Юлка Торшенко – Чужак среди дикарей. Книга 2 (страница 8)

Три четверти пути до поместья Брахе всадники преодолели без происшествий, но тут валиса догнал Громовержец:

– Командир, у нас ведь есть в запасе час или около того. Мне кажется, нам следует сделать привал.

– Что стряслось, Мак? – насторожился Алексим, поубавив рысь.

– Старший мальчика дасана едва держится, да, и Дивен, честно говоря, плох, хоть и виду не подаёт.

– Дьяр[1], я же не просто так у него о самочувствии справлялся! – воскликнул воевода. – Узнай, есть ли вода поблизости, пойдём туда, если нет, то прямо здесь останавливай.

– Понял! – ответил здоровяк и отпустил от себя командира.

Вскоре весь отряд спешился подле ручья, протекавшего совсем недалеко от дороги. Большую часть своей дружины Виго отправил поить коней, при себе оставив лишь пострадавшего да великана.

– Привяжешь нашу гостью к дереву, – наказал ему Алексим, – я пока костром займусь.

– А если мне отойти надо? – вмешалась Льонелла.

– Вот вместе с Маком и отойдёшь! – огрызнулся валис. – Он приставать к тебе не будет.

– Это возмутительно! – заявила она.

– Но командир… – также попытался возразить Громовержец.

– Уверен, тебе не по нраву, как я обращаюсь с этой женщиной, но знай, под маской несчастной вдовушки скрывается столь мерзкое чудовище, которое с лёгкостью даже Милу Тимвей заткнуло бы себе за пояс, будь в этом необходимость.

– Ты сравниваешь меня с этой кровопийцей, резавшей девиц дюжинами?! – вскричала леди Вир. – Да как ты смеешь!

– А не по твоей ли прихоти восемьдесят человек сегодня жизни лишились? Или, может, ты хочешь сказать, что ни одной чистой души ты не загубила?

– Будто бы у тебя доказательства есть! Та смерть на твоей совести!

– Доказательства есть, дорогая, но я до последнего не хотел тревожить призрак.

– Вздор! – воскликнула она. – Пойдём-ка, великан, меня выгуляешь, а то этого человека я уже видеть не могу!

– Это взаимно, – бросил Виго и повернулся к семейству Брахе: – Энрон, передохни немного, да присмотри за сыном, а мелкий пусть пока за хворостом сбегает.

– Эй, а почему я? – обиженно проговорил парень.

– Ты тут самый бодрый, здоровый и при этом самый бесполезный! – огрызнулся валис.

– Ступай, Манну, – добавил дасан, – сейчас не время свою спесь выказывать!

Мальчишка недовольно фыркнул, но спорить не стал, а Алексим обратился к старшему его брату:

– Ты-то как?

– Я, я тоже могу… – неуверенно ответил тот.

– Заметно, – усмехнулся воевода, – побереги лучше силы.

– Да, я в порядке, – отозвался Талрон.

– Это весьма кстати, ибо долго мы здесь не пробудем, третьего боя за день мои люди могут и не выдержать, – вздохнул Виго и направился к Дивену.

– Я бы доехал, – проговорил тот, когда командир опустился на траву рядом с ним.

– Угу, доехал и сразу упал бы замертво, – предположил лорд. – Показывай, насколько все плохо.

– Я вроде прижёг, но оно опять открылось, – сообщил пострадавший, аккуратно разматывая насквозь промокшие тряпки; рука под ними была распорота от локтя до плеча и, хоть и не слишком стремительно, но кровоточила в нескольких местах.

– Сразу, как заметил, надо было остановиться, – покачал головой Виго. – Ты-то, прохвост, ещё мне пригодишься!

– Боюсь, я теперь долго буду бесполезен, – посетовал тот, прижимая к ране новый кусок полотна, оторванный от рубахи, – если вообще смогу когда-нибудь снова меч поднять.

– Сейчас ты мне нужен не как воин, а как проводник. Многие наши ребята знают местность, но они-то здесь контрабанду не прятали.

– Я купцов охранял, – полушутя, обиделся Дивен, голос его, как показалось воеводе, начал слабеть.

– Конечно, конечно, как скажешь, – уверил он. – Буду считать тебя хоть невинной девой, ты только постарайся не вырубиться.

– Постараюсь, – проговорил тот и, вопреки собственным словам, потерял сознание.

– Мак! – позвал Алексим, ибо знал, что Громовержец уже вернулся. – Оставь леди Энрону, а сам сбегай к ручью, попытаемся этого героя в чувства привести!

Пока здоровяк ходил за водой, у его командира появился новый помощник в лице Талрона Брахе. Словно тень он приблизился к иланцам и, опустив на траву небольшую вязанку хвороста, уселся рядом:

– Братишка передал. Говорит, поищет ещё, но на деле он просто вас боится.

– И правильно делает, – согласился воевода.

– Не будете возражать, если я огонь разожгу? – поинтересовался юноша.

– Если ещё одного мне оживлять потом не придётся, – ответил воевода, которому удалось наконец заставить очнуться своего дружинника.

– Вашему человеку явно хуже, чем мне, – отметил Талрон. – Я голоден и утомлён, но не более.

– Хорошо, костёр на тебе, – согласился Виго, ибо Мак принес воду и пришло время вновь заняться раною Дивена.

Вдвоём иланцы обработали руку своего товарища, и командир в очередной раз завёл разговор о его самочувствии:

– Только не вздумай мне врать, ты в состоянии провести нас своим путём?

– Да, командир, – негромко ответил тот.

– Знаю, ты не хочешь меня подвести, но возможно, будет лучше отправить тебя лечиться в поместье Брахе?

– Дайте мне вина да отдохнуть немного, сами увидите, что из-за меня ломать планы не нужно.

– Ладно, у тебя полчаса. Попробуешь помереть за это время, так я тебя сам прибью! – пригрозил ему Алексим, отправив при этом Громовержца на поиски горячительного.

– Милорд, а вы разрешите один вопрос задать? – вдруг заговорил Талрон, доселе тихо взиравший на пламя.

– Я слушаю!

– Ваша беседа с леди все не даёт мне покоя, что за призрак вы упомянули? Не Стеллу Вир?

– Почему ты так решил?

– Ходят слухи, что вы собирались жениться на ней и оттого она наложила на себя руки. Неужели это правда?

– Только наполовину.

– Как это?

– Лео считала, что после гибели её мужа замириться с Ниссом можно, только породнившись с ним или с кем-то из его ближайших соратников. Нел бы не согласился, а я счёл это разумной идеей, как и Стелла. Она не была против замужества и, уверяю тебя, смерть её была не самоубийством и не несчастным случаем, как это выставила мачеха.

– Вы её любили?

– Кого, Льонеллу? Любовью это точно не назовёшь! – усмехнулся Алексим.

– Я про принцессу Стеллу.

– С ней я даже познакомиться не успел, какие тут могут быть чувства? Но уважением я к ней проникся, не каждая девушка даже ради мира согласится принять предложение от убийцы своего отца.

– И заодно уйти от других обязательств, – сердито прошептал парень, – пред теми, кому она действительно, была небезразлична.

– О, так у меня был соперник! Вот откуда твоё бесстрашие и любопытство, – воскликнул иланец. – Но одного тебе не достаёт – почтения к мёртвым, Стелла была дорога тебе, но ты до сих пор не можешь её простить. К чему эти обиды? Поверь, ей это решение далось тоже нелегко.