Юрий Адаменко – Племя (страница 4)

Физическая активность:

· Ходьба по пересеченной местности (джунгли, болота, подъемы) — примерно 400 ккал/час.

· Предположительная длительность экскурсий: 5 часов в день.

· Дополнительные затраты: сбор дров, установка палаток (если придется), борьба с насекомыми.

Расчет:

· 5 часов × 400 ккал = 2 000 ккал/день дополнительно.

· Итого суточная потребность: 1400 + 2000 = 3 400 ккал.

Калорийность местной еды:

· Рис: 130 ккал/100 г.

· Овощи: в среднем 50 ккал/100 г.

· Фрукты (бананы, манго): 90 ккал/100 г.

· Рыба/морепродукты: 150 ккал/100 г.

Необходимый объем еды в день:

· Чтобы получить 3 400 ккал, нужно съедать примерно 2.5 кг риса (невозможно, слишком много).

· Или 2 кг бананов (тоже много).

· Или комбинировать.

Вывод:

— Если нас будут кормить три раза в день по стандартной туристической программе, я буду в дефиците калорий примерно 1000 ккал в сутки, — громко сказала Ольга Петровна. — За две недели я похудею на два килограмма. Это приемлемо. Если кормить будут хуже — похудею на пять. Если вообще не будут кормить...

Она сделала паузу и мрачно посмотрела на Зину.

— Если вообще не будут кормить, мы начнем есть друг друга. Эволюционно это самый вероятный сценарий.

Зина поперхнулась уже в третий раз за утро. Она отложила бутерброд и уставилась на Ольгу Петровну с ужасом.

— Оль, ты это серьезно? Ты реально считаешь, что нас там кормить не будут?

— Я не знаю, — честно ответила Ольга Петровна. — Я не знаю, что там будет. Марина прислала красивые картинки, но в письме нет ни одной цифры. Ни точной стоимости, ни программы по дням, ни меню. Только общие слова про «единение с природой». А природа, Зина, это не ресторан. Природа — это место, где ты либо ешь, либо тебя едят.

Зина нервно сглотнула.

— Может, не ехать? Сказаться больной?

— Не получится, — вздохнула Ольга Петровна. — Это обязательное мероприятие. Артём подписал приказ. Марина уже забронировала билеты. Если мы не поедем, деньги все равно спишут, а нас запишут в некомандные игроки. Потом премии лишат.

— А премия сколько?

— Сто пятьдесят тысяч в квартал.

Зина задумалась. На ее лице явно происходила внутренняя борьба между страхом перед джунглями и любовью к деньгам.

— Допустим, я готова рискнуть, — сказала она наконец. — Но ты уверена, что там безопасно? Я слышала, во Вьетнаме змеи есть. И пауки. И эти, как их... пиявки.

Ольга Петровна пожала плечами. Она открыла новую вкладку в браузере и загуглила «опасности джунглей Вьетнам». Через минуту изучения результатов ее лицо стало еще мрачнее.

— Пиявки, — прочитала она вслух. — Москиты (малярия). Змеи (кобры, гадюки, питоны). Пауки (птицееды, каракурты). Дикие животные (кабаны, обезьяны, леопарды). Ядовитые растения. Болотные болезни. Наводнения в сезон дождей. Оползни.

— Охренеть, — повторила Зина.

— И это только то, что в интернете пишут, — добавила Ольга Петровна. — А есть еще то, о чем не пишут.

Она закрыла браузер и вернулась к Excel. Пальцы снова забегали по клавишам.

Расчет рисков:

· Вероятность встретить змею: 30%

· Вероятность быть укушенным: 5% от встречи = 1.5%

· Вероятность заболеть малярией: 2% (по данным ВОЗ)

· Вероятность утонуть в реке: 0.5%

· Вероятность потерять вещи: 50%

· Вероятность остаться без еды: 20%

Стоимость страховки:

· Базовая: 3 000 руб.

· Расширенная (со змеями и эвакуацией): 15 000 руб.

Разница:

· 15 000 — 3 000 = 12 000 руб. × 5 = 60 000 руб.

Ольга Петровна подняла голову.

— Нужно брать расширенную страховку, — сказала она. — Со змеями. И эвакуацией. И репатриацией тела, на всякий случай.

Зина побледнела.

— Оль, ты меня пугаешь.

— Я не пугаю, я считаю, — поправила Ольга Петровна. — Цифры не врут. Цифры показывают реальность. А реальность такова, что мы едем в место, где нас могут съесть, укусить или утопить. И за это мы еще платим два миллиона рублей.

Она откинулась на спинку стула и впервые за утро позволила себе улыбнуться. Улыбка была невеселой — скорее философской.

— Знаешь, Зина, — сказала она задумчиво. — Я работаю бухгалтером тридцать лет. За это время я видела много глупостей. Покупали ненужное оборудование, заказывали бессмысленные тренинги, платили консультантам, которые не умели считать. Но чтобы вот так, добровольно, заплатить два миллиона за возможность получить малярию и быть съеденной питоном... это новый уровень.

Зина молчала. Она переваривала информацию и одновременно доедала бутерброд — от стресса у нее всегда усиливался аппетит.

В дверь постучали. Даже не постучали,а робко поскреблись.

— Войдите, — сказала Ольга Петровна тоном, не предвещавшим ничего хорошего.

Дверь приоткрылась, и в щель просунулась голова Дениса. Маркетолог улыбался своей обычной жизнерадостной улыбкой, но при виде Ольги Петровны улыбка слегка потускнела.

— Ольга Петровна, здравствуйте! — бодро начал он. — Я по поводу письма Марины. Вы видели? Круто же, да?

Ольга Петровна медленно повернулась к нему вместе со стулом. Стул скрипнул, и в этом скрипе Зине послышался похоронный звон.

— Денис, — сказала Ольга Петровна ледяным тоном. — Зайди. Сядь. Поговорим.

Денис зашел. Сел. Посмотрел на монитор, где красовалась таблица. Прочитал цифры. Сглотнул.

— Это... это сколько? — спросил он осипшим голосом.

— Это два миллиона сто тридцать пять тысяч рублей, — ответила Ольга Петровна. — Плюс потеря производительности еще на миллион. Плюс риски. Плюс расширенная страховка. Итого около трех с половиной миллионов, которые компания потратит на то, чтобы мы две недели ходили по джунглям и ели бананы.

Денис помолчал. Потом его лицо снова расплылось в улыбке — маркетологи вообще были странными людьми, их даже цифры не могли испугать.