Юлия Созонова – Ураган "Катрин", или Сделай мне ребенка, босс! (страница 5)
- Вообще-то, я про твою совесть. А ты о чём? – я аж зевком подавилась от такой постановки вопроса и заинтересованно глянула на Савельева. Тот же осёкся на полуслове и целую минуту буравил меня смущённо-возмущённым взглядом.
Чтобы, в конце концов, взять и выдать:
- Знаешь что, Соколова? Когда ты выйдешь замуж, я буду свидетелем на твоей свадьбе.
- Эм… Зачем?
- Ну должен же я глянуть, кто так лоханётся-то, а? Посмотрю на несчастного, посочувствую ему искренне… И выпью за упокой его души.
- Может, за здравие?
- Не-не, Катьк. В твоём случае только за упокой.
- Ах ты!...
Треснув таки этого идиота по плечу, я громко ойкнула и помахала в воздухе напрочь отбитой ладонью. И недовольно протянула под тихий, радостный ржач Димки:
- Ну ладно ты был влюблён, молод и глуп. А я? Я-то куда смотрела, когда с тобой на свидания ходила, а?!
- Ну, - Савельев широко оскалился и недвусмысленно так поправил сползающее (опять!) полотенце. – Есть у меня один беспроигрышный вариантик. А именно…
- Фу, Савельев. Что за пошлые намёки?!
- Вообще-то, я про своё убийственное обаяние и впечатляющую харизму, - Димка смерил меня ну очень выразительным взглядом и невинно так вернул мне тот же самый вопрос. – А ты о чём, м-м-м?
- Действительно, о чём я? – пробормотала я себе под нос. И вздохнула, с ноткой вселенской обиды в голосе. Ну а что?
Я, может, тоже хотела не в душном офисе штаны просиживать, а на свидания бегать. И мужика хотела на кухне видеть не в роли мастера по ремонту, а в роли потенциального спутника жизни, хотя бы. И даже моему чёрствому сердцу порою не хватало всей этой романтики и той самой, лёгкой придурковатости, что свойственна всем влюблённым. Вот только…
Глянув на довольного жизнью Савельева, я снова вздохнула. Прав был Димка, ох как прав. Где ж мне найти такого камикадзе, что возьмёт меня замуж? Правильно, нигде. И всё, что мне оставалось это надеяться, что с поиском гипотетического отца будет чуть-чуть попроще.
Отец ребёнка – это же не муж, верно? Не так страшно звучит.
Я сморщила нос. Вывод попахивал откровенным самообманом, но я гордо проигнорировала этот момент. Как и то, что по статистике, перспектива случайно стать отцом мужиков пугала больше, чем предложение руки и сердца. Так что…
А вдруг мне повезёт?
- Когда ты вот так улыбаешься, мне становится страшно, - честно брякнул Савельев, напоминая о своём существовании. Жаль, что он был моим бывшим парнем, а то когда ещё всё так удачно сложится? Полуголый мужик на моей кухне, да в девять утра вторника и…
- Ой, мама…
Это я выдохнула, с ужасом глядя на настенные часы. Они неумолимо отсчитывали время, недвусмысленно намекая, что до начала рабочего дня осталось каких-то жалких полчаса. Осознав это, я рванула с места на третьей космической.
Уже из ванной проорав так и не соизволившему одеться Савельеву:
- Дима, солнышко, лапочка, козлик ты мой родненький…
- Хм-м-м?
- Одевайся, мать твою, мы опаздываем!
Глава 4
- О как…
Я озадаченно моргнул, уставившись на собственный телефон, как на врага народа. Пристально так, внимательно, полным подозрения взглядом. Но представитель яблочного бренда идти на сотрудничество отказывался и гордо демонстрировал рабочий стол с открытым журналом звонков. И я не поленился, я проверил набранный ранее номер, от первой и до последней цифры и знаете что?
Он был правильный. А значит…
- Не понял!
- Я точно пожалею об этом, - глубокомысленно выдал приятель, высунувшись из-за монитора. Смерив меня недовольным взглядом, Гор поинтересовался, без особого энтузиазма. – Ну и что ты не понял на этот раз?
- Вот это, - я помахал зажатым в кулаке смартфоном. Ещё и пальцем в него потыкал для пущей убедительности.
Гор честно посмотрел на бедный гаджет. Даже попробовал просверлить его взглядом. А потом снова глянул на меня и выдал:
- А конкретнее? Ну, для особо одарённых, так сказать.
- Конкретнее? – раздражённо фыркнув, я крутанулся в кресле и хлопнул кулаком по столу так, что пачка бумаг, скромно возвышавшаяся надо мной, опасно покачнулась. Но устояла, да. – Будет тебе конкретнее. Я только что звонил Катрин и вместо нашей милой птички мне ответил какой-то ху… Хмырь!
- Ага… - друг и бровью не повёл в ответ на моё возмущение. Он вообще потёр переносицу и вернулся к своим бумагам, и уже оттуда поинтересовался. – И что сказал?
- Что её величество в душе и не намерено тратить своё драгоценное время на какого-то там «психа-раздолбая». Даже если он её начальник!
Последнее я едва не прорычал, испытывая просто жгучее желание найти этого «умника» и начистить ему морду. Чисто так, в целях профилактики. А Соколову – выпороть. И проследить, чтобы она переименовала меня в своём списке контактов наконец-то!
- Хм, - неопределённо хмыкнул Ильин, снова высунувшись из-за монитора. – А тебя, собственно, что больше бесит? То, как тебя Катрин обозвала или то, что у неё появилась личная жизнь?
- Первое, - выпалил я, даже не задумавшись над ответом. В голове уже строились планы великой «мсти» в адрес одной маленькой, но очень вредной птички. И вообще, что значит личная жизнь? У неё что, дел мало? А как же я?
В смысле, мы? В смысле – работа, вот!
- Ага, я даже верю, - скептично хмыкнул Гор. – Воронов, ты в курсе, что крепостное право отменили ещё в девятнадцатом веке? И вообще, начальник – это пример для подчинённых. Напомнить, кто на днях клялся и божился, что больше ни ногой в ночной клуб? В цатый раз?
- А это тут причём?!
- Ну как причём? Катрин на тебя насмотрелась и решила, что никто не умрёт, если она чуть-чуть расслабится. И знаешь что? Никто не умер!
- Да иди ты!
От летящего в него дырокола, Игорёк благополучно уклонился. Лыбился только довольно, как слон, но комментировать (слава богу!) ничего не стал. Вместо этого, он предпочёл вернуться к своим скучным бумажкам, напрочь игнорируя и моё царское негодование, и орущий на всю приёмную телефон. Его не смутило даже то, что наша пунктуальная, педантичная до зубного скрежета ведьма Катрин сегодня так нагло не появилась в офисе. А меня это как раз таки нервировало.
Раздражало на каком-то, мать его, инстинктивном уровне. Ну что поделать, привык я за столько лет получать с утра порцию сомнительных комплиментов вместо чашечки крепкого кофе. Зато и заряда злой бодрости от наших пикировок хватало на весь день и даже больше. Без них же было как-то…
Скучно, что ли?
От такого внезапного озарение в груди ёкнуло что-то, подозрительно похожее на инстинкт самосохранения. И я машинально перекрестился, постучав себя по щекам для верности:
- Не-не-не. Приди в себя, Воронов! У тебя от этой ведьмы только изжога и полное расстройство нервной системы! Какое ещё «скучать», мать твою?! Радоваться надо! А раз надо, то…
Тут я на пару секунд задумался, а потом выдал, пока не пропал запал, а Соколова не объявилась на рабочем месте:
- Слушай, жертва удачного брака! А как насчёт того, чтобы удариться сегодня в горячий тур по клубам, м?
- Дорого, - невозмутимо откликнулся Ильин, продолжая рыться в бумагах.
- Что дорого? – я недоумённо моргнул, не догоняя, куда клонит приятель. В моих мыслях, мы уже вели разгульный образ жизни в парочке шикарных ночных клубов нашего города. Девочки в бикини, громкие биты, горячительные напитки…
Это ли не мечта каждого нормального мужика?
- Хоронить тебя будет дорого, - развил свою мысль приятель, возвращая меня с небес на землю. И хмыкнул, смерив таким выразительным взглядом, что меня аж передёрнуло. – Саш, при всём моём уважении и любви… Поимей уже совесть и поработай, а? На благо нашей общей фирмы и собственного ментального здоровья.
- А я что? Не работаю что ли?! – праведно возмутился я, но наткнувшись на многозначительный взгляд Гора, вовремя прикусил язык. Вздохнул страдальчески, взъерошив волосы на затылке и пробормотал, остервенело щёлкая компьютерной мышкой:
- Ну поработать, так поработать… Великолепная мысль. Гениальная, мать её, идея. Просто невероятно щедрое предложение от собственного партнёра…
Ильина моё ворчание не впечатлило. Он вообще всю эту тираду благополучно пропустил мимо ушей, оставив меня один на один с ворохом входящих сообщений на собственной почте.
Сообщения эти варьировались от действительно важных, нужных и срочных до забавных и даже откровенно пугающих. Например, как то, где к письму с заголовком «Женись на мне, а то прокляну!» прилагалось три ярких шедевра фотошопа со мной в главной роли. И всё бы ничего…
Но, ох уж этот номер виртуального кошелька для перечисления чисто символической суммы в долларовом эквиваленте! Причём, настолько «символической», что пересчитав её на свежий курс валют, я даже присвистнул от такой лестной оценки собственного статуса холостяка.
- Слушай, Ильин… А как ты смотришь на такой шикарный способ мгновенного заработка? – поинтересовался я у приятеля и переслал ему это треклятое письмо.
Звякнуло уведомление, Гор отвлёкся-таки от бумаг. И после минутного молчания, коротко хмыкнул, выдав: