Юна Ким – Я вернусь в твой сон (страница 22)

– Делайте так, как просит Ван Хёль. Отдайте ему лисью бусину и драконий жемчуг. Пускай они хранятся в безопасном месте.

– Серьезно? – недоуменно переспросил Хо Ян, и мелкие брызги его слюны блеснули на солнце. – Вы же всегда заботились о судьбе Юнхо и Минны!

– Неизбежное произойдет, – вынес вердикт Ан Минджун. – Здесь я бессилен. Не сопротивляйтесь этим переменам.

Нервы Юнхо не выдерживали, и он почувствовал сильное головокружение. Ему казалось, что деревянная лестница под его ногами поползла по заснеженному склону. Горизонт и вертикально стоящие фигуры мрачных жнецов тоже наклонились вправо.

Стараясь не показывать свою слабость, Юнхо оперся на перила и обратил внимание на поведение Хо Яна. Кумихо таращился на Ан Минджуна и изображал пантомиму под названием «Что ты несешь?». Как будто между ними была некая договоренность, но все пошло не по плану.

Глава 25

– Господин Хо Ян, – по-деловому произнес глава мрачных жнецов и бросил взгляд на свои наручные часы. – Время вышло. Я забираю вашу лисью бусину.

Никто и глазом моргнуть не успел, как Ван Хёль обездвижил Хо Яна одним касанием ладони, и кожа кумихо тут же начала покрываться инеем. Впечатленный этим зрелищем, Юнхо напрягся и крепко сжал в руке гриф хэгыма. Он даже не подозревал о способности Ван Хёля замораживать, но спасать Хо Яна не спешил, потому что мрачные жнецы извлекали зачарованные вещи без повреждения плоти.

Ван Хёль осторожно просунул руку в грудную клетку Хо Яна и мгновение спустя вытащил кулак, сжимая в нем добычу. На теле Хо Яна не осталось ни раны, ни шрама. Поднеся кулак к лицу, Ван Хёль разжал пальцы, но лисьей бусины на ладони не оказалось. Его узкие ноздри и уголки губ задергались: сквозь маску безразличия будто бы прорывались раздражение и чувство неловкости перед своими подчиненными.

Выждав время, Юнхо похлопал Хо Яна по плечу, отчего кумихо шевельнулся и закашлялся, а потом рассмеялся, словно ненормальный.

– Как нежно! – с иронией похвалил он попытку Ван Хёля забрать у него лисью бусину. – Тонкая работа!

– Не вынуждайте меня применять силу, – предупредил глава мрачных жнецов, и его голос рассек тишину подобно острию меча. – Где бусина?

– Она в надежном месте, – с ехидной улыбкой ответил Хо Ян.

Юнхо переключил внимание на мрачных жнецов, которые склонили головы и попятились подальше от Ван Хёля. В этот миг Юнхо посетила безрассудная мысль: «Кажется, намечается драка. Нужно помочь Ан Минджуну сбежать и сохранить его предсказания! Ничто не должно повлиять на нашу с Минной судьбу. Все равно Небеса ничего мне не сделают…»

Неожиданно для остальных, Юнхо сорвал бумажную обертку с хэгыма, положил его на плечо и провел смычком по шелковым струнам. В утреннем небе тотчас сверкнула молния и ударила рядом с телебашней Намсан. Все одновременно посмотрели на верхушку горы, откуда в сторону лестницы стремительно покатилась снежная волна. Она набирала высоту, подминая под себя деревья, провода и постройки. Юнхо недооценил силу своего музыкального инструмента. Все происходило очень быстро, и вопрос был в том, как остановить лавину.

– Юнхо, нужно уносить ноги! – позвал его Хо Ян, закрыв собой Ан Минджуна. – Перемещаемся! Ну же!

Когда лавина, подобно лапе огромного белого тигра, поднялась над лестницей, готовясь упасть и раздавить ее, всех отбросило назад сильным порывом ветра. Юнхо вцепился в перила и зажмурился, ожидая ледяного удара в лицо, но лишь несколько снежных комков шлепнулось на его лоб и щеки. Юнхо открыл глаза и с удивлением обнаружил, что пугающая снежная масса отдалялась, постепенно оседая на гору Намсан. Сдерживал ее прозрачный переливающийся щит, и Юнхо огляделся в поисках его создателя. Неподалеку, вытянув руку вперед, стоял Ван Хёль. Именно от его ладони исходило это мощное радужное свечение. Оно исчезло, как только глава мрачных жнецов опустил руку, а вместе с этим и оставшаяся часть снежного облака рассыпалась над лесом.

«Откуда у мрачного жнеца такая огромная сила? – подумал Юнхо, нервно кусая губы и разглядывая щуплое тело Ван Хёля. – Не зря булгэ считаются с его мнением. Что на меня нашло, когда я решил использовать хэгым? Даже боль в мышцах утихла от волнения! Ван Хёль с такой-то силой легко возьмет меня под стражу. Тогда я не смогу оберегать Минну. По крайней мере, он не стремится ее убить».

Подчиненные Ван Хёля, судя по всему, тоже впервые увидели его истинные способности и оживленно зашептались:

– Вот бы нам так научиться!

– Это доказывает наше превосходство над блохастыми булгэ!

Ван Хёль со свойственной ему выдержкой обратился к Юнхо:

– По-вашему, хэгым – это игрушка? Чтобы использовать столь мощный зачарованный инструмент и управлять бурей, нужно обладать талантом Водного Дракона или владеть Ёнджу. Из уважения к вашему покойному отцу я забуду об этой выходке. Будем считать, что ничего не было. А с Чо Мингли я еще поговорю…

– Чо Мингли ни в чем не виноват! – возразил Юнхо. – Он лишь выполнил просьбу моего отца и сохранил этот хэгым для меня.

– Да-да, две бестолочи… – пробубнил Ван Хёль, оглядываясь на Ан Миджуна. – Один спьяну не помнит, что кому напророчил, а другой прячет у себя какие-то сомнительные вещицы.

– Теперь вы отберете у меня хэгым? – спросил Юнхо.

– Нет, хэгым оставьте себе. Думаю, эта позорная ситуация раз и навсегда отбила у вас желание использовать его, – снисходительно ответил Ван Хёль и направился к своим подчиненным.

Из-за наставлений главы мрачных жнецов Юнхо почувствовал себя прилюдно выпоротым ребенком. Стряхнув с плаща снег, он оглянулся на свист – это Хо Ян звал его к себе, держа под руку Ан Минджуна. Юнхо подошел к менбусину, склонился над ним и шепнул ему на ухо:

– Кто будет прокурором в суде?

– Не усердствуй, – покачал головой Ан Минджун и приподнял связанные золотой цепью руки. – Я просто даю дядюшкам Сиван возможность потешить их самолюбие.

– Тебя же могут казнить! – недоуменно воскликнул Юнхо, тряхнув старика за плечи. – Я подыщу тебе хорошего адвоката!

– Однажды, давным-давно, меня уже казнили, – успокоил его Ан Минджун. – Тогда я отбывал наказание в Чистилище, но прошел только три из десяти царств, потому что дядюшки Сиван выгнали меня за слишком громкое пение в Ледяном Ущелье и танцы с осужденными. А что там еще было делать? В итоге меня отправили обратно в мир смертных.

– Довольно разговоров, – скомандовал Ван Хёль. – Совет Небес ждет. Им нужно определиться с датой первого судебного заседания. Я еще вернусь, чтобы забрать лисью бусину и драконий жемчуг, и в следующий раз не буду таким терпимым.

Двое мрачных жнецов тотчас подхватили Ан Минджуна под руки и вместе с ним растворились на фоне заснеженного леса. Ван Хёль и остальные мрачные жнецы тоже по очереди исчезли.

Хо Ян и Юнхо остались на лестнице одни. Какое-то время они молча смотрели на падающий снег, облокотившись на перила, и думали каждый о своем.

– Значит, твой хэгым – опасное оружие? – первым заговорил Хо Ян. – А я-то думал, что ты завидуешь популярности Ли Хёна. Представляю тебя на сцене! Пф-ф! Вот умора! Просто объясни мне, как в твою умную голову закралась идиотская идея пойти против отряда мрачных жнецов? Ты не знаешь, кто такой Ван Хёль?

– Меня впечатлила его сила, – ответил Юнхо, пропустив мимо ушей шутки кумихо. – Но, похоже, Чо Мингли сказал правду, и для всех я возродившийся Водный Дракон. Поэтому Небеса простят мне любую мою выходку.

– О чем это ты? – спросил Хо Ян и пригляделся к Юнхо.

– Да так… – отмахнулся Юнхо и сменил тему: – А где твоя лисья бусина?

– Давай поговорим обо всем в закусочной «Щедрый имуги». У меня пальцы на ногах окоченели. Но сначала мне нужно заглянуть в одно грязное местечко.

Хо Ян перегнулся через перила и сплюнул вниз.

– Прекрати так делать, – брезгливо поморщился Юнхо. – Из-за ветра твои слюни летят в мою сторону.

Глава 26

Хо Ян взял Юнхо за руку, и они мгновенно переместились в узкий затененный переулок Крысиный Хвост, где обитали застрявшие души, блуждающие призраки и прочая нечисть. Зловоние там стояло удушающее, будто местные жители все разом вылили из окон помои. По обеим сторонам переулка потрескивали замерзшей черепицей старые традиционные дома. Нижние их этажи были сложены из глиняного кирпича, а побеленные верхние с каждым днем покрывались трещинами и плесенью.

За неприглядными фасадами скрывались лавки с амулетами, травами и зачарованными вещицами для шаманов, но чаще – бары и игорные заведения, где нечисть питалась темной энергией пьяниц и картежников. Частенько у дверей поджидали мрачные жнецы и булгэ, готовые побороться друг с другом за прогнившие души посетителей.

Обычно смертные обходили Крысиный Хвост стороной, но иногда туристам не терпелось увидеть изнанку Сеула. Если же они случайно оказывались в Карманах Пустоши – между миром смертных и миром квисинов – и пропадали без вести, то отряды полицейских булгэ обыскивали Крысиный Хвост, переворачивая все вверх дном. Поэтому местные обитатели старательно поддерживали мрачную и пугающую атмосферу переулка, отгоняя чрезмерно любопытных гостей.

Юнхо не нравилось это место: складывалось впечатление, что дома вот-вот навалятся друг на друга и придавят его своими толстыми стенами. А проклятие нашептывало ему: «Зайди в одну из дверей». Он вонзил ногти в запястье, чтобы оставаться в сознании, и последовал за Хо Яном.