Юлия Цхведиани – Просторы любви. Премия имени Н.С. Гумилёва (страница 3)
Раздался звонок. Это сосед Виктор зашел к ним в гости. Хозяева любезно предложили ему присоединиться к их чайной церемонии.
– Угощайтесь, Виктор, чай только что заварили. Вишня в этом году уродилась мелкая, мы всю ее пустили на варенье, сварили вкусное, ароматное. Бисквиты я только сегодня испекла, получились, как мне кажется, удачные. Присаживайтесь поудобнее, мы вам всегда рады, – скороговоркой проговорила Вера.
Сосед часто наведывался к супружеской паре, ему нравилась спокойная и дружеская атмосфера их дома. Сам он работал патологоанатомом в городской больнице, но никогда, слава богу, о своей работе не рассказывал. Он вообще почти ничего о себе не рассказывал, казался милым, симпатичным молодым человеком.
Его большой дом с серым забором стоял по соседству. Участок представлял собой свалку каких-то ненужных вещей. Еще несколько лет назад этот дом принадлежал родителям его жены. Они рано ушли из жизни. На участке еще доживали их старые сливы, яблони, а также множество уже почти диких кустов малины и крыжовника. Виктор уставал на работе и с удовольствием приезжал на дачу. Жена редко составляла ему компанию, она любила комфорт, который ей лень было воссоздавать в доме. Сосед одиноко блуждал по заросшим дорожкам, время от времени пытался что-то перекопать, явно скучал, потом забирался в дом, что-то там готовил себе в одиночестве при тусклом свете. Участок приводить в порядок он не хотел, дом ремонтировать не имел возможности, говорил всем, что дача существует исключительно для отдыха. И тем оправдывал свою бездеятельность.
Когда ему становилось совсем уж тоскливо, он как ни в чем не бывало приходил на чай к своим соседям. Приносил хозяйке полевые цветы, которые собирал на своем участке, мило улыбался. Вере это очень нравилось, она украшала цветами веранду. Его всегда радушно принимали. Болтали в основном о политике, о кризисе в мировой экономике, о погоде, о том о сем.
У соседа были свои странности. Любимым его развлечением было представлять, к примеру, всевозможные обстоятельства смерти соседей. Фантазия его особенно разыгрывалась, когда он, напившись чая, отведав пирожных или печенья, удобно устраивался на мягком диване, запрокидывал голову и, делая вид, что рассматривает сад, углублялся в свои мысли.
Время от времени он переводил взгляд на Веру, внимательно рассматривая ее.
«Вот что привлекательного находит в ней Олег? Худая, можно даже сказать, сухая пожилая женщина. На лице и у губ морщины, ввалившиеся подкрашенные глаза, вот зачем она так ярко их подкрашивает… Волосы и брови тоже крашеные. Зубы свои, но уже пожелтевшие и со множеством пломб. Ничего естественного не осталось. Родила двух детей, грудь, наверное, висит, попа вся в складках, ноги и руки – жилистые, костлявые пальцы рук и ног с признаками начинающегося артрита. Маникюр и педикюр яркие, не по возрасту, губы тоже ярко красит. Нет, никак не скрыть ей своего возраста. Утром, наверное, изводит себя зарядкой, ест только полезный творог и проросшие семена… Голос какой-то заискивающий. Мажет обильно лицо жирным кремом. На ночь пьет кефир, страдает запорами, наверняка лечит геморрой. Бегает, прыгает, лыжи, сауна. Вечно мерзнет, ноги ледяные – сухие, колючие палки. Спит в своей спальне, при этом к сексу, скорее всего, еще не вполне равнодушна. В целом выглядит бодрой, молодится, все хохочет, готовит по выходным пироги и блюда европейской кухни, в доме чистота и порядок. Должно быть, активная. Работу свою любит, зарплата приличная, одета модно. Почему же она выслуживается перед Олегом? В чем-то, значит, грешна. Детьми и внуками особенно не озабочена, эгоистка, любит себя, увлекается музыкой, кино и книгами. Хороший собеседник. В молодости была пикантной барышней. Но когда это было? Ладно, начинаем разбираться. Сейчас мы мысленно развернем мирно и слаженно работающий механизм этого дома, заменим будничное, прозаическое существование под тихим и удобным названием „как у всех“ на нечто внезапное и неожиданное!»
Олег тем временем продолжал комментировать последние коррупционные скандалы. Виктор делал вид, что внимательно слушает, и автоматически кивал в знак согласия. Вера встала и направилась в сторону кухни, чтобы дать распоряжения прислуге по организации ужина. Потом она вернулась, села напротив мужчин, извинительно улыбнулась и внимательно и даже с оттенком некоего подобострастия продолжила слушать мужа.
Олег же сел на своего любимого «конька» и помчался по колее столь увлекающих его политических перипетий. Остановить его было невозможно. Виктор в качестве собеседника его вполне устраивал. Он практически всегда молчал, абсолютно со всем соглашался, время от времени вставлял отдельные реплики. Засиживался он обычно подолгу, дожидаясь на всякий случай ужина. Если приглашали, то он охотно присоединялся. Но когда в доме были посторонние люди, он удалялся по-английски. Эту его черту хозяева ценили.
– Олег, Виктор! Надо бы прогуляться до ужина, уж больно вечер хорош. Виктор, может быть, вы останетесь с нами на ужин? У нас сегодня легкий овощной салат и белая рыба со шпинатом. Угостим вас итальянским белым вином, – предложила Вера.
– Верочка, но мы и так сидим на воздухе, я сегодня играл в теннис, плавал, устал – в самом деле, посидим дома, и Виктор вот тоже не возражает.
Виктор, погруженный в свои фантазии, дважды кивнул. Наступила пауза. В тишине было слышно жужжание пролетающей пчелы.
«Скоро ужин, – тем временем рассуждал про себя Виктор, – значит, сегодня разделаемся с хозяевами быстро. Итак, Вера, здоровая, жилистая, своей смертью не умрет. Поможем.
Несчастный случай. В саду Веру кусает оса, Олег в это время катается на велосипеде, прислуга не может найти необходимый антигистаминный препарат, у Веры развивается мгновенная аллергическая реакция на яд перепончатокрылых, возникает отек Квинке, шоковое состояние и – мгновенная смерть. Возвращается Олег, Вера лежит в саду, на траве, кожа ее сине-багрового оттенка».
Вера между тем принесла мужчинам аперитив в красивых фужерах.
Тоже несчастный случай. Утром Вера выходит из своей спальни в длинном халате и мягких ночных тапочках и спускается с лестницы, чтобы приготовить горячий кофе и принести его в кровать Олегу. Пояс халата цепляется за кусок кованой лестницы, Вера оступается и кубарем катится на первый этаж. Перелом позвоночника, тяжелое повреждение скелета и спинного мозга – мгновенная смерть. Олег в наушниках слушает музыку. Не дождавшись обещанного кофе, он встает, выходит из спальни, но поздно. Вера лежит на полу в гостиной с полным отсутствием дыхания и сердцебиения».
Вера обменялась с Виктором взглядом, они вежливо улыбнулись друг другу.
Тоже несчастный случай. Вера бегает утром в лесу со своей маленькой собачкой. Там же гуляет деревенский житель с огромными дворнягами без поводка, те набрасываются на маленькую собаку и Веру и кусают женщину за лицо. У Веры шок, коллапс. Мужчина бросает ее в лесу в этом ужасном состоянии, а у Веры от жуткой боли развивается сердечный приступ, затем обширный инфаркт и – смерть. Прибегает домой, вся израненная, собака, Олег поднимает людей на поиски, находит Веру в лесу мертвой, все лицо покрыто муравьями. Брр!!! Ну, хватит с нее!
Через три дня пышные похороны, венки, цветы, много людей, коллеги, друзья, все грустят. Веру хоронят в закрытом гробу. Олег в элегантном темном костюме с черным галстуком, еле сдерживается, чтобы не заплакать. Потом поминки в дорогом ресторане, первые скорбные слова: «Хорошая жена, мать, хозяйка, великолепный специалист, душевный человек, отличный друг. Как мы все без нее…»
Через час за столом начинается легкий шум, улыбки, воспоминания о смешных случаях, связанных с Верой. Еще через пару часов все родные и близкие расходятся по домам.
Проходит два месяца, я захожу, и что я вижу… Молодая красивая женщина, блондинка с длинными вьющимися волосами, сидит на веранде в кресле-качалке с книгой в руках, на ее плечах вязаная белая шаль. Уже ранняя осень, и становится прохладно. Все тот же маленький столик с белой салфеткой, те же фарфоровые чашечки, но чай уже зеленый с мятой, никакого печенья, варенья, только блюдце с сухофруктами и орехами. Олег весь светится. Представляет мне новую хозяйку. Прогуливаясь по дорожкам сада, делится со мной своим новым счастьем.
– Старик, я как заново родился. Ты ведь представляешь, что значит молодое гибкое тело, этот запах свежей юной кожи, аромат ее волос, нега ее губ, ни грамма косметики, а как она грациозна…
Это наваждение какое-то, это как свежий весенний дождь! Ночью я схожу с ума, она лежит в лунном свете, кажется, недоступная, но такая желанная; мраморное прохладное трепещущее тело, юная твердая грудь, а изгиб бедер… Сначала я нежно до нее дотрагиваюсь, слегка поглаживая шелковистую кожу, целую ее губы, длинную тонкую шею, девичью грудь, упругий живот… Потом все загорается, обжигающая страсть, безумие, восторг! Ну что я тебе рассказываю, ты ведь молодой, у тебя у самого все это есть. Ты знаешь, я буду дарить ей каждый день цветы, пока смогу, я хочу ее всем показывать – пусть все завидуют. Она такая красивая, я с ней поеду путешествовать, будем вечером сидеть где-нибудь в ресторане у моря, пить шампанское, будут гореть свечи, я приглашу ее танцевать, мы сольемся с ней под чарующую музыку. А ночью мы пойдем к морю, где будем плавать обнаженными…