Юрий Дихтяр – Ночной фотограф (страница 43)

Точно, следят. Зайдя в подъезд, ускоряюсь и уже пулей вылетаю во двор. У стоящего напротив подъезда «Опеля» открывается дверца и я не раздумываю залезаю внутрь.

Сидящий в машине Звягинцев прикладывает к губам указательный палец, показывая, чтобы я молчал. Выезжаем на проспект и теряемся в потоке машин. Едем молча, наконец, заезжаем в проезд между гаражами. Майор кивает мне, чтобы я пересел назад и показывает на пакет, лежащий на сиденье. Пересаживаюсь, вынимаю из пакета джинсы, свитер, куртку, ботинки, кроссовки. Даже вязаную шапку. Вопросительно смотрю на майора. «Переодевайся», – читаю в его глазах.

Раздеваться – одеваться на заднем сидении автомобиля нелегко. Даже для Гудини. Но я справился, вещи сложил в тот же пакет, предварительно переложив всё из карманов. Моя новая одежда странно пахнет, будто только из химчистки.

Майор выходит, хватает мои шмотки и относит в мусорный бак. Садится за руль, и только проехав пару кварталов, говорит:

– Как тебе прикид?

– Я не понял, у меня там футболка одна сто баксов тянула. Что происходит? Что это за шмотки?

– Сэконд – хэнд. Как размерчик? Угадал?

– Ты больной? Зачем этот маскарад?

– Угасни, – в голосе Звягинцева проступают металлические нотки. – Закрой рот и слушай. Ты весь напичкан жучками. За тобой следят и тебя прослушивают. Круглосуточно.

– Кто?

– Не перебивай. Я тебя сейчас отвезу на квартиру. Пересиди там недельку. Пока я порешаю вопросы. Сейчас ничего тебе не объясню и не расскажу, так что лучше и не спрашивай. Вот тебе ещё, – он достаёт из кармана старый-престарый Сименс, ещё с чёрно-белым экраном. – Там в книжку вбит только один номер. Мой. Больше с этого телефона никуда не звони. Всё ясно?

– Ничего не ясно. Что происходит? Ты выбросил мои любимые Левайсы, которые мне…

– В джинсах обычно не хоронят. Так что, всё равно бы их выбросили. Я ему жизнь спасаю, а он про джинсы…

– Да пошёл ты…, надоело всё. Высади меня. Идите вы все в жопу. – Я не на шутку разозлился. – Или ты мне расскажешь всё, что знаешь, или…

– Или что? – Мне не нравится взгляд Звягинцева. От таких взглядов у меня начинается озноб и дрожь в ногах, но не сейчас. Сейчас мне всё равно. Хочу скорейшей развязки.

– Или всё. Давай, выкладывай, или пристрели меня прямо тут, ясно?

– Ты ничего не хочешь мне рассказать?

– Не хочу.

– Про Бормана?

Чёрт!!! Да они всё знают. Я молчу. Пусть сам скажет.

– Ну, давай, выкладывай. Я думал, тебя уже закопали на пустыре. Ты знаешь, что тебя ищет весь город? Борман-старший совсем с катушек съехал. Тебя ищет убойный отдел. Там твоих пальцев предостаточно, чтоб засадить тебя. Срок не имеет значения, потому что тебя бы ещё в КПЗ на заточку посадили. Когда ты позвонил, я подумал, что связь с тем светом наладили. Как ты ещё домой не попёрся?

– А что там?

– Понятия не имею. Но то, что тебя ждут там все, кому не лень, никаких сомнений не вызывает.

– Во, блин, я почувствовал кишками, что там меня ждёт кирдык.

– Чувствительный ты наш. Но и это ещё не всё. Тебя ищут те парни…

– Какие парни? Из фургона?

Звягинцев кивнул довольно убедительно.

– А им я зачем?

– Встретишь – спросишь. Утолишь любопытство.

– А кто меня прослушивает?

– Они же.

– И что тогда им меня искать? Они в любой момент меня могли найти.

– Я не знаю, может время не пришло. Ты перешёл из ранга пешки в ранг ладьи, а то и повыше. А это уже большая ответственность. Ставка не известна – вот в чём беда.

– Да, у меня один выбор – кому лучше сдаться?

– Нет, пересидишь, а мне тут кое-что нужно выяснить. Может, я тебя вытащу из этой мясорубки. Ты что, пил? Все окна запотели?

– Не то слово. Лакал.

У Звягинцева от изумления аж челюсть отвисла.

– Ну, тогда им тебя не взять. Живьём. Помню я твои похождения.

– Я «пингвина» видел.

– Какого пингвина?

– Помнишь, я рассказывал?

– Точно, рассказывал. И что?

– Он не человек.

Звягинцев саркастично поднял бровь.

– Я его бью, а ему хоть бы хны. Он вампир. Клянусь.

– Ты действительно веришь в вампиров?

Вопрос попал в точку. Тот вопрос, который я должен был задать себе с самого начала. Верю ли я в вампиров? Наверное, нет. А может, да. Но, если да, то вампиры эти не мистические твари в цилиндрах, в плащах с красным подбоем, спящие в гробу. Я их воспринимал, как каких-нибудь маньяков, либо хищников – кровопийц типа большой комар, либо вообще просто словом. Просто словом, ничего не значащим.

Если они и убивали людей, то ничем не отличались от обкуренных водителей, придурков – гопников и других элементов, несущих в себе угрозу мирным жителям. И никакой мистики. Да на производстве гибнет людей в десятки раз больше, чем от вампиров, если они вообще существуют. Верю ли я вампиров? Хороший вопрос. Верю ли я в Бормана, разыскивающего меня, чтоб оторвать башку – вот самый актуальный вопрос на сегодняшний день. А от вампиров мне не холодно, не жарко.

Когда-то, на заре видео, насмотревшись ужастиков, я пытался представить, что бы со мной случилось, если бы я увидел вживую вампира, зомби или Фредди Крюгера, например. И так и не представил бы. То, что не сошёл бы с ума – это точно. Может, просто бы испачкал штаны, не более. Потом бы я подтасовал бы под него логическое обоснование, нашёл бы для него нишу в реальной жизни, всё бы объяснил и понял. Если бы, конечно, это киношное чудо не сожрало бы меня раньше.

Так что, верю я в вампиров или нет – это неважно. Они в моём разуме уже заняли определённую полку и не вызывали во мне особого трепетания.

– Я не знаю, верю я или нет, но мой кулак прошёл сквозь него и даже краем не зацепился. И рожа его мне не понравилась.

– Ясно. Пьянь. Поехали.

Мы приехали на окраину, в район, застроенный домами дореволюционной постройки с выпадающими кирпичами, перекошенными стенами, крышами, крытыми ржавой жестью, деревянными сгнившими балкончиками. Заезжаем во двор с множеством дощатых разнокалиберных самопальных сарайчиков и кучей мусора под забором.

Во дворе на доминошном столе бухают аборигены. Завидев выходящего из машины Звягинцева, они притихли и уважительно поздоровались. Майор отвёл одного в сторонку, поговорил с ним, сунул что-то в руку и вернулся ко мне.

– Выходи, пойдём, хоромы покажу.

Квартира, на удивление, была чистенькая, хотя и со старой мебелью, допотопным телевизором «Берёзка» и плюшевыми шторами на окнах.

– Располагайся. Там, на кухне, холодильник, сейчас Пашка тебе жратву принесёт. Пашка нормальный, если что нужно – говори, он сделает. И не трепло. Мой информатор, стукач. Но безобидный. Дашь ему на пиво. Деньги есть?

– Полно, – отвечаю я. И правда, в карманах почти тысяча долларов, так и не пропитых. – А что мне со старым телефоном делать? Мне должны позвонить.

– Говори меньше минуты. И думай, что говоришь. А лучше – у Пашки домашний телефон есть. Он на первом этаже живёт. Всё, посуду не бей, об шторы бычки не туши, девок не води. Я уехал. Мне звони, только если что-то экстренное случится. Я тебя сам найду. Не вешай нос, всё наладится.

– У меня одна один вопрос – Ленка.

– С Ленкой всё будет нормально. Не переживай, она вне игры и никого не интересует. Я тебе обещаю. Я знаю побольше твоего, так что верь мне.

– Кто эти, из фургона?

– Понятия не имею. Но по тому, как перед ними стелятся, думаю, какой-нибудь гэбэшный засекреченный отдел. Ничего конкретнее сказать не могу. Хватит вопросов. У меня нечем на них ответить. Да, самое главное, чуть не забыл. Иди сюда.

Он подводит меня к старому двустворчатому шифоньеру с зеркалом на двери.

– Смотри, – майор открывает дверцы и я вижу пару плечиков на перекладине, шляпу, висящую на крючке, паутину в углу.