Юлка Торшенко – Чумовые истории. Сборник рассказов (страница 3)
Он проснулся в середине ночи с затёкшей рукой и болью в шее. На экране всё так же была открыта страница с результатами чёрт знает какого по счёту запроса – ответов он так и не нашёл. Он пытался по-разному формулировать свой вопрос, но ничего не помогало. Ни на один запрос не было ничего даже хоть чуточку подходящего.
«Утро вечера мудренее», – в конце концов решил Питер. В голове чётко сложился план: забить завтра на работу, поехать в центр и попробовать провести кое-какой эксперимент.
* * *
Позавчера утром я перестал слышать звуки. Весь мир стал безмолвным. Сначала мне казалось, будто это только для меня так – будто все вокруг продолжают жить, как жили. Когда я разговариваю с кем-то, я не слышу ни звука, но я понимаю, что говорят мне.
Я пробовал проверить. Я был готов поверить в то, что всё это только в моей голове… Но спустя несколько дней, я заметил закономерность. Люди слышат только то, что они готовы услышать – они слышат речь, если знают, что ты заговоришь, они слышат шуршание шин, если видят машину. Я подошёл со спины к своей знакомой, когда случайно встретил её в магазине, и я громко – наверное – сказал ей «привет, как дела?», и повторил несколько раз, она никак не реагировала. Но когда я коснулся её плеча, и она обернулась, увидев меня, то всё стало нормально.
Я хлопал в ладоши за спиной у людей, и никто не слышал. Я позвал гостей и спрятал музыкальный центр в шкафу, чтобы никто не видел, что он включен – и включил музыку погромче, и все говорили – эй, Пит, почему бы тебе не включить что-нибудь зажигательное? Когда я открыл шкаф, и мои друзья увидели музыкальный центр, они стали танцевать под эту музыку.
Я перестал что-то понимать.
Пожалуйста, кто-нибудь. Отзовитесь. Что происходит?»
Питер вздохнул, поколебался с минуту и затем решительно нажал «отправить».
Он уже пятый день не выходил на работу. Секретарша начальника позвонила и пригрозила ему увольнением, Питер послал её к чёрту – не понимая, как может говорить по телефону, если нет звуков и он не видит собеседника.
Ему резко стало наплевать на всё.
* * *
«Привет, Пит. Не обращай внимания на мудаков, которые пишут в комментах. Ты не один. Это не в тебе проблема. Что-то не так с миром.
Я, моя сестра и пара наших друзей заметили то же самое два дня назад. Давай встретимся? Было бы круто найти ещё единомышленников. Пиши в личку.
Джилл и компания»
«Боже, чувак!! Я думал, я один чокнулся! Где ты живёшь?? Давай встретимся! Я чувствую, что я точно иначе с ума сойду! Напиши мне в личку!
Фрэн»
«Мы с женой заметили это в четверг. Это жутко. Моя мама и наша дочь ничего не замечают, для них всё в порядке, а мы не знаем, что и думать. Ты нашёл ещё кого-то с той же проблемой? Я думаю, нам всем было бы неплохо держаться вместе.
Тим»
В назначенный день Питер пришёл первым, почти за час до нужного времени – просто из-за волнения. Он сделал, наверное, сто кругов вокруг скамейки, когда пришёл Тим с женой. Потом стали один за другим подтягиваться остальные, и в итоге их собралось шестнадцать человек. Не так уж и мало для небольшого городка, рассудил Питер.
Каждый из них говорил то же самое, что и он. Они попробовали ставить эксперименты прямо друг на друге, и убедились, что всё действительно зависит от ожиданий.
Вердикт был жутким и неумолимым: мир изменился. Мир лишился звуков – странным образом, но действительно лишился, и теперь вокруг царила мертвенная, звенящая тишина.
Они разошлись ближе к полуночи, взволнованные и возбуждённые после бурных дискуссий, и каждый был преисполнен решимости всё-таки понять, что случилось с их таким, казалось бы, стабильным и понятным мирозданием.
* * *
Как обычно, Питер проснулся по будильнику. Кое-как добрёл до ванной, плеснул себе водой в лицо и закрыл кран, глядя в свои сонные глаза в зеркале и слушая, как за окном отчаянно сигналит автомобиль.
«И кого в такую рань несёт сигналить… и на кого?» – лениво-раздражённо подумал Питер. А затем внезапно понял – подскочил от неожиданности, поскользнувшись и едва не упав, схватился за раковину и ошарашенно уставился на своё отражение.
Звуки вернулись в мир, словно и не пропадали никуда.
И эту загадку он решить так никогда и не смог – ни сам, ни с остальными членами «Клуба Тишины».
* * *
Упаковка от новеньких наушников так и осталась валяться среди всякого барахла на столе. Юленька, уютно устроившись на диване в гостиной, надела их и наконец-то погрузилась в любимую игру снова со звуком – и не боясь никого при этом разбудить. Ведь несмотря на то, что иногда звуки «Симсов» раздражали, играть в них в полной тишине оказалось как-то всё-таки скучно.
Море зовёт
Русалочка прожила во дворце шесть лет, одиннадцать месяцев и двадцать четыре дня.
Почти семь лет, полных достатка и роскоши. Сотни самых изысканных нарядов, драгоценности, стоящие целого состояния, и более тысячи туфелек всех мыслимых и немыслимых фасонов и расцветок. Развлечения на любой вкус были доступны девушке, будь то танцы, верховая езда или веселые застолья – Принц ей ни в чем не отказывал.
Первые полгода Русалочка была на седьмом небе от счастья, старалась не упустить ни одного бала, ни одного празднества. Сама чуть ли не раз в неделю устраивала приемы, созывала знать то на охоту, то на музыкальные вечера.
Однако через какое-то время принцесса начала понимать, что все эти тусовки не приносят ей былой радости: вельможи скучны, танцы однообразны, а от верховой езды не только болят бедра, но и кружится голова. Она устала.
Принц видел, что жена грустит, но понятия не имел, что с этим делать, потому он просто пожимал плечами и уходил куда-то далеко в туман. Однажды, терзаемая смутными сомнениями и подозрениями, Русалочка за ним проследила, и выяснила, что тот всего-навсего гуляет по побережью. Не поверив, что здесь нет никакого подвоха, она решилась пошпионить и на следующий день, и после.
Так продолжалось довольно долго: Принц сбегал из дворца, чтобы с тоскою смотреть на волны, а Русалочка, чтобы приглядывать за Принцем. Но вскоре она поняла, что ее мысли занимают вовсе не странные прогулки мужа, а море. Этот шум не давал покоя ни днем, ни ночью. Даже вернувшись во дворец, Русалочка отчётливо слышала его, чувствовала соленый аромат, ощущала, как невидимые капли, пощипывая, бегут по коже.
И вот, прожив шесть лет одиннадцать месяцев и двадцать четыре дня на земле, на двадцать пятый Русалочка залезла в самый дальний чулан и вытащила оттуда свой запылившийся, но такой желанный хвост. Приладить его обратно было непросто, но принцесса справилась. Позже она корила себя за то, что не догадалась сделать это сразу на побережье, но, к счастью, дворец находился недалеко от воды, и Русалочка, пусть и не без приключений, но все же смогла незамеченной добраться до моря. Выкрикнув что-то по-чаячьи нечленораздельное, девушка соскользнула с утеса в белую пену.
Как же сладко вода обнимает податливое тело, волосы сами подобно волнам струятся и укладываются в причудливые прически, ты не ощущаешь собственного веса, избавляясь от оков гравитации, забываешь, где верх, а где низ. Ворох забытых чувств захлестнул Русалочку, и она долго не могла прийти в себя, кружась на месте и разглядывая свой старый хвост.
И все же странно было бы ещё семь лет провести на одном месте, и потому, наигравшись вдоволь, девушка направилась в давно покинутую ей Антитиду.
Город встретил свою блудную дочь незнакомыми красками – все дома-раковины, бывшие раньше жемчужно-белыми, теперь были сплошь покрыты полипами и зеленоватыми водорослями. «Неужели здесь никого нет?» – пронеслось в голове у девушки, но тут же ее предположение разрушила незнакомая морская ведьма, вынырнувшая из ближайшей темной подворотни.
– Что тут забыла, однохвостая? – спросила ведьма, скрестив свои ноги-щупальцы.
– Я вернулась домой. А что тут стряслось? Где все жители?
– Ничего не стряслось, – ответила злодейка, – рано ещё, вот все и спят.
– Но почему все дома покрыты водорослями? Почему их никто не убирает?
– Их уже много лет никто не трогает, оказалось, что так вода лучше очищается.
– От чего?
– От чернил, деточка. Не все умеют сдерживать эмоции.
– Не все осьминогоноги? – уточнила Русалочка. – А вас таких много?
– Процентов сорок, явно больше, чем однохвостых, – усмехнулась тетка, – ты вообще откуда такая?
– Я же говорю, отсюда.
– Ну, знаешь, однохвостых я тут давно не видела.
– Ты же сама сказала, что ваших только сорок процентов.
– Правильно, сорок процентов осьминогоногов, тридцать кальмароходов, двадцать пять ракохвостов и около пяти всякой экзотической дичи. Но вот от такой мерзости, – ведьма указала на хвост собеседницы, – мы тут давно избавились.
– Вы перебили всех русалок?
– Нет, что ты. Мы сами были русалками, мы эволюционировали!
– Вот в это?
– Больше конечностей – больше возможностей, как ты не понимаешь, глупая!
Русалочка понимала, ведь именно она открыла эту истину. Но одно дело – две изящные ножки, а другое – восемь щупалец с присосками и чернильные железы, морская ведьма выглядела крайне неприятно.
– Неужели все-все жители Антитиды решились на это? – спросила девушка.
– Конечно, вот увидишь, через час рыбожане начнут выплывать, и ты не встретишь среди них ни единой русалки. А сейчас и я тебя покину, я уже на работу к своим угрям опаздываю.