Юнта Вереск – Арзюри. Книга 2. Данк (страница 37)

Вадим жалел, что не прихватил с собой скалолазное снаряжение. Даже сидя на уступе после падения со скалы, он чувствовал себя увереннее, чем сейчас. Камешки, карабины от рюкзака — все пошло в дело. Вроде бы один край веревки закрепили намертво.

Подтянуться к окну было невозможно — нижний его край был выше стола больше чем на два метра. Пришлось делать пирамиду из людей. Миха и незнакомый парень встали на стол и подняли Вадима наверх. Когда он уселся на «подоконник», ему кинули веревку. Вадим поймал ее и скинул вниз, наружу. А затем высунулся и посмотрел вниз.

— Слушайте, похоже там… вода. В любом случае не трава и не камни. Не знаю, насколько глубоко… Посмотрю сейчас.

С этими словами он протиснулся в щель и полез вниз. Веревка оказалась диво как хороша, поэтому уже через минуту он крикнул:

— Здесь вода, но не глубоко, чуть выше колена. Можно спускаться! Не бойтесь, веревка удобная, цепляйтесь за узлы, а я вас тут подстрахую!

Веревка задергалась и Вадим ухватил нижний конец, чтобы она не болталась. Вскоре до него добралась одна из женщин, но вместо того, чтобы спуститься до конца, просто прыгнула на Вадима, который еле устоял на ногах, пытаясь ее удержать.

Затем появился парень. Потом еще две девушки. Наконец, бурча что-то себе под нос, показался Миха.

И тут резкий грохот из пещеры перекрыл гул, раздающийся со стороны реки.

— Магда! Ты цела? — завопил Вадим.

Конец веревки, который он держал, отчаянно затрясся. Магда, которая уже взобралась на подоконник, увидела и услышала, как сзади рушатся остатки перекрытия и резким толчком выбросилась из окна, едва успев зацепиться за веревку. Но когда она проделала половину пути, веревка оборвалась — заделанный внутри мастерской конец выскочил от сотрясения. И девушка полетела вниз. Кто-то из стоящих внизу завизжал от ужаса.

Вадим попытался поймать ее, но получил удар веревкой в лицо, отшатнулся, в это время Магда ногами ударилась о его грудь, а затем они оба рухнули на землю. Под воду.

— Как кутят вытаскивать вас из лужи… — ворчал Миха, поднимая их из воды из шкирки.

— Нехилая такая лужа, нам по размеру, — фыркая и пытаясь руками стряхнуть с себя воду, пробурчала Магда.

— Ну и куда теперь? — спросил кто-то.

— Надо уходить от реки, к визитнице, ответил Вадим. — Там можно укрыться в хоганах. Да и несколько палаток там уже поставили…

Для этого пришлось обогнуть скалы и выйти ко входу в пещеры. Чем дальше они шли, тем выше становилась вода. И если бы только вода! Все вокруг было усеяно крупными камнями, достигавшими полуметра в высоту. Натыкаясь на них и отчаянно ругаясь, путники продвигались вперед. У входа в пещеры Вадиму было уже «с головкой». Только высокий здоровяк Миха мог спокойно передвигаться, помогая сразу трем девушкам. Сзади, цепляясь друг за друга и спотыкаясь о камни, шли остальные.

— Откуда здесь такая прорва камней? — стуча зубами от холода, спросила Магда.

— Нападали сверху?

— Вряд ли…

Наконец они выбрались на тропу, ведущую к визитнице. С каждым шагом уровень воды становился все ниже. Отойдя метров на триста от пещеры, они уже могли довольно спокойно идти — камни закончились и воды теперь было лишь по щиколотку. Они прибавили шагу — все промерзли до костей, хотелось быстрее выбраться на сухое место, найти одежду и хоть немного согреться.

— Вот они! Вот! Смотрите! Все семеро! — раздался вдруг ликующий вопль.

Навстречу им выскочили люди с одеялами в руках, которые быстро укутали промокших скитальцев и повели к большому костру, разведенному у края визитницы.

— Заставили нас поволноваться! Вы последние, остальные уже все собрались. Боялись, что вас селем унесло…

— Селем?

— Да. Это не наводнение. Это сель. Грязекаменный поток. Нашего лагеря больше нет. Но все колонисты живы…

— …Кроме ушедших на плоту. Надеюсь, они живы…

У Вадима потемнело в глазах. Селя Аквадом не выдержит. Наводнение — мог и пережить, но не сель. Особенно если пойдут крупные камни. И, судя по тому, через какие завалы им приходилось сюда добираться, это был водокаменный сель, а не грязевой. Отойдя несколько шагов в сторону, в тень хоганов, он присел прямо на землю и обхватил голову руками. Из груди вырвался стон бессилия, сотрясший все тело.

В этот момент откуда-то из глубин визитницы раздались первые аккорды «Рио-Риты».

Лауди все же вынес патефон из пещер!

А Вадим, наконец, заплакал. Это были слезы и отчаяния, и горькой потери, и невероятного облегчения — все, теперь все самое страшное позади.

Глава 21. Похищение

Данк — так теперь большинство жителей колонии называли Вадима. Разве что друзья еще делали попытки называть его по-прежнему, но теперь настоящее имя казалось лишь милым прозвищем из разряда тех, что дают друг другу близкие люди.

Он вызывал у людей сильные чувства — от любви до ненависти. Многие понимали, что если бы не его предупреждение, то последствия схода селя были бы катастрофическими. Но были и те, кто бурчал, что именно он накликал беду — прибыл Ваади, случилось землетрясение, погибли люди. Прибыл Данк — снова землетрясение, почти полностью уничтожен весь лагерь.

— Не тушуйся. Если бы не ты, погибло бы множество людей, да и имущество удалось спасти только благодаря тебе. Так что ты — герой! — говорил Телиг.

— Не стоит принимать близко к сердцу их слова, — успокаивал Соров. — Людям всегда нужен кто-то, на кого можно свалить вину.

— Ты настоящий везунчик, Вадим, даже твоя высылка оказалась полезной для всей колонии, — хлопал его по плечу Бафф. — Умение оказаться в нужном месте в нужное время стоит гораздо больше, чем другие умения!

Но Вадим-Данк переживал. Ему было жалко Аквадома, уютной кельи в пещерах, застолий на берегу и долгих разговоров у костра. Налаженная жизнь колонии действительно рухнула в одночасье. Да и с Магдой отношения совсем разладились. После возвращения на визитницу девушка сторонилась его.

Правда рядом все время была Алони. Она часто подсаживалась поближе на завтраках и ужинах, вызывалась в те же группы, что и Вадим. Друзья уже начали посмеиваться, но он лишь отмахивался: вон сколько вокруг друзей и знакомых, и Алони — лишь одна из них.

* * *

Насколько катастрофическими для землян оказались последствия селя, стало ясно через несколько дней.

Практически все пещеры серьезно пострадали — часть обрушилась, где-то завалы полностью перекрыли ходы. Большинство каморок и малых залов были залиты водой. Погибли почти все запасы продовольствия — и доставленные с Земли, и разнообразные местные травы. Не пощадила вода их вещевой склад — одежда и обиходные вещи серьезно пострадали или пришли в негодность. Пещеры находившиеся немного ниже уровня центрального зала оказались полностью затоплены. Люди с аквалангами ныряли, пытаясь вытащить оттуда хоть что-то, но дело двигалось очень медленно, ведь забот у колонистов было выше головы.

Одной из самых серьезных проблем стала кухня. Посуда, чаны, сковороды, кувшины и прочая утварь, которую никому не пришло в голову унести с побережья, погибла безвозвратно. Проблемой стало даже приготовление завтрака.

Сель прошелся по лагерю, уничтожив и Аквадом, и кухню со столовой, и весь палаточный городок. Выше лагеря ущелье было довольно узким, в нем сель набрал высоту и силу и, дойдя до лагеря, раскатился, сметая на своем пути все подряд. Когда на следующий день колонисты пошли туда оценить последствия, глазам их представилась жуткая картина.

Лагеря не было. Вместо него разлилось гигантское грязевое болото, из которого торчали огромные валуны — некоторые размером с двухэтажный дом.

— Недели через две вода уйдет и река станет почти прежней, — сказал шокированный Соров. — Но камни никуда не денутся…

— Да уж, расчистить территорию будет совсем не просто. У нас нет техники, а на руках такое не вынесешь, — вздохнул Бафф.

— Ни лошадей, ни других вьючных животных, только мы и наши спины, — грустно усмехнулся Телиг.

— Зато много строительного материала. Можно будет строить каменные дома. Если завести с Земли побольше взрывчатки и оборудования для обработки камня, — предложил Вадим.

Но на него посмотрели довольно скептически.

В лагере было очень много работы. Самой разной. Подключились даже лентяи, которые понимали, что хотя бы эти первые недели на счету будет каждый человек.

Палаток на визитницу удалось принести меньше двух десятков, да один большой шатер. Это были единственные укрытия для более чем полусотни гостей из Ущелья и «коренных» жителей — детей, подростков, трех мам с грудничками. Все остальные пока отсыпались каждый в своем хогане.

К сожалению, погода установилась солнечная. Те, кто жил в палатках, молили небеса об облаках — иначе вне пещер и укрытий невозможно находиться. Подходили к концу и запасы компонентов для антирастительного зелья.

Через четыре дня после катастрофы один из лентяев должен был отбыть на Землю. Его умоляли доставить так много «абсолютно нужных вещей», что не хватило бы не только его хогана, но и еще десятка других. Накануне отправления в лагере разгорелась нешуточная свара — каждый был уверен, что лучше других знает, что нужно колонистам прямо сейчас.

Пленка для укрытия палаток от солнца, нитки и смазка для единственной уцелевшей швейной машинки, укроп для убивающего зелья, список чуть не на тысячу единиц разнообразной кухонной утвари «без которой ну никак не обойтись», палатки, спальники, одеяла, самонадувающиеся матрацы, мачете, пилы, молотки, косы и прочий инструмент для строителей и добытчиков еды и смол…