Юрий Бурлаков – Полярный альманах № 2 (страница 22)

28 августа суда двинулись к северу, чтобы обследовать берег полуострова и группы прилегающих островов. 1 сентября они были остановлены льдом толщиной в 3–5 футов около мыса Челюскин. От меридиана Медвежьих островов и даже немного восточнее вплоть до этого момента ледовых препятствий не встречалось – условия исключительно благоприятствовали экспедиции.

В поисках открытой воды суда двинулись к северу. 2 сентября был открыт невысокий остров, получивший имя Цесаревича Алексея, в 30 милях северо-восточнее мыса Челюскин. Далее съёмка велась вдоль южного и восточного берегов этого острова.

3 сентября 1913 года экспедиция сделала своё главное открытие – открыла Землю Николая II. Показавшись сразу за проливом Челюскина (ныне пролив Вилькицкого – Прим. пер.), она уходила на север, в сторону полюса. Её наличие помогло понять многие гидрологические и метеорологические особенности Карского моря. Суда приблизились к юго-восточной оконечности вновь открытой земли (в 55 милях от мыса Челюскин), но, не найдя открытой воды к западу, начали движение вдоль восточного побережья, которое представляло обрывистые горы высотой до 1500 футов. Юго-западные ветры отогнали массив льда от побережья, образовав широкий канал для прохода пароходов.

4 сентября астрономические наблюдения дали координаты 80°04′ N и 97°12′ E. Дальше за 81 градусом сплоченные льды блокировали дорогу на север. Протяжённость открытой земли на север так и осталась неустановленной. Максимальные её размеры, однако, приблизительно известны, исходя из линий дрейфа нансеновского «Фрама» и брусиловской «Св. Анны».

Вернуться обратно на мыс Челюскин было невозможно. После тщетного ожидания благоприятного ветра в течение недели, решили повернуть на восток. Льды, неблагоприятные ветры, наступающая полярная ночь увеличивали трудности. Петропавловска достигли лишь 29 октября, и стали на ремонт. На свою базу во Владивосток экспедиция вернулась 25 ноября, пройдя за навигацию 13 тыс. миль.

Основной задачей экспедиции 1914–15 гг. ставилось полностью пройти Северный морской путь и исследовать Землю Николая II.

7 июля экспедиция вышла из Владивостока курсом на Арктику. По дороге узнали о начале Мировой войны через радиостанцию на Аляске. «Таймыр» взял курс на Ном, а оттуда – в Ново-Мариинск (ныне г. Анадырь – Прим. пер.) на берегу Анадырского залива, чтобы установить связь с Петроградом и получить инструкции о продолжении работ в Арктике и выполнении похода до Архангельска.

«Вайгач» тем временем проводил гидрологические и гидрографические наблюдения в заливе Св. Лаврентия и вокруг островов Диомида в Беринговом проливе. В это время поступил запрос от Канадского правительства оказать содействие участникам экспедиции Стефанссона, зазимовавшим на острове Врангеля после гибели их судна «Карлук». «Вайгач» попытался подойти к острову, который обычно доступен не более трёх недель в году. Первая попытка оказалась неудачной, «Вайгач» зашёл севернее, со стороны острова Геральд, но встретил непреодолимые толстые сполченные льды. Начался небольшой ветер с севера, и когда судно пыталось подойти с южной стороны, оно было отжато. Винт вмерз в лед. «Таймыр», получив радио с «Вайгача», пошёл на выручку, но льды не позволили приблизиться ближе, чем на 10 миль. Случайно «Вайгач» освободился из плена, но было решено не идти к Врангелю. Позже стало известно, что спасательные работы были успешно завершены американской торговой шхуной «Кинг энд Винг» под командой её владельца – капитана Олафа Свенсона. 19 августа транспорты достигли Колючинской губы, где приняли со вспомогательного судна «Тобол» последнюю партию угля, и 21 августа продолжили движение на запад.

На меридиане мыса Биллингса попытались подойти к берегу острова Врангеля, но вновь безуспешно. Около мыса Якан, двигаясь среди разломанных льдин, заметили огонь на большом ледовом поле, вокруг огня было около 20 чукчей, охотников на моржей. Они просили отвезти их на берег, но у нас не было времени и пришлось им отказать.

После пересечения меридиана Чаунской губы суда вновь разделились: «Вайгач» пошёл вдоль побережья к Медвежьим и Новосибирским островам, а «Таймыр» – на север, до границы льдов. Непреодолимые льды около Новосибирских островов принудили «Вайгач» изменить курс к северу, с целью достичь группы островов Де Лонга, по возможности – острова Генриетты. Но тяжёлые льды преградили дорогу, и «Вайгач» смог достичь только острова Генерала Вилькицкого (ныне остров Вилькицкого. – Прим. пер.).

Во время этих передвижений командой «Вайгача» был открыт и описан остров, которому дали имя Новопашенного, впоследствии переименованный в остров Жохова, его координаты определили как 76°10′ N и 153° E. Вскоре к «Вайгачу» присоединился и «Таймыр».

Но затем суда вновь разделились: «Вайгач» последовал на север от Новосибирских островов с намерением завершить опись, а «Таймыр» – к острову Беннетта и на запад, вдоль границы льдов. Мыс Челюскин был назначен местом встречи.

Мелководье не позволило «Вайгачу» достичь Новосибирских островов, и только через четыре дня, 31 августа, он достиг берегов Таймырского полуострова, не встретив льдов вплоть до линии между островами Св. Самуила (ныне острова Комсомольской правды – Прим. пер.) и материком.

«Таймыру» пришлось трудно, он получил повреждение от дрейфующих льдов. Достигнув мыса Челюскин 2 сентября, экспедиция встретила большие ледяные поля, которые хотя и были разломаны, давали мало надежды на чистую воду на западе. Суда встали на якоря около мыса, и партия с «Таймыра» отправилась на берег. Льды в это время двинулись в направлении якорной стоянки. «Вайгач» полным ходом прошел до юго-западной оконечности Земли Николая II, по каналу чистой воды на юго-запад вдоль южного побережья, и достиг точки с координатами 77°51′ N и 99° W. Встретив здесь группу сидящих на мели айсбергов, он повернул обратно к острову Цесаревича Алексея (ныне остров Малый Таймыр – пер.), произвёл съёмку его южного берега и примыкающих малых островов.

«Таймыр», задержавшийся в ожидании возвращения береговой партии, был блокирован льдами и сдрейфовал примерно на 15 миль восточнее мыса Челюскин, прежде чем смог самостоятельно освободиться ото льдов. Встреча с «Вайгачом» состоялась у южного побережья Земли Николая II.

Транспорты вновь двинулись курсом на запад, но, встретив те же препятствия, повернули обратно и через несколько часов встали на якоря во льдах у низкого южного побережья вновь открытой земли. Понемногу стало чувствоваться приближение зимы: температура падала, тундра начала замерзать, лужи покрылись новым льдом, часто задувала пурга. В течение нескольких дней до 9 сентября суда маневрировали между континентом и Землёй Николая II, отыскивая проход на запад. Затем они встали на якорь у островов Хейберга и Фенли, надеясь укрыться за ними от дрейфующих льдов. Но усилия оказались тщетными. Эти острова в средней части 30-мильного пролива могли задержать льды только в слабый ветер. Летняя средняя температура в этом году была низкой – всего лишь -2 °С, сильных ветров не было.

Открытой воды почти не было, и идти между ледяными полями было опасно. 9 сентября «Таймыр», войдя в узкий проход, подвергся сжатию, судно накренилось на борт и оказалось в уязвимом положении. Сжатие, к счастью, было недолгим – две или три минуты, но 70 шпангоутов было сломано и девять водонепроницаемых переборок смято. Два или три дня спустя «Вайгач» вышел в открытую воду и двинулся вдоль западного побережья Таймыра к Земле Короля Оскара близ устья реки Таймыры, где столкнулся с тяжёлыми льдами, и испытывал сильное давление льдов. «Таймыр» был окружен ледовыми полями, и команда стала готовиться к пешему походу на берег, на случай, если судно будет раздавлено. Трехнедельный запас продуктов и необходимое снаряжение разместили на верхней палубе.

Ночью 9 сентября «Таймыр», во время сеанса связи с «Вайгачём», перехватил фрагмент разговора на русском языке, по-видимому, с «Эклипса». Это судно под командой капитана Отто Свердрупа было направлено Российским правительством на поиски лейтенанта Брусилова и геолога Русанова, которые вышли в 1912 г. на восток к Берингову проиливу и судьба которых была неизвестна. Свердруп сообщал, что он также испытывает трудности из-за ледовой обстановки. В это время «Эклипс» находился около мыса Тилло в 200 милях западнее. Узнав о положении на «Таймыре» и «Вайгаче», Свердруп обещал помочь – отправить санную партию на тридцати собаках. Он сообщил новости о положении на фронте, так как недавно связывался с радиостанцией в Югорском проливе (ныне пролив Югорский Шар – Прим. пер.), сейчас связь была потеряна из-за большого расстояния. С этого момента и до октября связь со Свердрупом была ежедневной, после, экономя топливо, ограничились сеансами раз в неделю.

Положение было шатким и становилось все более очевидно, что судам придется здесь зазимовать. 26 сентября «Таймыр» встал на якорь возможно ближе к материку – на расстоянии в 2,5 мили. «Вайгач» находился в 1,5 милях от Земли Короля Оскара. «Эклипс» дошёл до мыса Вильда, в координатах 75°40′ N и 91°25′ E. Суда начали готовиться к зиме. Два ангара для аэроплана и тонну продовольствия перевезли с «Таймыра» на берег. Это был запас на случай аварии судна во время вскрытия льда в следующем году.