Юлка Торшенко – Чужак среди дикарей. Книга 2 (страница 11)

– Я с одним-то совладать не могу, чего один твой внешний вид стоит.

– Сказал уже, я с дороги!

– Да я не по платье, чай, не пир сегодня, а про то, что ты снова с мечом ко мне заявился.

– Буду ходить при оружии, покуда я твой воевода, не по нраву – ищи нового, – воскликнул иланец, – вот тогда я стану держаться именно так, как подобает твоему вассалу, а не так, как это может себе позволить твой советник и друг.

– Я подумаю над этим, – полушутя, ответил Нельон, – но пока ещё ты у меня на службе, поезжай-ка, друже, на север!

– И поеду! Но сперва я должен Мию отбить у илсази, отчасти по твоей вине, они её там в плену держат.

– Она сказала, что едет поминки какого-то шамана справлять.

– Не знаю, кого они там хоронят, но могу тебя уверить, обратно её не отпустят. Из-за твоих капризов мы рискуем ещё долго не увидеть: я свою невесту, а ты своего единственного мага. А потому не мешало бы, чтобы ты мне помог, выдвинул бы их вождю и Совету требование вернуть твою подданную в Ланиссию!

– Она же важный пост в этих Священных Лесах занимает, неужели, ей что-то может там угрожать?

– Её жизни и здоровью – нет, но не свободе!

– Вот и славно, значит, тебе не обязательно торопиться. Я подготовлю письмо, а ты пока съездишь в Мирин и выяснишь, как нам подобраться к этому морскому магу, внутри которого тьма.

– Вот как! Ты её туда посылал! – разгневался Алексим, узнав описание призрака, которое слышал от Милиссы. – Мало того, что мне ты про эту подлость ничего не сказал, так ещё и отправил Ми прямо в пасть Хезарису!

– Я видел её недели три назад, с нею все в порядке, сам знаешь, она умеет за себя постоять, – осторожно проговорил государь.

– Это тебя не оправдывает! Ты даже людей ей не дал!

– У неё свои два телохранителя были. Кто же думал, что этот Оул-Гиос и не будет прятаться, а сразу сам нападёт.

– Что там произошло? – едва сдерживая ярость, выдавил из себя Виго.

– Милисса толком не объяснила, вроде как, этот самый маг атаковал их ещё в Ариде, ну, и один из илсази погиб…

– И ты, мерзавец, молчал? – вскричал иланец. – Тебе хватило дури отправить её шпионить в одиночку, но ты так и не осмелился мне признаться, что Ми попала в переделку!

– Не смей со мной так разговаривать! Я король и не обязан перед кем-либо отчитываться, куда я от… – вспылил Нельон, но тут же был прерван Алексимом, схватившим его за грудки и стукнувшим об стену:

– Я тебе покажу, как ты не обязан, неблагодарная скотина! – рассвирепев, орал тот, сотрясая государево тело.

– Поставь меня немедленно! – потребовал монарх, но это не возымело действия, и потому Его Величество принялся громко призывать стражу.

Завидев солдат, воевода замолк и отпустил короля, тот же, поправив одежды, обратился к обидчику:

– Мне счесть это за измену?

– Как тебе будет угодно! – огрызнулся тот.

– Может, ты и убить меня хотел?

– Хотел бы, убил бы! – выдохнул иланец. – А вот мозги твои бестолковые вернуть на место бы не мешало!

– Ну-ну, – протянул Нельон и повернулся к солдатам: – Лорда Виго отведите в темницу, пусть проспится сперва, а там посмотрим.

Не дожидаясь, когда у него затребуют оружие, Алексим снял перевязь и ножны с мечом и вручил Глас Демона государю:

– Сержанту моему отдашь, пусть в Старое Место увезёт!

– Отдам, – согласился тот.

– А ну не смейте ко мне прикасаться! – рявкнул воевода, когда один из стражников, попытался взять его за запястье. – Я сам дойду, куда надо!

– Не трогайте его, – кивнул король, – просто проводите!

По пути к арестантским покоям иланец вёл себя тихо, и лишь в самом подвале разразился бурной речью, суть которой сводилась к одному: от мяса и вина он отказываться не планировал.

– К сожалению, вам не положено, – отозвался конвоир, – хлеба мы вам доброго дадим и воды чистой, но не больше. Разве что могу вам факел оставить, чтобы не так тоскливо было.

– Факел оставить? Это вы всем пленникам такое предлагаете? – усмехнулся Виго. – А вот представь, как я тебя этим факелом по башке огрею, когда ты ко мне питьё принесёшь!

– Как-то не думал о таком.

– А зря, я-то, может, так и не сделаю, но вдруг вы ещё с кем-то поцеремониться захотите.

Тюремщик промычал себе под нос что-то невнятное и, добравшись почти до самого конца коридора, пригласил иланца занять одну из камер.

– Если насчет человеческой еды Нэл так и не передумает, то можете сегодня меня и вовсе не беспокоить, – заявил воевода на прощание.

Тяжёлая дверь с грохотом закрылась, погрузив помещение во мрак. Алексима это не слишком расстроило, он на ощупь отыскал тощий соломенный тюфяк и рухнул на него в надежде выспаться, но не прошло и получасу, как его разбудили звуки какой-то возни. Мужчина открыл глаза и с удивлением обнаружил, что тут не настолько темно, насколько он ожидал: противоположная стена неплотно примыкала к соседней, в углу словно не хватало нескольких небольших камней, и именно из этой прорехи и струился неяркий свет. Соблюдая безопасную дистанцию, иланец приблизился к отверстию и забросил туда пуговицу: огонёк чуть не погас, но вскоре вновь восстановил прежнюю силу – очевидно на той стороне стояла свеча.

– Смотрю, Его Хитрейшество и здесь нашёл себе развлечение! – послышался из-за перегородки знакомый, чуть приглушённый смех. – Как только тебя сюда попасть угораздило?

– Тебя, Виньи, проведать пришёл. Решил, что ты скучаешь!

– О, ты ко мне, какая честь! Мне следовало бы тебя к столу пригласить, но я что-то сегодня не в настроении делиться.

– Переживу без твоих лепёшек.

– Лепёшками тут только неудачников кормят, а у меня сегодня баранина на ужин.

– А на завтрак, надеюсь, верёвка?

– Не дождёшься! Передохну тут ещё пару дней да пойду своей дорогой. Кир Нельон оказался куда сговорчивее, чем ты. Мне было достаточно лишь сказать то, что он хочет услышать, и я получил свободу.

– Что же ты тогда здесь делаешь? – съязвил Алексим.

– Выздоравливаю после нашей с тобой стычки, – сердито протянул Виньи, – но я с тобой соседствовать не собираюсь, так что завтра же сообщу, что я готов ехать, и люди короля проводят меня до границы.

– Ах, вот какой у вас уговор! – воскликнул валис. – Хватило же ему ума ни с кем не советоваться!

– Что Виго, впал в немилость?

– Не твое дело!

– Нет, пожалуй, надо мне напоследок поглядеть на главного поставщика этой темницы, самого в ней томящегося! – ухмыльнулся южанин и, судя по звукам, переместился к отверстию в кладке.

Именно на это и рассчитывал Алексим, уже давно поджидавший недруга. Как только тень скрыла пламя, иланец стремительно запустил руку в «окно» и схватил Виньи за ворот.

– Эй, пусти!

– А ты считаешь, хорошей идей было дразнить Ашири, уже приговорившего тебя к смерти?

– Ты все равно мне ничего через стену не сделаешь, мало того, что тут тесно, так у тебя даже факела в этот раз при себе нет, чтобы снова тот фокус провернуть!

– Фокусами можешь называть то, что творят жрецы хэзаши, а я прямой потомок Хезариса! Чтобы накормить Его твоей плотью, мне костёр не нужен! – воевода притянул пленника к камням, и тот почувствовал, как они нагреваются. – Я сам его могу сделать!

Свеча за спиной южанина вдруг затрещала, зашипела и на одно мгновение превратилась в огромный, пышущий жаром шар; пламя тут же схлынуло, но одежда Виньи загореться успела. Он попытался вырваться, но демон не отпускал его до тех пор, пока в воздухе не запахло жареным. Когда же Виго, чтобы самому не обжечься, наконец, бросил несчастного, тот с криками рухнул на пол. Но огонь ему сбить не удалось, напротив, он только усилился, охватив все тело узника.

Вскоре дым начал проникать и в камеру Алексима, и потому он сперва заткнул дыру в стене подстилкой с тюфяка, а после принялся стучать в дверь. Стража, уже поставленная на ноги стонами, явилась быстро.

– Нэл надеется, что я тут сдохну, раз меня рядом с этим придурком поселили? – возмущенно заявил иланец.

– Мы же не знали, что так выйдет.

– Не знали они! А за пленником кто будет присматривать, когда у него там ужин при свечах? Его-то не жалко, а если бы я с ним угорел или вы? Если бы пожар дальше пошёл? – вопрос за вопросом задавал Виго.

Тем временем тюремщики проникли и в темницу Виньи. Южанин был мёртв, остатки его одежды, стол и матрас по-прежнему полыхали, однако ни перекрытия, ни дверь огонь не затронул.

– Потушим, да отведёте меня к Нельону! В этом дыму я оставаться не намерен!