Юлка Торшенко – Чумовые истории. Сборник рассказов (страница 4)

Ведьма исчезла, а Русалочка так и осталась сидеть на крыльце покрытого полипами дома. Она не могла поверить в то, что все антиты изменились. Но время шло, и на подводной улице понемногу начали появляться местные жители: новые осьминогоноги, ракохвосты, кальмароходы и каракатуны – ни одной русалки. Некоторые рыбожане просто проплывали мимо, спеша по своим делам, а некоторые останавливались подле однохвостой гостьи, крутя пальцем у виска, но та не обижалась. Мир изменился, это была уже не ее Антитида.

Русалочка в последний раз окинула взглядом темный чужой город и поспешила во дворец, пока и люди не эволюционировали в нечто подобное.

Договор на желание

Коты, коты…

Лично у меня их сразу четверо. Двоих – жена принесла, на тот момент ещё будучи в статусе девушки. Ещё двоих – дочка, причём утверждала, что это две кошечки. Теперь же у нас по квартире скачут четыре всадника котокалипсиса: Марин (бывшая кошка Марина), Василий (бывшая кошка Василиса), Студень (ибо ещё котёнком он сожрал в одно рыло огромный поднос с холодцом) и Мякиш (по аналогии со Студнем).

Люди мы простые, работающие, а дочка так вообще – учащаяся. Пятый класс, как-никак. Поэтому с интервалом, но всё же убываем из собственного дома каждое утро. Жена с дочкой первыми – ей по пути проще отдать ребёнка с рук на руки учительнице. А я на СТО, пачкать руки в смазочном масле.

И так всегда, день за днём, круг за кругом.

Выходишь из комнаты, и видишь, как эти четыре ленивые задницы лежат себе и дрыхнут, с мечтательными выражениями на мордах.

Зависть.

Самая банальная, человеческая зависть. Так и гложет, так и гложет. Даже разбудить их порой хочется, чтобы не так сильно довольными выглядели.

Глупости, конечно, но хочется ведь!..

* * *

Стою у двери в ванную, на ногах – носки разного цвета, в зубах – щётка в пене, и мычу нечто нечленораздельное своей дочери, собирающейся выйти из дому в чём-то непотребном. Штаны до колен в полосочку и блузка на три размера меньше, выставляющая напоказ всё, что нужно, и всё, что не нужно. И это в минус тридцать!

– ММммм МММмм!!?

Дарька закатывает глаза и, прислонившись к стене, возмущённо отвечает.

– Да сейчас так все ходят, пап!

– ММаааэ эуаара эээмма?

Морщится недовольно, но всё ещё упорствует.

– Не пойду я прыгать ни с каких крыш! И вообще, это модно, пап!

– Мм… Вот я найду тебе моду моего времени, и… мм… будешь ходить, вся модная! В трёх шубах, сапогах наизнанку и портянках поверх штанов.

Я наконец-то избавился от щётки и пены и высказал всё своё возмущение бунтующему подростку. Дочка зависает на мгновение, глаза её округляются, и она неуверенно спрашивает, чем вводит меня в состояние близкое к истерике:

– А… Вы реально так ходили? А летом как? Портянки поверх купальника?

И всё это с таким серьёзным лицом, что я таки не выдержал и рявкнул, чтобы чесала переодеваться во что-то потеплее. Фыркнув, Дарья удаляется.

На кухне чем-то жужжит жёнушка, Стасенька. Только я подплыл к ней с целью пообниматься, как тут же получил список продуктов, список дел и ложкой по лбу из-за того, что полез в блинное тесто. Обиженно потёр лоб в тесте и отправился обратно – отмывать ещё и его.

– Пап, так нормально?

Ни грамма надежды в голосе, скорее хамоватое нетерпение, если такое вообще существует. Нет, так-то вроде всё в норме. Колготки, юбка, кофта. Но цвет! Абсолютно вырвиглазно и мельтешаще настолько, что у эпилептика точно случится приступ, если он это увидит.

На мои выпученные глаза Дарька улыбнулась милейше и уточнила:

– Ну что? Условие выполнено, я одета тепло. Могу я уже идти?

Мой кивок и её победная улыбка.

Господи, только бы у них в классе не было эпилептиков. А то мало ли…

Блины, чай, варенье, из-за которого пришлось отмываться вновь, и вот мы всем стадом, в смысле, семьёй, начинаем натягивать верхнюю одежду, стремясь выбраться из квартиры. Последняя проверка забытых вещей, и мы на финише.

– Ну, Васька, Ваааська, иди, я тебя поглажу.

Василий лениво приподнял веки и тут же улёгся поудобнее. Спать. Дашка огорчилась и злобно пробурчала, скрестив руки на груди.

– Вот не буду тебе котлеты скармливать из-под стола, тогда и посмотрим на твою реакцию.

Стаська кинула на дщерь грозный взгляд и уже собралась что-то сказать, как раздался звонок в дверь. Пришлось открывать, но чую, Дарьку от разбирательств это не спасёт.

Мужчина, уставший и немного сонный. В комбинезоне с забавной эмблемой – круг и в нём волшебная палочка. Осмотрев нас, он заученным тоном поздоровался и тут же сунул в зубы, то есть, в руки планшетник и карандаш.

– Распишитесь. Фирма «Волшебная пыль» предоставляет вам одно желание, сроком на 8 часов. Пишете прямо тут, в отдельной графе. Она карандашиком помечена. Промоакция у нас, ничего платить не нужно.

Пока сонные родители пытались осознать полученную информацию, Дарька уже подскочила к планшетнику и с усердием начала что-то выводить. Пятый класс, а писать быстро так и не научилась, ну вот что за ребёнок.

Дождавшись последней точки, парень салютнул тремя пальцами, расписался на бланке, передал его дочери и, буркнув на прощание «Ждите», свалил к соседям.

– Ну и что ты там накалякала?

Стаська сменила гнев на милость и решила не уточнять у Дарьи, чем ей так не полюбились котлеты. Морковные, с финиками и черносливом, такие, как в фитожурналах советуют. У нас ими кроме жены, только один Васька и промышляет. Даже я, чего греха таить, скармливаю сей продукт упитанному кошаку, пока драгоценная не видит.

– А чтобы все наши дела коты выполнили, а мы дома сидели, отдыхали.

Дарька хмыкнула весело, подскакивая на одной ноге и разглядывая листок. Послышался лёгкий звонок, словно у маленького колокольчика.

– Телефон кто-то оставил, что ли?

Я пожал плечами, всё своё ношу с собой. В карманах.

– Так, всё собрали? Вперёд тогда, чё встали-то! Я так на работу опоздаю!

Повинуясь приказу мозга, пальцы плотно обхватили ручку двери и попытались повернуть. В том-то и дело, что попытались. Щелчок был, язычок поворачивался, но дверь стояла как влитая.

– Чего это, а?

Я со всей дури плюхнулся в неё боком. Скрипнула, но устояла.

– Только что же открывалась!

Стаська не выдержала и, отпихнув меня, протиснулась к замку. Подёргала, поковыряла и растеряно заключила.

– Не открывается.

– Паап… А тут это… Васька и Марин сбрендили.

Ошарашенный голос дочери побудил нас обернуться. Оба кота, как заправские циркачи, встали на задние лапы и, потянувшись до хруста, потопали куда-то вглубь квартиры.

– Не понял…

Гурьбой мы кинулись в гостиную, где все четыре кота стояли и что-то бурно обсуждали, то и дело косясь на нас. Лапы так и мелькали, неизвестными жестами что-то сообщая собеседнику, глаза метали искры, усы и шерсть топорщились, выказывая раздражение.

– Кажись, они решают, кто на работу пойдёт за вас двоих. Очуметь.

– Да куда они пойдут-то? Они ж коты!

Нервный смешок жены, и нас троих припечатало к дивану. Дочка тут же задёргалась, пытаясь освободиться от невидимых пут. Где-то наверху снова звякнул колокольчик, но уже более грозно и требовательно.

– Да что такое-то, а? Я руками шевелю, а встать не получается!

Злобно фырча, дочка дёргалась то так, то эдак, смещая нас с женой к краям дивана.

– Отставить дрыгаться! – рявк получился настолько убедительным, что едва начавшаяся истерика ребёнка мигом утихла. – Листок дай, с писулькой.

Обычная бумага, распечатка на принтере, кривые загогулины Дашки в нужной графе. Ага, вот, снизу – правила.

– Ты вслух читай, вслух, мне отсюда не видно, – Стаська запыхтела, пытаясь оторвать попу от дивана.

– Желание будет исполнено. Если желающие сопротивляются исполнению, то будут применены меры. Звёздочка: мерами называются любые действия сдерживающего характера.