Юрий Драздов – Ничья земля (страница 10)

– Вы их нашли, – сказал Лекс.

– Нашел, – Гром опустил топор, опираясь на него, как на посох. – Но если бы не вы, я бы не успел. Они бы ушли. Спасибо.

Он посмотрел на Лекса, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на уважение.

– Ты хорошо держался. Без оружия, без подготовки, но не сломался. Это редкость здесь.

– Просто пытался выжить, – ответил Лекс.

– Все мы пытаемся, – сказал Гром. – Вопрос в том, какой ценой.

Он выпрямился, перешагнул через тело первого, который все еще был жив, но умирал от потери крови. Гром даже не взглянул на него. Подошел к ящикам с водой, осмотрел.

– Здесь много, – сказал он. – На всех хватит.

– На всех? – переспросила Кира.

Гром обернулся.

– Я не один. У меня есть люди. Не много, но есть. И нам нужно место, где можно переждать. Склад подойдет.

Он посмотрел на Лекса.

– Ты говорил о базе Вольных. Что ты знаешь?

– Достаточно, – ответил Лекс. – Но сначала я хочу знать, что вы предлагаете.

Гром усмехнулся снова, но на этот раз в усмешке было что-то теплое.

– Предлагаю союз, – сказал он. – Вы – ум, я – сила. Вместе у нас больше шансов выжить, чем поодиночке.

Лекс посмотрел на Киру. Она пожала плечами.

– Решать тебе, – сказала она. – Ты стратег.

Лекс перевел взгляд на Грома. Потом на трупы. Потом на ящики с водой.

– Союз, – сказал он. – Но на моих условиях.

– Каких?

– Первое: мы делим ресурсы поровну. Второе: решения принимаются совместно. Третье: мы не убиваем без необходимости.

Гром нахмурился.

– Третье – сложное, – сказал он. – В этом мире необходимость приходит быстро.

– Тогда мы договариваемся, что считаем необходимостью, – ответил Лекс. – Идет?

Гром смотрел на него долго, пристально. Потом протянул руку.

– Идет.

Лекс пожал ее. Рука была твердой, как камень, и теплой.

– Тогда слушайте, – сказал он, поднимая с пола карту. – Вот что я знаю о Вольных…

Он начал говорить, и в его голове уже складывался план. Не сейчас. Не сегодня. Но скоро. Потому что в Ничьей Земле, где все воюют против всех, выживают не сильнейшие. Выживают те, кто умеет думать.

А он умел.

Глава 3. Слабые места

Склад пах смертью.

Запах был сладковатым, приторным – таким пахнет кровь, когда она смешивается с пылью и начинает сворачиваться. Три тела, оставленные Громом там, где они упали, уже начали разлагаться, превращаясь в серый пепел, который медленно впитывался в бетонный пол. Через час от них не останется ничего, кроме кристаллов, которые Гром собрал без лишних слов, сунув в карман куртки.

Лекс стоял у входа, прислонившись спиной к холодной бетонной стене, и смотрел, как Кира и Гром разбирают ящики. Они работали молча, быстро, с какой-то пугающей эффективностью – будто делали это сотни раз. Кира сортировала бутылки с водой, укладывая их в два рюкзака, которые нашлись в дальнем углу склада. Гром проверял галеты, отбрасывая те, что были сломаны или испорчены.

Лекс не участвовал. Он стоял и думал.

Способность [Холодный расчет] все еще была активна – он научился удерживать ее, не концентрируясь, как фоновый процесс. В радиусе пятидесяти метров он видел всё: два силуэта внутри склада (Кира и Гром), один силуэт снаружи, в ста метрах, который маячил на границе видимости, не приближаясь. Тот самый наблюдатель, который следил за ними по пути сюда. Он ждал. Или просто следил.

– Тот, снаружи, – сказал Лекс, не оборачиваясь. – Все еще там.

Гром поднял голову, его рука скользнула к топору, который он прислонил к стене рядом с собой.

– Один?

– Один. Держится на расстоянии. Не приближается.

– Может, просто следит, – сказал Гром. – Или ждет подкрепления.

– Или боится, – добавила Кира, застегивая рюкзак. – Мы же только что убили троих. Может, он решил, что с нами лучше не связываться.

– Или понял, что мы не одни, – сказал Лекс. – Он видел, как Гром вошел. Видел, что мы остались внутри. Может, решил, что мы – большая группа.

Гром хмыкнул.

– Пусть думает. Чем страшнее мы выглядим, тем дольше проживем.

Он поднял топор, взвесил его в руке. Лезвие блеснуло в сером свете, сочащемся из проема.

– Сколько у нас воды? – спросил Лекс.

– Шестьдесят три бутылки, – ответила Кира. – Плюс десять пачек галет. На четверых – если считать Грома и его людей – хватит на неделю, если экономить.

– На четверых? – переспросил Лекс. – Ты говорил, у тебя есть люди. Сколько?

Гром помолчал, глядя куда-то в пустоту.

– Было пятеро, – сказал он наконец. – Вчера. Эти трое убили двоих. Осталось трое. Я, Сергей и Зоя. Сергей – бывший связист, Зоя – медсестра. Они ждут в укрытии, в километре отсюда.

Он поднял глаза на Лекса, и в его взгляде было что-то тяжелое, давнее.

– Я ушел искать этих ублюдков. Думал, вернусь с водой. Или с их головами. – он усмехнулся. – Вернулся и с тем, и с другим.

– И с нами, – заметила Кира.

– И с вами, – согласился Гром. – Если вы, конечно, пойдете.

Лекс посмотрел на Киру. Она пожала плечами.

– У нас нет другого места, – сказала она. – И другого плана. Идти в одиночку по пустоши – самоубийство. Если у Грома есть укрытие и люди, это уже больше, чем у нас.

– Согласен, – кивнул Лекс. – Но сначала я хочу увидеть это укрытие. И познакомиться с твоими людьми.

Гром кивнул, будто ожидал этого.

– Справедливо. Но перед этим – ты говорил о базе Вольных. Что ты знаешь?

Лекс поднял карту, которую успел подобрать с пола после того, как первый выронил ее. На ней были отмечены три точки. Склад, на котором они сейчас находились. База «Вольных» – крестик с надписью «Трое. Опасно». И третья точка, обведенная кружком, с надписью, которую Лекс не мог разобрать – почерк был слишком торопливым, буквы расплывались.

– Не много, – признал Лекс. – То, что рассказал умирающий, которого я встретил по пути. И то, что написано на карте. База принадлежит группе, которая называет себя «Вольные». Там трое. У них есть вода, еда, оружие. Они обменивают ресурсы на кристаллы, но, по слухам, предпочитают грабеж.

– Звучит как типичная банда, – сказал Гром. – Сколько их на самом деле?

– Не знаю. Умирающий говорил о троих. Но карта была составлена кем-то, кто, возможно, не успел все разведать.