Юрий Адаменко – Самоучитель разведчика. Книга первая. Дело о пропавшем гноме (страница 4)
Финн записал:
---
Финн поднялся из-за своего стола и подошёл к вешалке, где висела его сумка — потёртая, видавшая виды, но надёжная, как всё, что он делал своими руками. Сумка была сшита из толстой кожи, которую он выменял у старого гнома-кожевенника за починку рунного обогревателя в мастерской, и внутри была разделена на отделения с такой тщательностью, что любой инженер позавидовал бы. Финн расстегнул застёжки, которые сам же и сконструировал — простые, но надёжные, без дурацких рун, которые могли взорваться в самый неподходящий момент, — и начал перебирать содержимое, проверяя, всё ли на месте и в порядке.
Первым на свет появился небольшой кожаный мешочек, туго затянутый шнурком. Финн развязал его, заглянул внутрь и удовлетворённо кивнул. Там был порошок для выявления магии — его собственного изготовления, не та дешёвая дрянь, которую продавали в лавках Гильдии Алхимиков по три серебряка за щепотку. Он делал его сам из толчёного кварца, настоянного на растворе серебра и высушенного особым способом, при котором кристаллы ложились ровными слоями и начинали светиться даже от слабого магического следа. В мешочке было граммов сто — достаточно, чтобы обработать небольшую комнату или проследить путь через пару кварталов. Финн затянул шнурок и отложил мешочек в сторону.
Следующим в очереди был деревянный ящичек с рунами. Финн открыл крышку, и взгляду открылись аккуратные ряды небольших каменных пластинок, на каждой из которых была вырезана руна — чётко и глубоко, с соблюдением всех пропорций, которым его научил старый гном-наёмник, когда-то работавший в Гильдии Инженеров и согласившийся дать несколько уроков. Руны были разложены по назначению: защитные, осветительные, сигнальные и одна — специальная, для экстренной связи, которую он сделал на случай, если они с Рексом разлучатся в опасном месте. Правда, радиус действия у неё был всего квартал, и работала она только при ясной погоде, но Финн всё равно носил её с собой, потому что лучше иметь плохую связь, чем никакой.
— Финн, — донёсся голос Рекса от стола, — ты там не молчи. Я знаю, что ты сейчас записываешь в свой блокнот всякие гадости про меня.
— Я проверяю снаряжение, босс, — ответил Финн, не оборачиваясь. — Мы же идём в гномий квартал. Там может пригодиться магический анализ.
— А, ну да, — Рекс, видимо, решил, что разговор о деле поможет ему вернуть утраченное чувство собственной значимости. Он поднялся с кресла и подошёл к стене, где висела нарисованная от руки карта Эйвон-Сити — главный, как он считал, артефакт его деятельности. Карта была нарисована на плотной бумаге, выуженной из мусорного бака за типографией, и раскрашена акварелью, которую Миссис Грей отдала в уплату за то, что Рекс однажды помог ей прогнать из кофейни назойливого торговца амулетами. Качество рисунка оставляло желать лучшего, но Рекс гордился картой так, будто сам обошёл каждый квартал и промерял каждый переулок.
На карте были обозначены не только улицы и площади, но и множество пометок, сделанных рукой Рекса и его каллиграфически неразборчивым почерком. В северной части Нижнего берега красовалась надпись: «ОПАСНЫЕ КВАРТАЛЫ! ТРОЛЛИ!», хотя на самом деле там жили вполне мирные тролли, которые работали грузчиками в порту и ни разу ни на кого не напали, если только их не провоцировать. В южной части, где располагались эльфийские особняки, было написано: «НЕЙТРАЛЬНЫЕ ЗОНЫ, НО ЛУЧШЕ НЕ СУВАТЬСЯ». Рядом с портом значилось: «ТУТ ХОРОШАЯ РЫБА», а на границе Верхнего берега, в районе, где Миссис Грей держала свою кофейню, было выведено с особой любовью: «ТУТ ХОРОШАЯ ВЫПЕЧКА».
Сейчас Рекс стоял перед картой, скрестив руки на груди, и рассматривал район гномьих кварталов, который был нанесён с особой тщательностью — после того, как первая попытка туда сунуться закончилась конфузом с бородой. Он провёл пальцем по извилистым линиям улиц, остановился на квадратике, обозначающем дом Торина, и глубокомысленно произнёс:
— Вот здесь. Здесь всё началось. И здесь мы найдём ответы.
Финн, который тем временем достал из сумки увеличительное стекло с магической подсветкой — ещё одно его собственное изобретение, сделанное из старой линзы и руны слабого света, — поднял голову и посмотрел на карту.
— Босс, вы даже не знаете, где именно находится мастерская. Клиентка сказала только адрес, а на карте он не обозначен.
— Разведчик чувствует, — отрезал Рекс, не оборачиваясь. — Это важнее точных координат.
Финн вздохнул и вернулся к проверке снаряжения. Увеличительное стекло он проверил на свет: руна внутри оправы светилась ровным голубоватым светом, линза была чистой, без царапин. Он сунул его в боковой карман сумки, чтобы было под рукой, и достал следующее — небольшой металлический цилиндр с рунным узором. Это был мана-детектор, устройство, которое он сконструировал, чтобы измерять уровень магического фона и находить источники аномальной энергии. Работало оно нестабильно — слишком много факторов влияло на точность, — но для грубой оценки было достаточно. Финн нажал кнопку на торце, детектор тихо пискнул, руны засветились зелёным, что означало «работает», и тут же погасли. Финн удовлетворённо кивнул и убрал его в отделение для сложных устройств.
— Ты знаешь, Финн, я всё думаю, — Рекс сделал шаг назад, но продолжал смотреть на карту с таким видом, будто она вот-вот заговорит с ним и сообщит координаты тайного логова врага. — Эта Гримхильда… Она что-то знает. Не просто так она пришла именно к нам. В городе полно сыщиков, и подороже, и с лицензиями получше. Но она выбрала нас.
— Может быть, потому что мы дешевле, — предположил Финн, доставая из сумки небольшой свёрток с запасными батарейками для рунных устройств — самодельными кристаллами, которые он заряжал от городской магической сети раз в неделю.
— Не в деньгах дело, — Рекс наконец отошёл от карты и подошёл к своему столу, где поверх кипы старых бумаг лежал потрёпанный томик в кожаном переплёте. Он взял книгу в руки с той бережностью, с какой священники берут молитвенники, хотя на самом деле книге было уже всё равно — корешок был надорван, страницы выцвели, а некоторые были залиты кофе в те дни, когда Рекс читал её за завтраком, забывая о правилах обращения с литературой.
Это был «Самоучитель разведчика». Финн, который пару раз тайком листал «Самоучитель», обнаружил там множество удивительных вещей: как незаметно следовать за целью (совет: «надень шляпу, и тебя никто не узнает»), как допрашивать свидетелей («смотри в глаза и говори громко») и как выбираться из запертой комнаты («разведчик всегда носит с собой ломик, если нет — используй стул»). Некоторые советы были настолько абсурдны, что Финн даже начал подозревать, что Рекс сочинил их специально, чтобы проверять на нём, насколько далеко можно зайти в шпионском театре абсурда.
Сейчас Рекс открыл книгу на первой странице, где крупными буквами было выведено: «ПАРАГРАФ ПЕРВЫЙ: РАЗВЕДЧИК ВСЕГДА ДОВЕРЯЕТ СВОЕМУ ЧУТЬЮ». Он прочёл это вслух, как будто открывал великую истину, до которой человечество не додумалось за всю свою историю. Голос его приобрёл ту самую торжественность, которую Финн уже научился распознавать как предвестник очередной гениальной, но невыполнимой идеи.
Финн, который как раз проверял запасные руны на целостность, тихо, почти шёпотом, пробормотал себе под нос:
— И игнорирует факты.
Рекс, к счастью, не расслышал — или сделал вид, что не расслышал. Он захлопнул книгу, сунул её во внутренний карман куртки и начал собираться сам. Первым делом он натянул куртку — потёртую, с множеством карманов, в которых, по его мнению, хранились все необходимые разведчику приспособления. На самом деле в карманах обычно лежали огрызки карандашей, скомканные квитанции и иногда — засохшие пирожки, которые он забывал съесть. Но сегодня он решил подойти к делу серьёзно.
— Так, — сказал он, похлопывая себя по карманам, — что у нас есть? Первый карман — рунной жезл, универсальный. Отмычка, детектор лжи и фонарик — всё в одном.
Он достал жезл — небольшой металлический стержень с тремя рунами на корпусе, купленный у уличного торговца на рынке. Торговец клялся, что жезл может открыть любую дверь, обезвредить любую ловушку и заодно сделать кофе. Рекс, разумеется, поверил, хотя Финн, взглянув на руны, понял, что они вырезаны неправильно, с нарушением пропорций, и жезл может либо взорваться, либо начать транслировать неприличные символы в самый неподходящий момент. Но Рекс носил его с гордостью, как символ своей готовности ко всему.
— Второй карман, — продолжал Рекс, засовывая жезл обратно, — ещё один рунной жезл. Запасной. Надёжность — прежде всего.
Второй жезл был куплен у того же торговца, но с рунами другого цвета, что, по мнению Рекса, делало его «специализированным». Финн мельком взглянул на него и мысленно пометил: этот может взорваться даже быстрее первого.
— Третий карман, — Рекс извлёк третий жезл, который отличался от первых двух только тем, что был чуть длиннее, — это особый. Для экстренных случаев. Продавец сказал, что он может ослепить врага или создать дымовую завесу.