Юрий Адаменко – Кости Реальности. Книга 1. Первый бросок. (страница 4)

– Друзья! Вы должны понять главное: деньги не спят! Деньги работают на вас, пока вы спите! Пассивный доход – это не миф, это реальность, доступная каждому! Просто нужно знать алгоритм!

– Знаю я твой алгоритм, – пробормотал Лёха, накладывая на видео очередной слайд с растущим графиком. – Алгоритм такой: ты снимаешь видосы, я их монтирую, ты получаешь бабло, я получаю копейки. Вот тебе и пассивный доход. Для меня пассивный, потому что я пассивно жду, когда ты заплатишь.

Лёха работал на автомате. Он делал это уже сотни раз: резать, склеивать, подгонять звук, накладывать графику, выравнивать цвет. Пальцы сами нажимали нужные клавиши, глаза сами сканировали таймкоды, мозг при этом мог думать о чём угодно. Это было идеальное занятие для человека, который не хочет думать о своей жизни.

Борис на экране разводил руками:

– Представьте: вы просыпаетесь утром, а на ваш счёт уже капают деньги! Вы пьёте кофе, а деньги капают! Вы идёте гулять, а деньги капают! Это и есть финансовая свобода!

– Я просыпаюсь утром, – ответил Лёха, вклеивая очередной слайд с купюрами, – у меня счёт – семь тысяч до зарплаты. Я пью кофе, он сбегает. Я иду на кухню, наступаю на Лего. Где мои деньги, Борис? Где моя финансовая свобода?

Борис, конечно, не отвечал. Он продолжал вещать про «инвестиционные стратегии» и «крипто-портфели», а Лёха продолжал резать и клеить, резать и клеить. Час шёл за часом. Солнце за окном поднялось выше, но это никак не отразилось на серости дня. Дождь то начинался, то заканчивался, оставляя на стекле мокрые разводы.

Лёха вставил Борису ещё один слайд – график, уходящий в бесконечность. График был красивым, зелёным и оптимистичным. Лёха посмотрел на него и подумал: «Интересно, а у меня график жизни куда идёт? Тоже вверх? Или уже плавно спускается в плинтус?»

Он отвлёкся на секунду и полез в наушниках переключить музыку. Обычно он слушал что-то нейтральное, чтобы не отвлекало – подкасты про кино, аудиокниги, иногда просто белый шум. Но сегодня, сам не зная почему, он открыл старый плейлист, который не слушал лет пять. Плейлист назывался просто: «Универ».

Он ткнул в первую попавшуюся песню. И через секунду в наушниках заиграло.

Это была мелодия из Baldur's Gate. Тот самый трек, который играл в таверне, когда твоя партия собиралась после долгого приключения. Тёплая, уютная, с нотками средневековья и приключений. Лёха замер.

Музыка лилась в уши, и вместе с ней нахлынули воспоминания.

Универ. Пятый курс. Общага. Комната Сэма, самая большая, потому что Сэм умудрился выбить её себе, подружившись с комендантшей. Там всегда пахло потом, чипсами и приключениями. Вечер пятницы. За окном темно, в комнате горит только настольная лампа, чтобы атмосфернее было. За столом сидят пять человек, перед ними карты, листы персонажей и горы кубиков.

Сэм – Ведущий. Он тогда ещё не был таким занудой, но уже любил покомандовать. Он разложил на столе самодельную карту подземелья, нарисованную от руки, и вещал страшным голосом:

– Вы входите в тёмный коридор. Стены покрыты плесенью, с потолка капает вода. Вдруг вы слышите шорох…

Тим – тот самый, который потом уехал в Питер. Тим играл следопыта-эльфа и вечно лез вперёд всех, потому что у него был самый высокий показатель внимательности.

– Я делаю проверку внимательности! – кричал Тим и кидал кубик. Кубик катился по столу и падал на пол. Тим лез под стол, все ржали.

Алёна… тогда она ещё была с ним. Она играла жрицу, лечила всех и вечно возмущалась, что Тим лезет под пули. Вернее, под стрелы. Она смешно хмурила брови и говорила: «Я не буду тебя лечить, если ты ещё раз так сделаешь!». Тим обещал, что не будет, и через пять минут лез снова.

Сам Лёха играл вора. Полурослика-вора по имени Хитрый Шустрик. Он постоянно пытался обокрасть своих же, из-за чего случались скандалы и драки, но смешные, не настоящие.

А ещё был сидр. Пили его литрами, потому что на пиво денег вечно не хватало. Сидр был сладкий, приторный, но тогда казался божественным нектаром. Сидишь, потягиваешь из горла, смотришь, как Тим в очередной раз проваливает проверку ловкости и падает в яму, и ржёшь так, что живот болит.

Ржали до упаду. До слёз. До того состояния, когда уже не можешь остановиться, и каждый взгляд на соседа вызывает новый приступ смеха. Сэм злился, потому что сбивался с повествования, стучал кулаком по столу и орал: «Прекратите ржать, это серьёзный момент!». Но это делало всё только смешнее.

Лёха сидел в своём рабочем кресле, смотрел на серый дождь за окном и улыбался. В наушниках играла музыка из Baldur's Gate, и на душе становилось тепло. Так тепло, как бывает только от настоящих, искренних воспоминаний о том времени, когда ты был молод и счастлив, даже не подозревая об этом.

– Чёрт, – прошептал Лёха. – Как же круто было.

Он вспомнил, как они после игры шли гулять по ночному городу, пьяные от сидра и усталости, и обсуждали, что будет дальше с их персонажами. Сэм строил грандиозные планы на следующую кампанию, Тим предлагал безумные идеи, Алёна держала Лёху за руку и улыбалась.

Алёна…

Улыбка сползла с лица Лёхи. Он вспомнил фото, которое видел утром. Бали, пальмы, новый парень. Где сейчас та Алёна, которая держала его за руку? Она там, на Бали. А он здесь, в серой однушке, с обгоревшим тостом и двадцатью четырьмя правками.

– Интересно, где они сейчас? – спросил Лёха вслух. – Где Сэм? Где Тим? Мы же были лучшими друзьями. А теперь… теперь я даже не знаю, живы ли они.

Он попытался вспомнить, когда в последний раз видел Сэма. Года два назад? Три? Они пересеклись случайно в метро, поболтали минут пять, обменялись телефонами и разбежались. Сэм тогда говорил, что всё ещё ведёт кампании, что у него новая группа, что он работает программистом и всё хорошо. Лёха обещал зайти, но так и не зашёл. Работа, дела, Алёна, потом расставание с Алёной, депрессия, снова работа… Время пролетело, как один долгий, серый день.

Тим вообще пропал. После того, как уехал в Питер, он выходил на связь пару раз, а потом затих. Может, женился, может, уехал за границу, может, просто забыл старых друзей. Лёха не знал. И от этого незнания становилось ещё тоскливее.

– Надо бы им написать, – подумал Лёха. – Спросить, как дела. Может, встретиться.

Но тут же внутренний голос заныл: «А зачем? Что ты им скажешь? „Привет, я всё так же сижу в своей однушке и монтирую видосы про инвестиции“? Им это неинтересно. У них своя жизнь, свои проблемы. Ты им никто. Просто старый знакомый, который вспомнил о них от тоски».

Лёха вздохнул и отогнал эти мысли. Надо работать. Правки сами себя не сделают. Он выключил музыку из Baldur's Gate – слишком уж она отвлекала, слишком много воспоминаний будила – и включил какой-то нейтральный подкаст про новые фильмы. Там ведущие обсуждали, стоит ли смотреть очередной блокбастер или лучше подождать стрима. Лёха слушал вполуха и продолжал резать, клеить, подгонять звук.

Борис на экране рассказывал про «инвестиционные стратегии для начинающих». Лёха вставлял слайд с графиком. Борис улыбался. Лёха выравнивал цвет. Борис разводил руками. Лёха подрезал тайминг. Работа текла своим чередом, монотонная и бесконечная, как дождь за окном.

Так прошёл весь день. Лёха делал правки, отвечал на сообщения заказчика (тот ещё три раза уточнял детали), пил очередной кофе (уже нормальный, потому что Лёха сгонял в магазин за новой пачкой), перекусил бутербродами с колбасой. К вечеру глаза устали, спина затекла, а настроение снова упало до уровня плинтуса.

Часы показывали одиннадцать вечера. Лёха закрыл проект, сохранил все изменения, отправил заказчику финальную версию и откинулся в кресле. В голове гудело, как в трансформаторной будке. Он допил остатки кофе, поставил кружку в раковину и поплёлся на диван.

Диван был старым, продавленным, но родным. Лёха рухнул на него, вытянул ноги и уставился в потолок. Дракон на трещине смотрел на него свысока, как бы спрашивая: «Ну что, герой, как прошёл твой великий день?».

– Отвали, – буркнул Лёха дракону. – Ты вообще ничего не делаешь, только висишь там и ухмыляешься.

2

Глава 2. Сообщение, которого не ждал

Лёха лежал на диване и медленно умирал. Не в прямом смысле, конечно, но ощущение было именно такое. Тело после одиннадцати часов сидения за компьютером гудело, как трансформаторная будка, глаза слезились, спина ныла, а в голове продолжали крутиться обрывки фраз Бизнес-Бориса про «пассивный доход» и «финансовую независимость». Борис теперь, наверное, приснится в кошмарах.

За окном давно стемнело. Вечер перетёк в ночь незаметно, как это обычно бывает, когда работаешь без продыху. Лёха даже не ужинал – перехватил на бегу ещё один бутерброд и запил его остатками кофе, который с утра казался отвратительным, а к вечеру стал просто жидкостью. Организм уже не сопротивлялся, он смирился.

Диван, на котором лежал Лёха, был старым, продавленным, с торчащими пружинами, которые он забивал молотком раз в полгода. Диван достался ему вместе с квартирой от предыдущих жильцов, которые, видимо, тоже не слишком заботились о своём позвоночнике. Лёха застелил его пледом с оленями и считал это вполне приемлемым ложем.

Сам Лёха был одет соответственно моменту: старые семейные трусы в синий горошек и растянутая футболка чёрного цвета, на которой когда-то была эмблема метал-группы «Slayer». Группу Лёха не особо любил, футболку купил на распродаже, и за пять лет носки эмблема почти стёрлась, буквы облупились, и теперь на груди красовалось нечто неопределённое, похожее на смазанное пятно. Но футболка была мягкой и удобной, а это главное.