Юнь Хуянь – Проклятие Желтого императора (страница 8)
Внизу стояла подпись журналиста «
Тан Сяотан возбужденно воскликнула:
– Шеф, я была с вами на вчерашней конференции, вы абсолютно точно такого не говорили, они все переврали!
Лэй Жун вяло улыбнулась:
– Обижаться на вранье? Оно того не стоит.
Выпроводив Тан Сяотан, она пошла в ванную, умылась и вернулась в прозекторскую, чтобы продолжить работу. А после обеда пришла посылка с идеально чистым черепом.
– Сестричка, ты, наверное, еще не знаешь, сегодня в газете, на телевидении, радио, в интернете… почти во всех новостях полощут этот случай – требуют с тобой разобраться, подать в суд на тебя за твои высказывания. Некоторые говорят гадости еще в сто тысяч раз хуже, чем в утренней газете, – с тревогой сказала Лю Сымяо. – Тебя это совсем не беспокоит?
– А от тревоги и беспокойства бывает какая-то польза? – поинтересовалась Лэй Жун. – Если нет, тогда беспокоиться нет смысла, – и сменила тему разговора: – Ты лучше поскорее возвращайся. Я про череп, у меня нехорошее предчувствие. Нужно понять, какую загадку загадал нам отправитель, иначе я готова поспорить, что это лишь первый из ряда кровавых ребусов.
Лю Сымяо тяжело вздохнула, и вместе с Лэй Жун спустилась по лестнице.
– Еще когда «Исследовательский центр судебной медицины Лэй Жун» только создавался, среди профессионального сообщества на этот счет были очень разные мнения. Сейчас опять начали звучать призывы свернуть работу. Не нужно относиться к этому легкомысленно!
В ответ Лэй Жун только кивнула.
Когда они спустились на первый этаж, Лю Сымяо толкнула желтоватую стеклянную входную дверь и увидела, что небо снаружи стало настолько мрачным, что было трудно дышать, как при грудной водянке.
– Я возвращаюсь в Управление, – кивнула она, но сделав несколько шагов, вдруг что-то вспомнила и снова обернулась к Лэй Жун. – Ты точно уверена, что Му Хунъюн умер от инфаркта, и других причин быть не могло?
– Абсолютно.
– Мне постоянно кажется, что тут есть какой-то подвох, что это ловушка…
– Не выдумывай лишнего, – прервала её Лэй Жун.
– Я не выдумываю, но есть обстоятельства, которые ты никак не можешь контролировать…
– Какие обстоятельства?
Лю Сымяо пристально посмотрела на Лэй Жун.
– Есть свидетель, который говорит, что в тот момент, когда машина Му Хунъюна врезалась в дерево, на заднем сиденье был пассажир, но прибывшие на место аварии полицейские обнаружили в машине только тело Му Хунъюна. Больше никого не было.
Глава 3. Свидание с упырем
Лэй Жун на мгновение потеряла дар речи, потом произнесла:
– Похоже, у этого пассажира были срочные дела или он боялся, что его втянут в историю, поэтому по-быстрому сбежал.
Лю Сымяо покачала головой:
– Удар при столкновении был очень сильным, у пассажира вполне могут быть легкие травмы, но он почему-то не стал ждать помощи, не подал иск на транспортную компанию о возмещении ущерба, а просто поспешил скрыться – опять же, он не убивал Му Хунъюна.
Лэй Жун не могла сказать ни слова.
– Я уже просто голову сломала. – Лю Сымяо взяла Лэй Жун за руку. – Ты лучше возвращайся к работе. Если ты полностью уверена, что Му Хунъюн умер от инфаркта, а не по другой причине, все будет хорошо.
Лэй Жун стояла на ступеньках, глубоко задумавшись, и смотрела вслед удаляющейся машине Лю Сымяо, пока та не исчезла из виду. Спустя некоторое время она развернулась и вошла в здание. Ее взгляд остановился на медном бюсте в центре холла – это было изображение Сун Цы, прославленного судебного медика времен правления династии Южная Сун. Она подошла к нему и внимательно посмотрела на лицо этого великого человека, которого называют отцом мировой судебной медицины.
Его глубокий взгляд, высокий лоб с изогнутыми бровями, весь облик был исполнен благородства и честности…
«
«Исследовательский центр судебной медицины Лэй Жун» формально относился к факультету судебной медицины Университета полиции и был основной научно-исследовательской и учебной базой факультета, но в действительности это была единственная в стране независимая организация, работающая не согласно распоряжениям вышестоящих правоохранительных органов, а по обращениям граждан. Лэй Жун совмещала обязанности главного судмедэксперта городского управления общественной безопасности и заведующей исследовательским центром. Среди персонала центра только она и ее заместитель Лю Сяохун были госслужащими, остальные сотрудники работали по контрактам.
Поскольку Лэй Жун имела очень хорошую репутацию и это был первый центр такого рода в стране, ее начинание получило высокую оценку и всестороннюю поддержку руководящих структур и привлекло большое количество одаренных молодых сотрудников, желающих посвятить себя судебной медицине.
В создание центра Лэй Жун без преувеличения вложила всю свою душу и все свои силы. Однако с самого начала не замолкали голоса противников этого проекта, ставящих под вопрос его целесообразность. Лэй Жун удалось преодолеть трудности, и в итоге исследовательский центр все же был открыт. Но кто знает, какая гроза собирается разразиться над этим небольшим учреждением…
Неужели то, что говорит Лю Сымяо, правда? И смерть Му Хунъюна, а вместе с ней статья этого репортера, называющего себя Левой рукой, – это части какой-то интриги, и кто-то специально пытается сделать так, чтобы она попалась в ловушку?
С такими мыслями Лэй Жун поднялась на второй этаж в прозекторскую; там еще несколько тел ожидали вскрытия.
Было около шести вечера, время окончания работы центра. Согласно распорядку, установленному лично Лэй Жун, сотрудники должны были сложить все хирургические инструменты в стерилизаторы для дезинфекции и сдать на хранение отчеты о вскрытиях. Медицинские отходы и токсичные вещества проходили сортировку и, после подтверждения того, что они не содержат важных вещественных доказательств, их специальным транспортом доставляли на завод по переработке биологических и химических отходов, где сжигали. Тела, работа с которыми еще не была закончена, отвозили в холодильник. Столы для вскрытий, рабочие станции патологоанатомов, столы для фотосъемки и другое оборудование обрабатывали дезинфицирующим раствором.
Затем Лэй Жун в сопровождении Гао Далуня обходила и осматривала одну за другой лаборатории патологии, серологии, токсикологии, проверяла, все ли приведено в порядок в соответствии с правилами, и только после этого отпускала с работы дежурных сотрудников. Как она часто повторяла, в мире представители только двух профессий ежедневно имеют дело со смертью – военные и судебные медики, поэтому для профессии судмедэксперта нужна военная дисциплина.
После того как включились дезинфицирующие ультрафиолетовые лампы у входа, Лэй Жун направилась в раздевалку и столкнулась с Тан Сяотан. Девушка прикоснулась к ее руке:
– Шеф, пойдемте вместе прогуляемся, сегодня в кино вышел классный фильм!
Лэй Жун улыбнулась:
– Парни, наверное, выстраиваются в очередь на километр, чтобы сходить с тобой в кино, я-то тебе на что?
– Предположим, парни меня не интересуют, такой ответ пойдет? – Тан Сяотан взглянула на нее.
Лэй Жун знала: Сяо Тан, добрая душа, беспокоится, что начальница расстроена из-за этого случая с Му Хунъюном, и предлагает ей развеяться, поэтому согласно кивнула. На щеках Тан Сяотан от радости выступил румянец.
– Тогда я буду ждать вас внизу!
– Где-где будешь ждать? – остановила ее Лэй Жун. – Ты сейчас только что прикоснулась ко мне, теперь придется снова переодеться, пойдем со мной в раздевалку!
– Зануда… – пробормотала Тан Сяотан себе под нос, но все-таки с готовностью пошла за Лэй Жун.
Когда Лэй Жун сняла белый защитный костюм и халат, по раздевалке распространился едва уловимый запах ее тела. Он был совершенно чистым и естественным и заставил вспыхнуть лицо Тан Сяотан. Глядя на гибкую спину Лэй Жун, на ее белоснежную кожу, прорезанную двумя ложбинками бретелей черного бюстгальтера, она невольно выдохнула:
– Как красиво…
– А? – Лэй Жун открыла стальной сушильный шкаф для одежды, вынула еще теплые после обработки вещи и начала одеваться. – Что ты сказала?
– Мисс Лэй, если у вас не будет парня, это преступная расточительность по отношению к тому, чем наградило вас Небо.
– Не мели ерунды. – Лэй Жун достала из своего шкафчика сумку, привычно вынула из нее телефон (одним из правил центра был запрет на хранение мобильных телефонов на рабочем месте) и с удивлением обнаружила более сотни сообщений – родственники, друзья, однокурсники, коллеги, увидев новости о случае с Му Хунъюном, недоумевали и беспокоились: что же произошло на самом деле? Как она себя чувствует? Конечно, было и несколько сообщений от неизвестных, которые поносили ее последними словами, однако Лэй Жун едва ли придала им какое-то значение – ну обругали, и ладно, – но одно из них привлекло ее внимание: