Юрий Драздов – Нулевой континент (страница 15)

2. Утренний совет (или как не поссориться на голодный желудок)

Завтрак был скудным – горсть растертых ракушек, смешанных с водой из конденсатора, и несколько жестких листьев, которые Лёха объявил «условно съедобными». Арс жевал без аппетита, глядя на свою команду.

Двенадцать человек. Теперь уже одиннадцать – Вика не вернулась. Вепрь сидел отдельно, насупившись, и не прикасался к еде. Женя что-то писала на обрывке ткани – вела свой журнал системных сообщений. Костя массировал ногу – сломанная кость срасталась быстрее, чем в обычном мире, система давала ускоренную регенерацию даже нулевым. Андрей и Наташа, сварщик и швея, сидели плечом к плечу – единственная пара в убежище, держались друг за друга как за спасательный круг. Лёха, медик, перебирал свои тряпки с «антисептиком», бормоча что-то про асептику и воспаление. Сергей – спокоен, как сапер перед взрывом. Дима – уже чертит на стене новую схему.

– Сегодня мы строим первую настоящую ловушку, – сказал Арс, когда все собрались. – Не растяжку из веревки и не падающий камень. Настоящую. Смертельную.

– Но мы же не убиваем, – напомнил Лёха.

– Ловушка не убивает. Ловушка создает условия. Если враг в этих условиях умирает – это его выбор, не наш.

– Софистика, – буркнул Вепрь.

– Инженерия, – поправил Арс. – Разница в том, что софистика оправдывает поступки задним числом. А инженерия проектирует последствия заранее. Мы не убиваем. Мы строим машину. Что машина сделает с тем, кто в нее войдет – зависит от того, кто войдет.

– И что это за машина? – спросил Костя.

Арс кивнул Диме. Тот встал у стены с новой схемой.

– Первая линия обороны, – начал Дима, водя пальцем по глине. – Вход в овраг остается открытым. Мы не маскируем его. Наоборот – сделаем более заметным. Пусть думают, что это единственный вход. Заходишь – попадаешь в коридор. Первые три метра – без ловушек. Это важно. Нужно, чтобы враг расслабился. Решил, что мы или глупые, или трусливые, или просто не успели построить защиту.

– А потом? – спросил Андрей.

– А потом – первый поворот, – Дима начертил резкий изгиб. – Здесь мы ставим «падающую стену». Не груз, не камень. Стену. Целиком. Глиняную плиту, которая падает сверху, отсекая врага от его группы.

– Как? – спросил Сергей. – Как мы поднимем глиняную плиту? Она же тяжелая.

– Мы не поднимаем, – ответил Арс. – Мы отливаем её на месте. Из глины. Вертикально. А потом просто выбиваем подпорку.

Тишина. Даже Вепрь перестал жевать.

– Ты хочешь сказать, что мы можем… формировать глину? Как бетон?

– Лучше, – сказал Дима. – Глина теперь реагирует на намерение. Мы можем сделать её жидкой, когда нужно залить форму. И твердой, когда нужно, чтобы она держала удар. Утром я экспериментировал. – он показал руки – они были в глине, засохшей коркой. – Я сделал куб. Просто представил форму, и глина потекла в неё. Через десять минут куб затвердел. Я пытался разбить его камнем. Не смог.

– Это меняет всё, – сказал Сергей.

– Это только начало, – сказал Арс. – Падающая стена – это первое. Второе – пол с сюрпризом.

Он подошел к схеме, продолжил чертить.

– За первым поворотом – коридор длиной пять метров. Пол здесь будет не сплошным, а составным. Узкие доски, сверху засыпанные песком. Под досками – яма. Неглубокая – метра полтора. Но на дне – заостренные обломки пластика. Те, что мы собрали за первую неделю.

– Это уже смертельно, – сказал Лёха. – Человек упадет – и напорется на осколки.

– Если упадет, – кивнул Арс. – Но мы не заставляем его падать. Мы просто создаем пол, который может провалиться. Если враг осторожен – он проверит доски ногой, поймет, что под ними пустота, и обойдет. Если нет – его проблема.

– А если он обойдет? – спросила Наташа.

– Тогда его встретит третья ловушка, – Дима указал на следующий участок схемы. – Там, где коридор расширяется до двух метров. Здесь мы разместим «качающиеся стены». Две глиняные плиты, подвешенные на веревках. Когда враг проходит между ними – мы перерезаем веревки. Стены падают внутрь, зажимая его как в тисках.

– Он умрет?

– Скорее всего, сломает кости. Но не умрет сразу. У него будет время подумать, стоит ли вообще было сюда соваться.

– А если он не один? – спросил Вепрь. – Если их много? Если они прут толпой?

– Для толпы есть четвертая ловушка, – Арс усмехнулся. – Но о ней позже. Сначала – стена, пол и тиски. Это три уровня первой линии. Если враг пройдет все три – он попадет в пустую комнату. Там нет ничего, кроме таблички.

– Таблички? – переспросил Лёха.

– С надписью: «Вы ошиблись входом. Настоящее убежище – в другом месте».

Андрей фыркнул. Наташа прикрыла рот рукой – то ли чтобы не рассмеяться, то ли чтобы не заплакать.

– Ты издеваешься? – спросил Костя.

– Нисколько, – ответил Арс. – Психология. Представь: ты прошел через ад – через падающие стены, ямы с кольями, качающиеся тиски. Ты весь в крови, в глине, в поту. Ты потратил силы, потерял людей. И наконец добираешься до цели – а там пустая комната и табличка с издевкой. Что ты сделаешь?

– Разозлюсь, – сказал Вепрь.

– И побежишь обратно, чтобы найти настоящий вход? Или выместишь зло на том, кто рядом?

Вепрь замолчал.

– Он начнет убивать своих, – сказал Сергей. – Если у него остались свои. Он будет искать виноватых. А виноватые – те, кто за ним шел, кто не предупредил, кто ошибся. И система получит свои убийства. Не от нас. От него.

– Теория Архитектора в действии, – сказал Дима.

– Именно, – Арс обвел взглядом группу. – Теперь вопрос: у нас есть материалы? Доски, веревки, пластик?

– Доски есть, – сказал Андрей. – Мы собрали обломки со всего пляжа. Метров двадцать, может быть, двадцать пять. Веревок меньше – обрывки сетей, пара канатов. Пластика – много. Острых обломков – сотни.

– А глина? – спросил Арс.

– Глины – бесконечность, – улыбнулся Дима. – Это же Нулевой континент. Он весь из глины. Только копай.

– Тогда начинаем, – сказал Арс. – Распределение: Сергей и я – проектируем механизм падающей стены. Дима и Андрей – отливаем плиты. Костя и Наташа – работаем с полом и ямой. Лёха и Вепрь – собираем пластик для кольев. Женя – наверху, наблюдатель. Остальные – копают, носят, подносят.

– А ты? – спросил Вепрь. – Ты же сказал, что проектируешь с Сергеем.

– Проектирую, – кивнул Арс. – Но сначала я сделаю кое-что другое.

Он подошел к дальней стене расширения, где вчера Сергей нашел древний тоннель. Вход был завален камнями – Арс приказал замуровать его после разведки. Но теперь он разобрал завал.

– Ты хочешь туда вернуться? – спросил Сергей.

– Хочу, – ответил Арс. – Не к алтарю. В другой тоннель. Тот, что уходит в сторону пляжа. Если моя догадка верна, мы можем использовать старые тоннели как часть нашего лабиринта.

– Опасно, – сказал Сергей.

– Всё опасно, – ответил Арс. – Вопрос в соотношении риска и пользы. Если мы найдем проход к пляжу под землей – мы сможем атаковать врагов с тыла. Или эвакуироваться, если убежище падет. Или просто собирать материалы, не выходя на поверхность.

– Я с тобой, – сказал Вепрь.

Арс удивился. Вепрь всегда держался особняком, не вызывался добровольцем, не спорил, но и не помогал сверх необходимого.

– Почему?

– Потому что, – Вепрь пожал плечами, – если ты погибнешь, этот цирк развалится. А мне здесь нравится. Впервые за много лет меня не хотят убить. Или хотят, но не все. В общем, я иду.

– Хорошо, – сказал Арс. – Сергей, ты за главного, пока нас нет. Дима, начинайте отливку плит. Женя, если увидишь движение со стороны пляжа – сигналишь сразу, не жди.

Он взял факел, засунул за пояс заостренную пластину, и шагнул в тоннель. Вепрь – за ним.

-–

3. Тоннель, который ведет в никуда (и обратно)

Стены древнего тоннеля были покрыты теми же символами, что и в прошлый раз – угловатыми, резкими, похожими на схемы электрических цепей. Арс шел медленно, водя факелом по стенам, пытаясь запомнить расположение знаков. Вепрь молчал – что для него было нехарактерно. Обычно он отпускал едкие комментарии по каждому поводу, но здесь, в глубине земли, под слоями глины и времени, даже он чувствовал благоговение.

– Ты понимаешь эти знаки? – спросил он наконец.

– Нет, – честно ответил Арс. – Но они не случайны. Смотри.

Он остановился у места, где символы образовывали четкую последовательность: стрелка вверх, зигзаг, круг, стрелка вниз, квадрат, точка.

– Это не письменность, – сказал он. – Это карта. Или инструкция. Стрелка вверх – выход на поверхность. Зигзаг – опасность. Круг – комната. Стрелка вниз – спуск. Квадрат – убежище. Точка – цель.