Юлия Узун – Магия лунного камня (страница 22)

Сёстры подбодрили Дариет, а позже они втроём сидели у огня, грели руки и ноги, прижимаясь друг к другу. Не было ничего лучше домашнего уюта и душевного спокойствия. Вот только последнее к ним ещё не скоро вернётся.

Глава 9

Хис подставил лицо ветру, вдохнул воздух, пропитанный лесом, и закрыл глаза. Имит поставил перед ним непосильную задачу. Дариет никогда его не полюбит. Её чувства к Суну слишком очевидны. Суну тоже страдает, отчего Хису было ещё больнее, ведь Суну его кровный брат. Отбирать любовь у собственного брата — жестоко. И если бы Хис хоть немного любил Дариет, но нет… Даже когда она упала ему в руки, он не испытал ожидаемого трепета.

Дариет красивая девушка, но что сделать, чтобы они смогли полюбить друг друга? И как смотреть Суну в глаза?

Он резко открыл глаза, когда почувствовал за спиной дыхание. Обернулся и с каменным лицом застыл, глядя на Суну.

— Знаю, что ты хочешь поговорить, — тихо сказал он. — Мучаешься?

— Я не люблю её, Суну. Но лунный камень раз за разом повторяет одно и тоже. Именно наша любовь спасёт отца и уничтожит Иладара.

— А если пойти против предсказания камня, что будет?

— Не знаю. Судьба изменится. Но пока… что бы ни происходило, камень показывал, и судьба не менялась. Результат по-прежнему тот же.

— Может, это и есть путь к вашей любви? — сделал печальное заключение Суну, и Хис почувствовал его боль ещё острее, словно ему насквозь пронзили сердце. Он долго смотрел на брата, затем отвернулся. Суну поспешил успокоить Хиса: — Я хочу, чтобы отец вернулся. Обещаю, что забуду её. Вы должны попытаться.

— Ты… — Хис замолчал, и пока обдумывал свои слова, жевал нижнюю губу. — Это смело. Ты уступаешь мне свою любовь… Правильно ли это?

— У меня нет выбора, Хис. Может, если она во мне разочаруется, будет легче.

— Что ты задумал?

Взгляды вампиров встретились — холодные и неподвижные. Их фарфорово-голубая кожа переливалась в лунном свете. Ветер усилился и трепал их густые волосы.

— Дай мне время, — попросил Суну, и Хис не смог отказать.

Времени у Хиса было предостаточно. Так утверждал камень Имит.

Время играло не в его пользу. Рикки злился. Он проторчал на севере больше суток, а результата ноль. Сплюнув, он посмотрел на замок Бладпорт. Ночь лишила строение цвета, выкрасив его в единый тон, сливающийся с тенями и скрывающий верхушки башен. Летучие мыши хаотично вырисовывали узоры в воздухе. Рикки наблюдал за ними, насвистывая тонкую мелодию. Спустя короткое время на плечо Рикки присел вьюрок.

— Ты знаешь, что я тебя голодным не оставлю, — приятным хриплым голосом произнёс Рикки, поглаживая шейку птички пальцем. — Сейчас мне надо выполнить одно задание, прежде чем я отправлюсь искать чокнутую сестрицу Дариет с родимым пятном на лице. И ты мне должен помочь.

Вьюрок забрался лапками на палец Рикки. Вампир поднёс птицу к губам и стал нашёптывать слова на древнем языке. После этого вьюрок взметнул вверх и исчез в черноте замка. Рикки проверил свои мечи и стал дожидаться.

Вьюрок вернулся быстро. Махая крыльями, птица трижды облетела Рикки, затем повела его вдоль стены замка.

— Ты нашёл её? Вот умница, — шептал довольный Рикки. У братьев Окта имеются свои таланты. Суну терпит солнце. Оол играет на скрипке. А он не только рисует, но и говорит с птицами. Полезный навык, о котором никто не знал.

Вьюрок привёл Рикки к башне и сел на землю. Сначала Рикки ничего не понял, но когда принюхался, то почуял её слабость и увядание. Они выпили у неё слишком много крови. Рикки упал на четвереньки и наконец увидел маленькое окошко с ржавой железной решёткой.

— Лети внутрь, дружище. Если там опасно, вылети обратно. Если нет, оставайся внутри и чирикай.

Разумеется, там было не опасно. Биннат не часто навещал свою игрушку, а другим вампирам на неё было наплевать. Рикки подрыл землю и одним движением выдрал решётку. Заглянул внутрь. Тихо.

— Эй! — позвал он шёпотом. Он напряг зрение. Кромешная тьма начала рассеиваться. Как там её звали? — Ойли? Я верну тебя домой.

Девушка лежала на полу без сознания. Крылышки вьюрка беспокойно трепыхались над ней.

— Да, да, знаю, — разговаривал с птицей Рикки, думая, как просунет бесчувственное тело девушки в маленькое окошко. — Выход только один. Пробовать через замок опасно.

Рикки напряг слух. Голоса и копошение слышались очень далеко. Вряд ли кто-то сюда сунется. Не теряя ни минуты, вампир начал подрывать отверстие над окошком, чтобы увеличить проход. Раму он выдрал, всё равно старая была, проржавела насквозь. Теперь окна не было. Дыра превратилась в нору.

Присев около Ойли, Рикки попробовал привести её в чувства. Бескровная кожа, бескровные белые губы. Призрак, а не человек. Рикки не любил людских существ, но был приказ спасти её, и он не мог ослушаться. Он похлопал по бледным впалым щекам, подождал. Безрезультатно.

Тогда он взял девушку на руки. Она практически ничего не весила. Рикки действовал медленно и осторожно, чтобы не навредить девчонке ещё больше. Сначала на земле оказались ноги, затем тело и голова. Выбрался сам и быстро взял её на руки. Вьюрок куда-то делся, и это начало беспокоить Рикки.

И не зря.

Он шёл вдоль стены, когда отовсюду на него налетели летучие мыши. Он ускорился, но у ворот его поджидал Скилс. Длинные белые волосы на фоне чёрной одежды выделялись так же ярко, как луна на тёмном небе. Глаза горели гранатовым огнём. Скилс был настроен враждебно.

— Это моё, — грубым, низким голосом проговорил он.

— Она тебе не принадлежит.

— Я сказал, это моё.

— Она погибает.

Рикки смотрел на стену с острыми пиками. Он сможет запрыгнуть на неё и не напороться на пики, если сосредоточится. У него была лишь одна попытка.

— Захочу, убью. Захочу, исцелю. Это моё, — настаивал Скилс.

Пока он только стоял у ворот, преграждая путь вампиру с девушкой на руках и не предпринимал никаких действий. Рикки решил не терять времени. С Ойли на руках он даже меч не сможет вынуть. Надо унести её подальше. И с этими мыслями Рикки подпрыгнул и приземлился точно между пиками. Но когда спрыгнул с обратной стороны, Скилс оказался в двух шагах, будто предвидел его намерения. Рикки побежал вниз по склону. Скилс не отставал. Упрямый бладпортовский упырь, пока не заберёт своё, не успокоится.

Перемещаясь с невероятной скоростью, Рикки огибал строения, плащ развивался на лету. Скилс преследовал его по крышам. Рикки увидел в руках вампира лук. Скилс был неплохим стрелком, но Рикки его стрелы не коснутся. Он нырнул в проулок, затем протиснулся между небольшими башнями заброшенной часовни. Внутри часовни было пусто. Рикки положил Ойли под лестницу. На шее он носил мешочек, что дал ему Суну. Он быстро раскрыл его и высыпал на руку немного пыли. Этой пылью он посыпал тело Ойли. Скилс не найдёт её по запаху. Порошок отгонял любых существ своим специфическим запахом.

Убедившись, что девчонка в безопасности, Рикки достал свои мечи и вышел из часовни, чтобы показать Скилсу, кто сильнее.

Ченс решил, что выбрал подходящее время. Правитель Окта рассеян, задумчив и как будто в печали. А причиной была какая-то девчонка. Из-за смертного человека впадать в уныние глупо. Ченс усмехнулся своим мыслям, пока шёл в пустующий кабинет.

Пока Хис и Суну беседовали на балконе восточной башни, Ченс намеревался выяснить, как открыть тайник. Надоело ему служить на чёртовых октавских вампиров. Да и не слуга он вовсе!

Поблизости никого не было, но он всё равно вёл себя осторожно. Похлопал по карману, в котором лежал мешочек с волшебной пылью. Ченс нашёл его в комнате Суну. Он знал, что это за пыль и воспользуется ею, если что-то пойдёт не так.

Под видом трудолюбивого слуги он вошёл в кабинет Хиса и начал махать тряпкой. Но на самом деле пробовал двигать книги — какая-то из них откроет тайник.

Громкие шаги заставили его подпрыгнуть и юркнуть в прореху между шкафами. Он быстро обсыпал себя порошком и замер. Ченс был маленьким, но крупным вампиром, и то, что шкаф смог скрыть его тело — просто чудо.

Хис вошёл и остановился около стола, оперев на него руки. С минуту он думал, затем бросил взгляд на дверь в тайник. Со стороны это была всего лишь стена, но Ченс уже знал, что это — дверь, и ведёт она к заветному камушку.

«Ну чего ты тянешь? — нервничал Ченс. — Открывай уже. Покажи мне путь».

Хис думал, сомневался, хотел уже уйти, но всё же решил идти в тайник. Он коснулся головы волка, которая была врезана в стену, провёл рукой чуть ниже к пасти, затем нажал на левый клык.

Да! Ченс был вне себя от счастья. Всё оказалось гораздо проще. И догадался бы, имей он смекалку.

Хис исчез за потайной дверью, а Ченс вылез из своей засады.

«Насладись последними минутами в компании лунного камня. Завтра у тебя его уже не будет», — подумал Ченс и, размахивая тряпкой, вернулся на кухню, а оттуда в Эгле, в таверну Кароса.

Он оставил Хью короткое, но громогласное сообщение: «ГОТОВО. ТВОЙ ЧЕРЁД. СЕГОДНЯ».

Травница Дарил знала своё дело. Незнакомка с юга могла быть опасна, и для того чтобы выяснить это, она должна была прибегнуть к обычным мерам. Но гостья ведь не простая.

Женщина стояла над кроватью, где лежала Танака. Старшая из сестёр. Это родимое пятно Дарил хорошо знала, как и сварливый нрав девушки. И всё же наивная. Подумала, что человек с севера станет ей помогать. Нет. Первое правило: не верь жителям с севера, даже если это человечески существа. Дарил не будет помогать Танаке, а напротив — найдёт Дариет для той же цели. Обе сестры будут отданы на суд Хану. Дарил легко на это пойдёт, потому что давно не испытывает к этим девушкам родственных чувств. Не видела их много лет и ещё столько же бы не видела.