. Это глина, затвердевшая в форме рычага. Они научились делать механизмы из самой земли.

– А как они активировали ловушку? – спросил Сергей.

– Веревкой, как мы. Но веревка – это слабое место. Её можно перерезать. Они предложили другой способ – термический. Когда человек заходит в коридор, его тепло нагревает глину. Глина расширяется, давит на рычаг, рычаг освобождает защелку – и плита падает. Никаких веревок. Никаких механизмов, которые можно отключить. Просто физика.

– И сколько жизней это стоило? – спросил Лёха.

Дима посмотрел на чертеж, нашел пометку на полях.

– "Игорь, цикл 7. Жертва: 6 часов жизни. Термический датчик требует точной калибровки. Первые 3 попытки не сработали. На 4-й – сработало. Слишком хорошо. Я убил троих своих, когда они возвращались с разведки. Будьте осторожны".

– Он убил своих, – тихо сказала Наташа. – Из-за ловушки, которую сам создал.

– Поэтому мы не будем использовать термические датчики, – сказал Арс. – Пока не поймем, как их калибровать. Начнем с простого – с механического привода. Веревка, рычаг, груз. Это не идеально, но это работает. А когда у нас будет время и опыт – перейдем к сложному.

– У нас нет времени, – сказала Женя, спускаясь в убежище. – Только что видела движение со стороны пляжа. Влад возвращается. Не один – с десятью.

– Десять? – переспросил Сергей. – Откуда у него десять? Вчера было семь.

– Он нашел новых. Или старые залечили раны. Или система дала ему способность привлекать последователей. Не знаю. Но они идут. Будут здесь через час.