Юрий Чирков – Сага о стрессе. Откуда берется стресс и как его победить? (страница 24)
Вот ее слова, они очень интересны: «Сдаст ли эмоциональная система (речь шла о тех СВЕРХНАГРУЗКАХ, которым подвергается мозг современного человека. –
Эмоции – слабое звено? Может, стоит избавиться от них? Не представляет ли собой механизм эмоций в том виде, как он существует сегодня, нечто атавистическое, рассчитанное на специфику жизни наших далеких предков, но во многом неприемлемое для нас?
А ведь действенные средства уже есть, транквилизаторы, к примеру. Транквилизированные, напичканные нервными пилюлями люди – это и есть люди без эмоций?
Так нужны эмоции или нет? Ответил член-корреспондент АМН Григорий Иванович Косицкий. «Эмоции возникают всегда, – отмечает он, – когда организм находится в условиях, требующих от него громадной отдачи и вынуждающих его мобилизовать все свои силы на преодоление преграды… Не будь эмоций, мы бы тотчас погибли, встретившись с обстоятельствами, требующими напряжения воли и интеллектуальных усилий…»
Ну хорошо, оставим человеку эмоции, но попробуем (мысленно, теоретически!) урезать их спектр. Считается, что переживать, печалиться, грустить вредно. Так, может быть, имеет смысл исключить из психического «ВЕЕРА» отрицательные эмоции?
Что по этому поводу думают ученые? Они говорят решительное «НЕТ».
Григорий Иванович Косицкий: «Многие даже весьма образованные люди уверены: если напряжения неприятны, их нужно немедленно устранить. Это неверно. Отрицательные эмоции человеку в известной мере необходимы… Не уходить надо от трудностей жизни, а, наоборот, идти им навстречу, преодолевая их и закаляя тем самым свою нервную систему…»
Вот так-то! Человек, способный только радоваться, только веселиться, – это человек лишь с половиной души, эмоциональный урод, которому недоступны будут гнев, возмущение, ярость, обида. А нужны ли они? Мы убедились: да, безусловно.
3.11. Спектакль «Стресс!»
Когда люди подпадают под воздействие сильнейшего стресса и находятся в состоянии внутреннего напряжения, они, как правило, отчаянно пытаются найти для себя какой-то выход, но зачастую даже не представляют, с чего начать. В результате они или продолжают, стиснув зубы, держать оборону, сопротивляясь из последних сил, или пытаются решить проблему неадекватными способами: прибегнув к помощи домашней аптечки, бара, спиртных напитков или пачки сигарет. Иногда они начинают вести себя как заведенные: перегружают себя заботами, работают на износ, до полного изнеможения, или пускаются в загул.
Часто люди не сразу осознают, что с ними происходит. Ниже перечисляются некоторые признаки, по которым можно распознать у себя симптомы стресса:
● вам требуется с каждым разом все больше времени для выполнения какого-либо задания;
● все чаще и чаще у вас случаются провалы в памяти, бытовые травмы;
● вы легко раздражаетесь, впадаете в беспокойное состояние или становитесь чрезвычайно рассеянным и невнимательны;
● вы ощущаете постоянную усталость, у вас наблюдаются нарушения сна;
● вам не хватает времени на себя;
● вы испытываете угнетенное душевное состояние, подавленность.
Вот старый, но нестареющий рецепт: иногда достаточно сосчитать до десяти мысленно, прежде чем ответить дерзостью на дерзость, как «эмоциональный взрыв», готовившийся в вашей голове, пройдет бесследно.
Управлять эмоциями! Мы тренируем память, сообразительность, работоспособность мозга, а почему мы забываем о чувствах? Ведь это мощный резерв в борьбе с эмоциональным стрессом.
А как же вызывать, стимулировать, провоцировать нужные эмоции? Они, казалось бы, не подвластны прямому волевому усилию. Как овладеть тончайшим механизмом чувств? Досконально этого пока никто не знает, однако попытки приподнять покров этой тайны предпринимались давно. Особенно (оно и понятно!) интересовал этот вопрос драматургов и театральных режиссеров.
Физиологический анализ элементов актерского творчества делал еще французский философ и писатель Дени Дидро (1713–1784). Он был врагом актерской теории «нутра». В своем эссе «Парадокс об актере» (1773 год) Дидро требовал: актер должен играть обдуманно, изучив природу человека, неуклонно подражая какому-нибудь идеальному образцу, руководимый своим воображением, своей памятью…
Русский драматург Александр Николаевич Островский (1823–1886) оставил нам записку «Об актерах по Сеченову». Однако, видимо, дальше всех в этом отношении пошел великий новатор сцены Константин Сергеевич Станиславский (1863–1938). Он учил актера «дисциплинировать» эмоции, владеть и управлять ими.
В своих трудах Станиславский подробно рассказал, как ему удалось подметить одну общую черту, свойственную великим актерам – Ермоловой, Дузе, Сальвини, Шаляпину: излишнее мышечное напряжение в момент творчества у них отсутствовало.
Станиславский очень доходчиво доказывал актерам правильность своих наблюдений. Он предлагал артисту приподнять рояль и в этом состоянии произвести в уме арифметические действия. Артист мог решать задачу, только когда освобождался от мышечного напряжения.
Так на конкретном примере режиссер показывал, что релаксация (расслабление) мышц не только успокаивает, но и создает условия для концентрации внимания, улучшения памяти и других мыслительных процессов…
И все же управление эмоциями – это лишь полдела. Очень важно (если мы действительно хотим одолеть эмоциональный стресс) еще и научиться понимать друг друга.
Интересный эксперимент был проделан (об этом писал журнал «Америка») в одной американской школе. Школьники подготовили и поставили необычный спектакль, назывался он «СТРЕСС!». Играя роли как бы других людей (своих родителей, друзей), маленькие «актеры» захотели (и сумели, как они утверждали потом) понять причины, вызывающие стрессовые состояния.
Спектакль готовился так. Примерно за два месяца до премьеры «Стресса!» преподавательница Д. Клевинс организовала в классе «мозговой трест» для отбора лучших идей и мыслей. После нескольких таких собраний она попросила каждого школьника выступить с серией «представлений», которые можно было бы включить в сценки будущего спектакля.
«Стресс!» начинался экспрессионистским танцем, в котором «артисты» изображали физические конвульсии стресса. Постепенно внутренняя энергия разрывала путы напряжения, и вот участники спектакля уже мчались к воображаемой «свободе от стресса».
Если бы все 150 сценок, созданных ребятами к началу репетиций, вошли в спектакль, он шел бы, как подсчитала учительница, 14 часов без перерыва! Было показано лишь лучшее из лучшего. И «Стресс!» имел большой успех. Он многому научил и детей, и взрослых. Вот отзывы.
Д. Клевинс: «Взрослые не смогут понять детей, пока не научатся смотреть на вещи с их точки зрения. Обучая этих ребят, я сама учусь у них».
«Артист» – школьник Р. Йокум: «Мы начали с того, что показывали, как все хотят оказать на нас давление. Но мы поняли, как сами давим на других людей».
Глава 4
В тесноте – в обиде!
В один очень холодный день группа дикобразов сгрудилась, желая согреться. Но длинные иглы больно кололись. Однако стоило дикобразам отодвинуться друг от друга, как их охватывал холод. Дикобразы поерзали-поерзали и в конце концов нашли оптимальное положение. Это расстояние они с тех пор называют вежливостью и хорошими манерами.
«Колумбиец или мексиканец часто находят, что североамериканец, с которым они разговаривают, держится холодно и отчужденно только потому, что североамериканец не любит, чтобы до него дотрагивались, и отступает назад как раз тогда, когда колумбиец считает, что он подошел достаточно близко, чтобы заговорить. Для американца удобным расстоянием при разговоре будет 75 сантиметров, но для мексиканца это слишком далеко…»
Этот абзац, взятый из статьи американского исследователя Э. Холла «Язык пространства», весьма многозначителен. Он не только подчеркивает, что «ФОРМЫ ЖИЗНИ» у разных народов имеют свои особенности, не только свидетельствует, что восприятие пространства неодинаково у людей разных национальных культур, тут еще неявно зашифрованы и признаки тех неудобств, которые несет с собой теснота.
«В ТЕСНОТЕ, ДА НЕ В ОБИДЕ!» – утверждает русская пословица. Но так ли это? Какое пространство, сколько его необходимо отдельному человеку? Как он будет чувствовать себя в условиях перенаселенности? Вообще, как давит на человека, как проявляет себя «МЕТРАЖНЫЙ» стресс? Об этом мы и поведем теперь рассказ.
4.1. Расплываясь подобно чернильной кляксе
Без сомнения, скученность людских масс в современных больших городах в значительной мере повинна в том, что в этой фантасмагории вечно меняющихся, накладывающихся друг на друга и стирающихся человеческих образов мы не можем больше разглядеть лик нашего ближнего. Наша любовь к ближнему настолько разбавляется массой этих ближних, притом слишком близких, что в конце концов даже следов ее невозможно обнаружить. Кто хочет испытывать сердечные и теплые чувства к людям вообще, должен сосредоточить их на небольшом числе друзей; как бы ни было правильно и этично требование любить всех людей, мы так устроены, что не можем его исполнить. Нам приходится поэтому делать выбор и тем самым в эмоциональном отношении «держать на расстоянии» множество других людей, несомненно, не менее достойных нашей дружбы.