Юрий Адаменко – Племя (страница 1)
Юрий Адаменко
Племя
1
Глава 1. Письмо, которое испортило всем жизнь
За окном ноябрь. Серое небо давит на крыши, мокрый снег перемешивается с грязью на тротуарах, а в душах офисных работников поселилась безнадега толщиной с годовой отчет.
В офисе компании ООО «АйПиПиПи» (расшифровку этой аббревиатуры забыл уже даже генеральный директор) наступило утро понедельника. Самое паршивое время недели, когда кофе еще не подействовал, а выходные уже закончились настолько давно, что кажется, будто их никогда и не было.
Марина сидела за своим столом в отделе персонала и смотрела в монитор стеклянными глазами. На ней была блузка пастельного тона, идеальный макияж и выражение лица человека, который только что прочитал книгу «Сила момента сейчас» и теперь собирается применить эту джедайскую силу на практике, даже если все будут против.
— Так, — пробормотала она себе под нос, поправляя очки в тонкой оправе. — Нам нужно единение. Нам нужна магия. Нам нужен... Вьетнам!
Идея пришла к ней не случайно. Вчера вечером она листала ленту в телефоне и наткнулась на пост бывшей одноклассницы, которая выложила фото на фоне рисовых террас с подписью «Йога-ретрит. Джунгли Вьетнама. Это изменило мою жизнь! Научилась слышать себя!». Марина тоже хотела научиться слышать себя. И чтобы коллеги научились слышать ее. А главное — чтобы они наконец-то перестали игнорировать ее письма про дни рождения и корпоративные праздники.
Марина открыла поисковик и забарабанила пальцами по клавиатуре. Ногти у нее были аккуратные, розовенькие, с белыми кончиками — такие ногти бывают у женщин, которые никогда в жизни не копали картошку и даже не представляют, что земля бывает не только в цветочных горшках из «Икеи».
— Глэмпинг Вьетнам, — шептала она, нажимая на кнопки. — Эко-тур. Духовные практики. Тимбилдинг в джунглях.
Поисковик услужливо выдал сотни ссылок. Первая же картинка заставила ее сердце биться чаще.
На экране возник рай: огромный бассейн с бирюзовой водой, прямо посреди которого плавали люди с коктейлями в руках. Вокруг бассейна стояли белые домики на сваях, украшенные цветами. На заднем плане виднелись горы, укутанные изумрудной зеленью, а на переднем — улыбающийся инструктор йоги в белоснежных шортах делал стойку на голове прямо на бамбуковом мостике.
— Идеально! — выдохнула Марина и даже прижала руки к груди.
Она кликнула на сайт. Там было написано: «Эко-курорт „Зеленый рай“. Две недели в джунглях Вьетнама: йога, медитации, здоровое питание, единение с природой и собой. Русскоговорящие гиды, комфортабельные виллы, органическая кухня. В программе: мастер-классы по приготовлению местных блюд, экскурсии к водопадам, вечерние посиделки у костра под звездами».
— Господи, — прошептала Марина. — Это же просто сказка.
Она представила, как они сидят у костра, пьют чай с лимонником, обсуждают свои чувства, а где-то вдалеке поют птицы. Никаких дедлайнов, никаких отчетов, никаких криков: «Марина, почему опять нет печенья на кухне?!»
— Сплочение, — сказала она вслух. — Доверие. Мы вернемся оттуда одной семьей!
Соседний менеджер, проходивший мимо с кружкой кофе, покосился на нее с подозрением. Марина не обратила внимания. Она уже открывала почту и создавала новое письмо.
«Дорогие коллеги!» — написала она, и пальцы ее залетали по клавиатуре с невиданной скоростью.
Письмо получалось красивым. Даже слишком красивым. Марина использовала все слова, которые когда-либо видела в корпоративных рассылках: «синергия», «коллаборация», «эмпатия», «командный дух», «выход из зоны комфорта». Про зону комфорта она особенно гордилась — это звучало современно и дерзко.
«Две недели в джунглях Вьетнама без телефонов — это сплотит нас! — писала она. — Представьте: никаких уведомлений, никаких звонков, никаких задач. Только вы, природа и ваши коллеги. Мы научимся доверять друг другу, слушать друг друга и поддерживать друг друга. Это будет незабываемо!»
Она на секунду остановилась и перечитала написанное. Фраза «без телефонов» показалась ей особенно смелой. Но Марина знала: чтобы достичь духовного единения, нужно отключиться от внешнего мира. Так писали во всех умных книгах. Так говорил ее коуч на последнем вебинаре. Так делала Гвинет Пэлтроу, а Гвинет Пэлтроу плохого не посоветует.
— Телефоны сдадим на входе, — мечтательно произнесла она. — Будем общаться по-настоящему. Глаза в глаза.
Чтобы окончательно убедить сомневающихся, она открыла вкладку с картинками и выбрала пять самых красивых фотографий: бассейн, домики, водопад, закат над джунглями, улыбающиеся европейские туристы в белых одеждах, сидящие в позе лотоса.
Прикрепила к письму.
В графу «Кому» она вписала четыре адреса: Артём, Ольга, Денис, Витя.
Палец завис над кнопкой «Отправить». На секунду Марина задумалась: может, спросить сначала? Может, согласовать с руководством? Но Артём и есть руководство, а если она спросит, он начнет выяснять детали, задавать вопросы, а вопросы — это убийцы спонтанности.
— Нет, — решительно сказала Марина. — Иногда нужно просто взять и сделать. Иначе жизнь пройдет мимо.
Она нажала кнопку.
Письмо улетело в цифровой эфир, сопровождаемое бодрым звуком, который Марина сама себе установила на уведомления — звук открывающегося шампанского.
— Ну вот, — сказала она, откидываясь на спинку кресла и довольно улыбаясь. — Теперь остается только ждать.
Она открыла вторую вкладку и принялась искать авиабилеты. Пальцы ее так и порхали над клавиатурой, а на лице сияла улыбка человека, который только что совершил большую глупость, но еще не догадывается об этом.
Через минуту она уже сравнивала цены на бизнес-класс (для Артёма) и эконом (для остальных). Все должно быть идеально. Все должно быть продумано.
— Марина! — крикнули из кухни. — Где печенье? Опять закончилось!
— Сейчас! — отозвалась Марина, даже не оборачиваясь. — Я занята, я меняю жизни людей к лучшему!
Из кухни донеслось недоверчивое хмыканье, но Марина не обратила внимания. Она смотрела на фотографию вьетнамского водопада.
— Мы будем там, — шептала она. — Мы будем счастливы.
---
Кабинет Артёма занимал угловую часть здания. Три панорамных окна выходили на Садовое кольцо, но Артём уже лет пять не обращал на этот вид никакого внимания. Стеклопакеты были тонированные, с защитой от ультрафиолета, и вся суета за ними казалась какой-то далекой, нереальной, почти телевизионной. Иногда Артём ловил себя на мысли, что город за окном — это просто очень дорогая заставка на огромном мониторе, и если сильно захотеть, можно переключить канал.
Мебель в кабинете была итальянская, из натурального дуба. Стол размером с небольшой спорткар, кожаное кресло с системой массажа поясницы, стеллажи с папками, которые никто никогда не открывал, и обязательная картина на стене — абстракция в серо-синих тонах, купленная за тысячу евро у молодого художника, про которого Артём всё равно ничего не знал.
На столе стояло три монитора. Один для почты, второй для таблиц, третий для видеозвонков. Рядом с мониторами — фотография жены и дочери в серебряной рамке. Жена смотрела с фото с легкой укоризной, как будто знала что-то такое, чего Артём не знал. Дочь, которой было четырнадцать, смотрела в телефон, даже на фотографии.
Было десять утра понедельника. Артём сидел в кресле, поправляя галстук цвета бордо, и просматривал почту. В левом углу монитора горела цифра «147» — столько непрочитанных писем накопилось за выходные. Артём методично убивал их одно за другим, нажимая «удалить» или «в архив», не вчитываясь. Потом будут важные, те, кто напишет снова. Остальных — в цифровую могилу.
На кофеварке, стоящей в углу на отдельном столике из нержавейки, мигал зеленый огонек — напиток был готов. Кофеварка стоила как подержанная «Тойота», молола зерна, варила под давлением и умела делать рисунки на пенке, если очень попросить. Артём обычно не просил. Он пил эспрессо залпом, как лекарство, морщился и возвращался к работе.
Письмо от Марины пришло в 10:07.
Артём открыл его механически, даже не посмотрев на отправителя. В глаза бросились картинки. Бассейн. Коктейли. Домики на сваях. Улыбающиеся люди в позе лотоса. Артём подумал, что это какая-то реклама туров, и уже собрался нажать «удалить», но вдруг заметил текст.
«Дорогие коллеги! Две недели в джунглях Вьетнама без телефонов — это сплотит нас!»
Артём замер с чашкой эспрессо в руке. Он перечитал первую строчку еще раз. Потом еще. Джунгли? Вьетнам? Без телефонов?
— Что за фигня? — произнес он вслух.
Голос прозвучал глухо в тишине кабинета. Артём отставил чашку, пододвинул клавиатуру и начал читать письмо целиком. С каждой строчкой его лицо вытягивалось все сильнее. Марина писала про синергию. Про командный дух. Про выход из зоны комфорта. Про то, как важно отключиться от внешнего мира и услышать друг друга.
Артём дочитал до конца, потом еще раз пролистал письмо снизу вверх. Картинки с водопадами и закатами теперь выглядели как издевательство.
— Какие, нахрен, джунгли? — спросил он у фотографии жены.
Артём нажал кнопку внутренней связи. В динамике раздалось легкое потрескивание, а потом голос секретарши Леночки — ровный и безэмоциональный.
— Да, Артём Борисович?
— Лена, зайди.
Через пятнадцать секунд дверь открылась. Леночка была женщиной неопределенного возраста с идеальной осанкой и лицом, которое никогда не выражало удивления. За двенадцать лет работы с Артёмом она видела всякое: истерики, увольнения, срывы сделок, приходы налоговой, даже упавшего в обморок стажера. Удивить ее было невозможно. Она носила строгие костюмы, очки без диоптрий (для солидности) и всегда держала в столе шоколадку на случай, если у шефа упадет сахар.