Юля Фло – Подумаешь, цаца! (страница 5)

Шум, крики, нецензурная речь заполняют наш домик вместе с приездом подростков. Я растерянно стою в коридоре и наблюдаю за тем, как они занимают комнаты, толкаясь и обзывая друг друга. Разве есть разница, в какой комнате жить? Они все одинаковые. Единственное отличие – две для мальчиков, а две для девочек.

Но на удивление парни ведут себя куда более цивилизованнее, чем девочки.

– Я не буду жить с Луниной в одной комнате. Она воровка. – вопит какая-то блондинка с ярким макияжем.

– Воровка тут только одна. И это ты, Бабкина!

После их перепалка едва не перерастает в драку, но Алина встаёт между девчонками и они расходятся по разным комнатам.

– Ты долго тут будешь стоять, как королева, принимающая гостей? Помогай! – срывается на меня мня Грекова.

– Вот именно. – слышу я комментарий Красавина,который в это самый момент появляется из комнаты парней.

– Кто ещё не зашёл? У нас там три свободных кровати. – спрашивает он у ребят.

– Да не вопи, ты Красавин. Идём мы, идём. Димон ногу натер, пока доковыляли от парковки. – в дверях появляется троица парней.

Два блондина сразу же направляются в комнату. Один из них прихрамывает. Видимо это и есть Димон. Третий парень, азиатской внешности, так и стоит в дверях на входе в домик и наглым образом разглядывает меня.

– Слышь, Красавин, а может я заселюсь в комнату с этой кариглазой, а? – нагло заявляет он кивая на меня.

Вои же придурок! В коридоре раздаётся смех и пошлые перешёптывания. Алина прожигает меня взглядом, а Красавин уводит малолетнего Казанову в спальню парней.

– Тулухонов положил глаз на новенькую вожатую. Будет весело. – слышу я разговоры девушек.

Может я зря уверовала в свои силы и пора отсюда уезжать?

ГЛАВА 6

Юрий звонит мне с утра по-раньше, чем добавляет негатива у Алины к моей персоне.

– Поспать невозможно нормально. – шипит она со своей кровати и накрывается одеялом с головой.

Что нужно водителю отца? И как он пробился сюда? Связь здесь, мягко говоря, не очень.

Я выключаю звук звонка на телефоне и босиком крадусь по коридору, чтобы выйти на крыльцо домика и ответить Юрию.

Утренняя прохлада приятно холодит, разгоряченную после сна, кожу.

– Ты звонишь мне сообщить, что Ксю ужалила медуза? – спрашиваю я Юру, как только принимаю звонок.

В ответ слышу смех мужчины.

– Разве в ее сторис были фото, где кто-то писает на ее ногу? – вопросом на вопрос отвечает водитель отца.

Я прыскаю. С удовольствием бы посмотрела на такое фото.

– О ноге не было разговора. Я мечтаю, чтобы медуза вцепилась в ее самодовольное лицо.

– Нельзя быть такой злой с самого утра! – укоряет меня мужчина, но я слышу в его голосе нотки сарказма.

– Так что произошло?

– Я..мож…ты…про…– раздается в телефоне какая-то абракадабра.

Ясно. Связь потеряна.

Я забираюсь на перила, что огораживают открытую веранду. Одной рукой держусь за крышу, а другой сжимаю Айфон.

Не навернуться бы отсюда. Хотя это будет отличным выходом. Можно прикинуться слишком травмированной и меня увезут в город.

– Юра! Алло! Ты еще тут? – говорю я, удерживая равновесие.

– Тут-тут. Говорю, что звоню просто так. Узнать, как ты там? Много новых впечатлений. Не сравнимо с Доминиканой, да?

Да он, блин, позвонил только для того, чтобы поиздеваться!

– С Доминиканой? Эммм…я даже не знаю, с чем это можно сравнить. С трущобами Мумбая, скорее всего.

Юра уже ржет в открытую.

– Наверняка, ты в восторге от местного туалета.

– Ты нащупал мою самую болевую точку. Весело тебе,да?

– Тебе сейчас станет еще веселее. – загадочно произносит Юра, но я внутренне напрягаюсь.

Вот знала же, что звонит он не просто так.

– Что там еще? Вы с Лидией Ивановной оформили бизнес отца и всё его имущество на себя?

– Да ты сегодня в ударе, Янчик! Но близка к истине. Максим Евгеньевич пока не знает, но Никифоров наслал проверку на парочку заводов твоего отца. Сильно ты обидела Егорку, мать! Очень сильно!

– Заслужил. – бубню я, но хмурюсь от новости, что преподнес мне Юра.

Отец теперь мою машину заберет лет так на цать. Нужно вспоминать, как пользоваться метро.

– Вот это приятный сюрприз с утреца! Пацаны, зацените! – слышу я голос позади меня и теряю равновесие.

Чтобы не упасть, роняю Айфон в траву у крыльца, а сама обеими руками хватаюсь за козырек крыши.

Обернувшись, вижу Тулухонова Рената и двоих его друзей-блондинов. Имя одного я точно помню – Дима.

– Чего не спится? Из-за вас телефон разбила. – шиплю я и хочу спуститься на крыльцо.

Но троица подходит вплотную к перилам и похотливо пялятся на меня снизу-вверх. На мне же только шелковая пижама, состоящая из шортиков и майки на бретелях. От их взглядов мороз проходит по коже и это не добавляет плюсов к моему положению. Мои соски, наверняка, уже выделяются через шелковую, розовую ткань. Вот так попала.

– Отлить пошли. А тут такая аппетитная мармеладка. Да, мужики? – заявляет Ренат и касается костяшками пальцев моей голени.

Едва сдерживаю себя, чтобы не пнуть его прямо в ухмыляющееся лицо. Но ведь детей бить нельзя. Да?

– Мужики? Валите уже в туалет. Скоро подъем, будет очередь.

Я отхожу немного дальше по перилам, чтобы спрыгнуть на крыльцо, но парни следую за мной.

Так, моему терпению приходит конец. Что еще может придумать отец в наказание, если я побью этих мальчишек с зашкалившим тестостероном? В филиал ада он меня уже сплавил, машину забрал. Лишит сладкого? Ну, уж это я переживу.

Но не успеваю я подумать о следующем шаге, как Тулухонов обеими руками хватает меня за ноги и сжимает голени.

– Пока все спят, можно развлечься, мармелад ка. Мне через неделю семнадцать. Проблем не будет. Всё по обоюдному согласию. Да?

Парень мне подмигивает и делает поступательные движение бедрами, намекая на интим.

А я думала, что хуже, чем придурок Никифоров уже не встречу.

– Руки убери. – рычу я, дергая ногами.

Но этот малолетний озабоченный засранец, крепко держит меня своими длинными пальцами. Ох, если он оставит мне синяки, я за себя не отвечаю.

– Это что тут? Стриптиз для бедных? Народ, идите сюда! Вожатая отжигает! – раздается голос какой-то девчонки.

Ну, здорово! Весь отряд уже проснулся.

Ренат отвлекается на этот комментарий и ослабляет хватку. Я толкаю его в грудь правой ногой.

Парень отшатывается.

– Ты что охренела? – орет он.